Криминалист 3 (СИ)

— Ясно.
Уэллс открыл блокнот, взял ручку.
— Начнем с простого. Как вы спали прошлой ночью?
— Нормально. Четыре часа, может пять.
— Это мало. Вы не могли заснуть?
— Немного трудно заснуть.
— О чем-то думали?
— О деле. О стрельбе. О последствиях.
Уэллс записал.
— Вас преследовали кошмары?
— Нет.
— Как себя чувствовали когда проснулись?
— Нормально. Немного уставшим.
  
Уэллс записал, посмотрел через очки.
— Итан, вы убили человека позавчера вечером. Большинство людей в такой ситуации испытывают сильный стресс. Вина, страх, проблемы со сном и аппетитом. У вас есть что-то из этого?
— Только небольшие затруднения со сном. Остального нет.
— Чувствуете вину?
— Нет.
— Совсем? Может хотя бы чуть-чуть?
— Нет. Дженкинс угрожал женщине ножом и пытался ее похитить. Я остановил его. Сделал то что нужно.
Уэллс внимательно слушал меня.
— Сожаление?
— Нет.
— Если бы могли вернуться назад, поступили бы так же?
— Да. Без колебаний.
— Почему без колебаний?
— Потому что альтернативы не было. Он держал нож у ее горла и тащил к машине. Еще секунда, он бы уехал с ней. Потом бы убил. Я не мог допустить этого.
Уэллс кивнул.
— Вы видите ситуацию очень четко. Черное и белое. Он угрожал, вы его остановили. Силой. Серых зон нет?
— Серые зоны есть всегда. Но в тот момент их не было. Он представлял угрозу, я защищал. Все просто.
— Просто, — повторил Уэллс. — Большинство агентов после первого убийства говорят что ситуация казалась хаотичной, страшной или неясной. Вы говорите, что все просто.
— Потому что анализировал ситуацию логически.
— Даже в момент выстрела? У вас не бурлил адреналин, не было стресса, страха за женщину?
— Адреналин был. Но я контролировал его. Сосредоточился на задаче остановить угрозу, не задеть заложницу. Прицелился и выстрелил.
Уэллс откинулся на спинку стула. Потом спросил:
— Итан, у вас есть военный опыт? Насколько я знаю вы служили в армии. Участвовали в боевых действиях?
— Да.
— Понятно. — снова черкнул Уэллс. — Тогда я понимаю ваше хладнокровие.
Я кивнул.
— Возможно, мне еще помогла тренировка в Квантико. Может характер. Я всегда был спокойным под давлением.
— Всегда?
— С детства.
Уэллс откинулся назад, снял очки, протер стекла носовым платком.
— Вы очень рациональны, Итан. Мало эмоций. Это нормально для вас или это такой защитный механизм?
— Нормально. Всегда был таким.
— Друзья в детстве называли вас холодным?
— Иногда. Но чаще просто спокойным.
— Романтические отношения? Девушки не жаловались на отсутствие эмоций?
— Нет. Невеста не жалуется. Говорит что я спокойный и надежный.
— Невеста. — Уэллс посмотрел в папку. — Дженнифер Коллинз, двадцать четыре года, медсестра. Живете вместе, вскоре планируется свадьба. Верно?
— Верно.
— Как она отреагировала на стрельбу?
— Волновалась. Но поддержала меня.
— Вы рассказали ей подробности?
— В пределах допустимого.
— Как она восприняла?
— Спокойно. Понимала, что я спас девушку.
Уэллс надел очки обратно.
— Хорошо, Итан, сейчас я проведу стандартный психологический тест. Миннесотский многофазный личностный опросник. Пятьсот шестьдесят шесть вопросов. Отвечаете правда, ложь или не знаю. Там нет правильных или неправильных ответов, вам нужно просто быть искренним. Понятно?
— Понятно.
Уэллс достал из ящика стола толстую брошюру, страниц сорок, скрепленных скобами. Протянул мне вместе с карандашом.
— Читайте утверждения и отмечайте ответ. Не думайте долго, первая реакция обычно самая правильная.
Я взял брошюру и открыл первую страницу.
1. Я люблю читать газеты: «Правда», «Ложь», «Не знаю»
Отметил «Правда».
2. У меня хороший аппетит: «Правда», «Ложь», «Не знаю»
Снова отметил «Правда».
3. Я просыпаюсь каждое утро свежим и отдохнувшим: «Правда», «Ложь», «Не знаю»
Тут я отметил «Ложь», ведь последние две ночи спал так себе.
