Слишком рано для нас (СИ)

— Ты, наверное, проголодалась? Пойдём перекусим для начала, а потом по территории погуляем.
— Х-хорошо, — отвечаю с лёгким заиканием. Мозги превратились в какую-то кашу, я чувствую смутное неудовлетворение, словно меня обвели вокруг пальца.
Но Тимур прав. Я очень голодна, да и вряд ли смогу раздеться перед ним при свете дня. Он ведь всё-всё увидит! У меня обычное тело, не модельное. И, если честно, у Влады оно красивее, да и грудь у неё на размер больше. Вдруг Тимур будет нас сравнивать?
— Да, конечно, идём, — наконец отвечаю.
Напрасно я вспомнила Владу. Теперь забью себе голову дурацкими мыслями вместо того, чтобы отдыхать и расслабляться. Может, у них с Тимуром и не было ничего интимного? А если было, то зачем мне это знать?
Блин, как сложно!
Но когда мы с Тимуром выходим из коттеджа и он обнимает меня за талию, мне становится немного легче. Постараюсь не портить вечер и не задавать лишних вопросов! Так всем будет лучше.
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍22
 
После быстрого перекуса в местном ресторанчике, мы с Тимуром отправляемся к реке, где сдаются в аренду каяки.
— А у меня получится? — спрашиваю трусливо, когда нам выдают спасательные жилеты и объясняют, как правильно махать вёслами.
— Если что, я подстрахую, — улыбается Тимур. Он излучает уверенность и спокойствие, которые действуют на меня волшебным образом. Сразу появляется решимость, желание испытать себя, узнать, на что я способна.
— Ловлю тебя на слове.
Мы садимся в каяк. Он шатается, мне кажется, что мы вот-вот упадём в холодную воду, но Тимур начинает грести — и берег постепенно удаляется, а впереди нас ждут приключения. Я тоже присоединяюсь, осторожно двигаю вёслами, взвизгиваю, когда скорость увеличивается. В груди щекотно от радости и восторга, я громко смеюсь, с каждой новой попыткой гребу всё увереннее. Загородный комплекс исчезает за поворотом, солнце светит прямо в глаза, а брызги воды попадают мне на руки, откликаясь мурашками по всему телу! Мне весело, хочется плыть быстрее, я машу вёслами так, что мы с Тимуром случайно ими соприкасаемся — и оба хохочем, словно малые дети.
— Не спеши, быстро устанешь, — предупреждает он меня.
— Это же будет завтра, да? Боль в мышцах? — Тимур кивает. — Значит, сегодня можно всё!
— Разошлась, — бурчит он в шутку, а сам тоже начинает грести сильнее.
Через десять минут силы действительно меня покидают. Я останавливаюсь, смотрю по сторонам: высокие деревья, много-много зелени, перистые облака на голубом небе и солнце, которое вот-вот сядет.
— Мы здесь встретим закат? — достаю из кармана телефон и делаю снимки окружающей красоты.
— Если хочешь. У нас есть полчаса в запасе. Можно пока отдохнуть.
Я оборачиваюсь, насколько позволяет неудобное сиденье, и смотрю на Тимура. В его глазах блестит солнце, губы улыбаются. Меня в жар бросает моментально!
— Я бы сама на такое никогда не решилась. Спасибо тебе.
— Это только начало.
— Да, у нас завтра ещё целый день, — соглашаюсь.
— Я говорил о другом, — произносит он серьёзным голосом. — Это только начало для нас. Первый месяц из сотни других счастливых месяцев, которые мы проведём вместе.
— Не надо, — растерянно шепчу я. — Боюсь загадывать. Вдруг что-то пойдёт не так?
— И что же? — хмурится он. — Мне ни с кем ещё не было так хорошо, как с тобой. Я в своих чувствах уверен. А ты?
— Я тоже.
— Тогда что тебя беспокоит? Я же не слепой, вижу, как изменилось твоё настроение за последний час.
Это правда. В ресторане я не могла нормально поддержать разговор, даже аппетит пропал. Не помню, каким был на вкус бургер, жевала и думала о Владе, о бывших отношениях Тимура и о том, что он может разочароваться во мне. Всё же неопытность — не всегда плюс. Вдруг Тиму нужна раскрепощённая девушка?
— Ничего, тебе показалось, — мотаю головой.
Он берёт вёсла и, отвернувшись, начинает грести. Я корю себя, на чём свет стоит! Ну почему мне сложно открыться другому человеку, даже тому, в кого я безумно влюблена? От Влады я тоже многое скрывала, и к чему это привело? Вдруг Тимур уйдёт от меня, не выдержит молчания и моих глупых сомнений?
 
