Секс в океане или Тайна зарождения жизни

СОЗДАНИЕ ПОДХОДЯЩЕГО ДЛЯ СЕКСА КЛИМАТА
Предотвращение развития дальнейших климатических изменений по наихудшему сценарию требует международного сотрудничества в глобальных масштабах и на всех уровнях государственного управления – а эта задача всегда нелегкая. Но основания надеяться на лучшее имеются. Прежде всего, океанические экосистемы оказались более приспособляемыми и жизнестойкими, чем полагалось первоначально. Только поймите правильно: если мы продолжим сжигать углеводородное топливо нынешними темпами, не предпринимая усилий по сокращению сопутствующих выбросов парниковых газов в атмосферу, последствия будут самыми плачевными: коралловые рифы в их нынешнем виде, к примеру, со временем исчезнут вовсе. Но оказавшаяся более высокой, нежели считалось, приспособляемость морской флоры и фауны дает нам некоторую отсрочку и время на исправление ошибочного курса. Например, повышение температурного фона в Мировом океане прогнозируемо приводит к дисбалансу между полами у множества видов с термическим механизмом детерминации пола потомства. Однако последние экспериментальные исследования ряда рифовых рыб {288} показали, что родители исправляют этот перекос всего за два поколения: рыбы, появившиеся на свет в условиях непривычно теплой воды и со смещенным балансом относительной численности полов, каким-то непонятным образом [104] вносят поправку на температуру, и доля самок в популяции восстанавливается до нормы уже к третьему поколению. Подобные исследования указывают на то, что та же самая гибкость в определении пола, которая заставляет нас, считающих таких рыб особо уязвимыми перед лицом климатических изменений, беспокоиться за их выживание, на поверку может делать подобные виды весьма приспособляемыми к новым условиям, что дает нам запас времени на поиск решения проблемы глобального потепления до той поры, пока температура водной среды не превысила порога адаптивных способностей видов и не нанесла им необратимого ущерба.
  
Морские ООПТ также способны помочь обитающим там популяциям пережить потенциально пагубные последствия климатических изменений. На тихоокеанском побережье мексиканской Нижней Калифорнии колонии морских ушек на полностью заповедных территориях {289} значительно меньше популяций за пределами заповедников пострадали от последствий двух жестоких пиков кислородной недостаточности вследствие перегрева воды – явления, которое будет ожидаемо учащаться по мере дальнейшего глобального потепления. Хотя в мертвую зону штилевой перегретой воды там попали все колонии абалона, значительно более высокая плотность популяций и более крупные размеры взрослых ракушек (привет МОПСам и тут!) на заповедных территориях послужили буфером. На ООПТ выжило достаточно морских ушек и – как мы помним, это также жизненно важно – в достаточной близости друг от друга, чтобы успешно возобновить половое размножение и восстановить потери за счет новобранцев значительно быстрее, чем за пределами заповедника. На самом деле охраняемая популяция принялась плодиться с такой интенсивностью, что работникам заповедника пришла в голову и была реализована идея использовать часть ее приплода для спасения колоний за пределами заповедника – этакий аналог «реализации складских излишков» посредством выездной торговли.
Аналогичным образом и в Карибском бассейне, где рифы в целом ухожены и хорошо охраняются (а уж о тех, где живут, здравствуют и кормятся сверхпопулярные рыбы-попугаи, и говорить нечего), наблюдается повышенная устойчивость экосистем {290} к негативным последствиям всеобщего потепления вод. Результаты всех исследований подобного рода однозначно указывают на то, что предпринимаемые на местном уровне меры весьма и весьма благотворно сказываются на долгосрочных перспективах выживания и процветания подобных экосистем.
Так что если нам удастся своими действиями просто предотвратить катастрофически резкое потепление по самым экстремальным сценариям, морские гидробиологические экосистемы имеют хорошие шансы благополучно адаптироваться к плавному потеплению и собственными силами. Мировой океан – это вам не суша, тут случаев полного вымирания видов наперечет, а при грамотной охране и управлении ресурсами даже самые пострадавшие от чрезмерной добычи виды, такие как горбатый кит, тихоокеанские морские окуни {291} или атлантическая меч-рыба, уже продемонстрировали свою способность к быстрому отскакиванию от опасной грани и возвращению в мир живых и здравствующих обитателей океана.
  
Заключение
 
Само море – оно и есть одно большое чудо секса
 
Повесть о сексе и море изобилует причудами, но и вселяет тревогу – иначе и быть не может при сказочном разнообразии способов зачатия жизни в океане и мириадах трудностей, которые ставит море перед теми из нас, кому небезразлична судьба всего этого диковинного подводного зверинца. Приятно сознавать, однако, что в борьбе за сохранение флоры и фауны океанов и морей сама Природа выступает на нашей стороне.
Внутренний позыв к воспроизводству у всего живого столь силен, что порождает – помимо, собственно, потомства – самые экстремальные образчики поведения из наблюдаемых нами на планете. Половое влечение побуждает китов и морских черепах пересекать океаны из конца в конец; кого-то из самцов – без сожаления расставаться с собственным пенисом; кого-то из самок – выбрасываться на берег и корчиться там, задыхаясь, в мазохистском сладострастии нереста. Сексуальное влечение – могучая сила, близко не допускающая, чтобы ее не принимали в расчет. Это и вдохновляет всякий раз, когда сталкиваешься с, казалось бы, бесчисленными угрозами существованию жизни в океане.
Вот пишу я, например, эти строки, а теплые дуновения ночного бриза из окна напоминают мне о том, что, возможно, именно этой ночью в самом сердце Карибского моря извергнут из глубины вод на поверхность свое потомство члены одной из самых уязвимых и пребывающих под угрозой исчезновения экосистем Земли. На этой самой неделе приходит срок миллионам коралловых полипов завершить приготовление к запуску ярко-розовых шариков, напичканных их сперматозоидами и яйцеклетками одновременно, на производство которых они израсходовали весь запас энергии, которую накопили за год. Прямо сейчас так и вижу, как эти шарики отправляются в безмолвное шествие из глубокого чрева коралловых полипов к их внешним устьям. И вот уже – медленно, но верно, всё еще связанные с кораллом пуповинами, – начинают они всплывать к поверхности…
В эти самые дни, вскоре после августовского полнолуния, нерестятся звездчатые кораллы – и выпускают миллионы и миллионы этих шариков с безупречной, какой-то даже ритуальной синхронностью многоопытных участников массовых сексуальных оргий, год за годом проводимых ими в одно и то же время на протяжении многих тысяч веков. Сознавать это и оживлять в памяти волшебную картину, свидетелем которой мне посчастливилось быть, – вот что вселяет глубокую уверенность в благополучном исходе. Невозможно не испытывать некоего подобия священного трепета при виде того, как из года в год в природе с изящной и безупречной точностью повторяются циклы самовоспроизводства жизни, которые не способны нарушить даже самые экстраординарные изменения во внешней среде. У нас есть возможность – и наш долг эту возможность использовать – обеспечить все условия для продолжения реализации этого колоссального природного потенциала самовоспроизводства. Необходимые материальные ресурсы в природе по-прежнему имеются. Вопреки всем угрозам их жизни – вот прямо сейчас – нерестятся кораллы! Если уж на что-то в нашем мире и уповать, то лишь на это.