И так дальше в том же духе. Я продолжал отвечать на самые разные вопросы. О здоровье, настроении, отношениях, страхах и привычках.
Наконец, добрался до конца, ответил на все пятьсот шестьдесят шесть вопросов. Заняло минут сорок. Положил брошюру на стол.
Уэллс взял и быстро пролистал ее. Смотрел на отмеченные ответы, иногда останавливался и перечитывал.
— Вы быстро закончили. Обычно занимает час-полтора.
— Вопросы простые.
— Для некоторых да, для других нет. — Уэллс отложил брошюру. — Я обработаю результаты позже и составлю ваш профиль. Но предварительно скажу, что ответы последовательные. Признаков психоза, депрессии или тревожности не вижу. Эмоциональная устойчивость высокая. Может быть слишком высокая.
— Слишком высокая?
— Нормальная реакция на стрессовое событие это эмоциональный всплеск. Страх, вина или сожаление. У вас этого нет. Это может быть признак подавления эмоций. Отложенный шок, он придет позже.
— Или просто я такой. Спокойный.
— Возможно. — Уэллс посмотрел внимательно. — Но будьте осторожны, Итан. Эмоции не исчезают. Они накапливаются. Рано или поздно выходят. Иногда в неожиданный момент.
— Понял.
Уэллс закрыл блокнот и положил ручку.
— На сегодня закончим. Я отправлю отчет инспекторам и вашему начальству через два дня. Рекомендация будет психологически стабилен, пригоден к службе. Но с одним условием.
— Каким?
— Если почувствуете изменения: тревогу, депрессию, бессонницу свыше недели, навязчивые мысли, приходите ко мне немедленно. Не ждите пока станет хуже.
— Хорошо.
Я встал и протянул ему руку. Уэллс пожал.
— Удачи, агент Митчелл. Надеюсь у вас все будет хорошо.
— Спасибо, доктор.
Вышел из кабинета.
В коридоре тихо. Психологическая оценка пройдена. Уэллс вроде бы признал меня стабильным.
Спустился по лестнице, вышел из здания. Сел в машину и завел двигатель. У меня много планов на день. Но сначала нужна информация о новой жертве.
Выехал с парковки, проехал два квартала, остановился возле телефонной будки на углу Девятой стрит Шестой улиц. Вошел в будку. Стеклянная кабина со скрипнувшей дверью. Снял трубку, опустил десятицентовик в щель, набрал номер.
Гудки. Щелчок.
— ФБР, чем могу помочь?
— Агент Дэвид Паркер, криминалистический отдел.
— Минуту.
Ждал минуты две. Снова щелчок.
— Паркер слушает.
— Дэйв, это Митчелл.
Пауза. Потом осторожный голос:
— Митчелл. Как дела?
— Нормально. Хотел узнать о новой жертве на Interstate 95. Что известно?
Пауза подольше.
— Митчелл, тебе же сказали не лезть в расследование.
— Не лезу. Просто спрашиваю коллегу. Неофициально.
Дэйв вздохнул.
— Слушай, я бы помог, но не могу. Нас с Харви отстранили от этого дела. Крейг и Мэрфи передали расследование нового убийства другому отделу. По насильственным преступлениям. Ведут агенты Ральф Стивенс и Кэтрин Моррис. Мы даже отчеты не видим.
— Почему отстранили?
— Сказали, это конфликт интересов. Мы работали над этим делом когда ты застрелил Дженкинса. Теперь нужны независимые агенты.
— Понятно. А что ты знаешь? Хоть что-то?
Дэйв помолчал. Потом тихо спросил:
— Неофициально? Только между нами?
— Только между нами.
— Хорошо. Слышал обрывки. Жертва белая женщина, двадцать семь лет, работала секретаршей в адвокатской конторе в Александрии. Имя пока не публикуют, уведомляют семью. Нашли на обочине I-95 вчера утром в девять пятнадцать. Тело лежало в кустах, частично скрытое. Ее заметил проезжий водитель, вызвал полицию Вирджинии.
— Причина смерти?
— Удушение. Кровоподтеки на шее, переломы подъязычной кости. Как у предыдущих жертв.
— Другие травмы?
— Ссадины на запястьях, кровоподтеки на руках и ногах. Следы борьбы. Одежда частично сорвана, но изнасилования вроде нет. Медэксперт еще проверяет.