Остаток пути мы молча плывём к берегу, сдаём каяк и спасательные жилеты администратору, в полной тишине бредём по огромной территории комплекса. Бросаю взгляд на Тимура — челюсти сжаты, в серо-зелёных глазах застыло недовольство. Я облизываю пересохшие губы, набираюсь смелости, чтобы прервать эту неловкую паузу. В отношениях нужно быть честной со своим партнёром. Я хочу быть достойной Тимура.
— Ты прав, меня кое-что тревожит, — начинаю осторожно. Мы останавливаемся возле лавочки, я сажусь на неё, смотрю на свои руки, лежащие на коленях. — Боюсь, что ты будешь сравнивать меня с Владой. И я проиграю.
— Я никогда вас не сравнивал. Это глупо, — резко отвечает Тимур.
— Но можешь это сделать, когда мы… перейдём на новый уровень.
— И как называется этот уровень? Просвети меня, а то я что-то не в курсе.
— Боже, — от стыда лицо и грудь полыхают, а голос срывается. — Я про секс говорю. У меня нет опыта и знаний…
— Так, стоп, — он не позволяет мне договорить до конца. Притягивает к себе, обнимает крепко, в лицо заглядывает. — Я никогда и ни с кем тебя не сравнивал. Ни с Владой, ни с другими девушками. И совсем не важно, умеешь ты что-то в постели или нет. Не в этом смысл интимных отношений.
— А в чём тогда?
— Во взаимном удовольствии. В открытости и откровенности. В честности, в понимании себя и своих желаний. А какие-то непонятные навыки и знания вообще не играют роли! Поверь мне, — его голос смягчается.
— Блин, ты, наверное, в шоке от той ерунды, что я говорю? — утыкаюсь носом в его плечо, смотрю, как небо окрашивается в багряные тона.
— Нет. Говори обо всём, что тебя тревожит. Даже о том, что кажется на первый взгляд глупым, странным или не стоящим внимания. Хорошо?
— Я стараюсь.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— И ещё кое-что, — помедлив, добавляет он, — с Владой мы не перешли на новый уровень. Я правильно использовал фразу? — усмехается он. — Откуда ты вообще её почерпнула?
Шутливо хлопаю его по плечу, отстраняюсь. Я рада, что у Тимура с Владой не было ничего серьёзного.
— Мне с тобой очень хорошо. И я тоже хочу, чтобы мы встречались ещё много-много месяцев, — признаюсь полушёпотом.
Мы тянемся друг к другу, целуемся. Медленно, нежно, наслаждаясь каждым мгновением. Когда отрываемся — на улице уже темно, по плечам и спине бегут мурашки. Мы пропустили закат. И я жутко замёрзла. А живот, как назло, именно в эту минуту начинает урчать. Предатель!
— Идём ужинать, — смеётся Тимур. — Я тоже жуть как проголодался.
— Ну твой живот хотя бы не поёт серенады.
— Увы, он, как и я, петь не умеет, — Тим обнимает меня за плечи, целует в щёку и подбородок.
— Давай сначала в номер забежим, мне холодно.
— Наперегонки? — с вызовом спрашивает он. И, прежде чем я успеваю очнуться, принимается бежать!
Я кричу, тоже бросаюсь за ним, вспоминая, как в школе ненавидела уроки физкультуры и особенно бег по кругу. Но с Тимуром всё иначе. У меня словно второе дыхание открывается, и к нашему домику мы добираемся одновременно. Тормозим у двери, я теряю равновесие и падаю Тиму в объятия.
И снова поцелуи обрушиваются на моё лицо и шею, а тело всё дрожит от удовольствия и чего-то ещё, тягучего, сладкого, требовательного. Я держусь за Тимура, чтобы не упасть, и не могу от него отлипнуть. Ещё несколько минуточек — и мы обязательно пойдём в ресторан. Вот сейчас. Надо остановиться…
   
23
 
Чем дольше мы целуемся, тем меньше мне хочется идти в ресторан. И о голоде я совсем забываю, просто не до этого сейчас. Обнимаю Тимура за шею, прижимаюсь к нему, не могу оторваться от любимых губ. Мы и раньше доходили до этой точки, когда остановиться почти невозможно, а всё естество вибрирует от счастья и терпкого восторга, но ни разу ещё мы не оказывались вдали от города, общаги, людей. Мы на пороге съёмного домика, никто нам не помешает.