Я не желаю нагибать! (СИ)
— Паршиво…
— Очень паршиво, — согласилась Сев, — Без роста уровня ты не можешь быть человеком, увы. Ты — бесполезная обуза для нашего общества. Система тебя не признаёт. Да, ты нарастил мышцу и обрел знания, но использовать их ты не можешь. Твои тело и разум не справляются, потому что ты ни разу не вкладывал в них очки. А очки ты не вкладывал, потому что система не повышает тебе уровень. Патовая ситуация. Прости.
— Ты поэтому пыталась меня убить, потому что я теперь стал обузой, так?
Терять мне уже было особо нечего, так что я решил спросить напрямик. Однако наставница отвечать на это не стала, вместо этого она распорядилась:
— Император ждет тебя. Немедленно. Так что приведи себя в порядок. И будем решать твою дальнейшую судьбу. И молись богам и системе, чтобы они были милостивы к тебе.
* * *Для визита к императору мне пришлось умыться и наспех переодеться. Я снял с себя и доспехи и старый кафтан, весь пропитавшийся гоблинской юшкой, и надел вместо него новый.
А вот отдохнуть или пожрать мне на этот раз вообще не дали. И более того, к императору меня на этот раз проводил стражник, вооруженный копьем. Видимо, доверять мне местные люди перестали. Эх, а как всё хорошо начиналось…
Император людей на этот раз принял меня не в своем кабинете, а в каких-то роскошно обставленных покоях. Здесь горел жарко растопленный камин, а его величество был занят тем, что бросал в этот камин какие-то свитки. На лице у императора лежала печаль с толикой страха. Печалится из-за моих провалов? Это очень вряд ли, тут дело вероятно в другом.
Происходило явно что-то очень нехорошее, но мне еще предстояло разобраться, что именно, и как это связано со мной.
Император быстро просмотрел очередной свиток и швырнул его в камин, потом мрачно воззрился на меня.
— Оставь нас, — приказал он стражнику.
Когда стражник вышел, я решил взять инициативу в свои руки.
— Послушайте, ваше величество, тот факт, что у меня некоторые проблемы с системой — не повод скармливать меня гоблинам…
— Что? — император перебил, казалось, он меня даже не слышал, — Ты лучше скажи, где Аменахин?
— Кто?
Вот это был на самом деле неожиданный поворот.
— Аменахин, — свирепо произнес император, — Старейший человек в городе. Первый человек этого мира.
— Эм… — я растерялся, — Вопрос явно не по адресу. Впервые слышу о таком. Да и вы сами вроде говорили мне, что все первопроходцы, пришедшие с вами в этот мир, давно умерли.
— Хех, — император мрачно хмыкнул, — Так, да не так. Аменахин умереть не может. Так где он?
— Я честно не знаю ни о каком бессмертном Аменахине, — признался я.
— М-да?
Император настолько яростно буравил меня взглядом, что я, не выдержав, отвел глаза. Вот сейчас император, несмотря на свою непримечательную внешность, был страшен. Я отлично понимал, что говорю сейчас с одним из сильнейших созданий этого мира, который может при желании уничтожить меня за одну секунду.
На миг повисло молчание. Потом император потребовал:
— Поклянись!
— Клянусь, что не знаю никакого Аменахина.
Взор императора чуть смягчился, он явно мне поверил. Вот только меньше злиться не стал.
— Забери меня преисподняя! — император в ярости пошвырял в камин последние свитки, которые еще оставались у него в руках.
Я вдруг осознал, что император не просто зол. Да он же напуган! Всесильный император людей чего-то боялся так сильно, что его практически трясло. И это что-то определенно было связано со мной. Иначе зачем он вообще позвал меня сюда?
— А можно узнать, что за бумаги вы жжете? — не удержался я от вопроса.
Император не ответил. Вместо этого он еще около минуты размышлял в молчании и лишь потом произнес:
— Ну вот что, Виктор. За этот инцидент с гоблинами — прошу прощения. У нас просто возникли проблемы. Серьезные. И это и твои проблемы в том числе. А твои дружки орки, как я предполагаю, похитили и убили Аменахина.
— Орки — не мои дружки, — не согласился я, — И я не видел у них никакого Аменахина. Кроме того, у вас же есть карта, которая показывает, когда где-то убивают человека…
— Аменахин — дело особое, — отмахнулся император, — Его никакая карта не показывает. Он жил отшельником в горах. Но сейчас он не выходит на связь. И я полагаю, что это твои орки его и украли.
— Да не мои они! И зачем вообще оркам ваш Аменахин?
Но император сейчас явно был не в настроении отвечать на вопросы. По крайней мере, этот вопрос он тоже проигнорировал. От той дружбы и теплоты, с которой император говорил со мной во время нашей первой встречи, не осталось и следа.
Я окончательно убедился в том, что мне больше не доверяют. Но, несмотря на это, император все же выдавил из себя улыбку. Только вот она мне совсем не понравилась. Я прям чуял подкоркой, что происходит что-то не то, что-то крайне паршивое для меня лично.
— Ну хорошо, Виктор, — примирительно заявил император, — Не подумай, что мы не доверяем тебе, пожалуйста. Я просто сейчас на нервах. А у тебя все еще есть шанс доказать, что ты на нашей стороне. На стороне людей.
— А разве я еще этого не доказал?
— Мне доказал. Но не системе, — отрезал император, — А кто друг или враг нам: решает именно она. Но, как я только что сказал, у тебя еще есть шанс. Последний. Сейчас полетишь вместе с Сев и отрядом на юг и поможешь нам найти орков. Тех самых, которые призвали тебя. Возможно нам повезет, и Аменахин еще жив.
— А если не жив?
— В таком случае орки примут смерть. Впрочем, они в любом случае примут смерть. Нападение на человека, подумать только… Даже не просто на человека, а на самого Аменахина — старейшего из нас, первого попаданца в этот мир! Нет, орочьей вольнице пора положить конец. Мы слишком долго игнорировали эту угрозу. Пора навести порядок. В общем, если поможешь нам отыскать твоих орков и покажешь себя хорошо — получишь гражданство и должность при дворе. А иначе…
Император не стал продолжать фразу, но всё и так было предельно ясно. Выбора мне, как и всегда, не оставили, мое мнение никого не интересовало.
— Я постараюсь, — кивнул я, чтобы продемонстрировать хотя бы иллюзию добровольного согласия.
Мне, честно признаюсь, уже надоело быть новичком-инвалидом и мальчиком для битья.
— Не старайся, просто сделай это для меня, — вздохнул император, — И вот тогда я смогу доверять тебе — когда все призвавшие тебя в этот мир орки будут уничтожены. А в противном случае я буду вынужден констатировать, что ты не человек, а оружие орков, присланное сюда сломать нашу систему. А такого люди уже не прощают, не обессудь.