Под покровом тайны (СИ)

Оценив ситуацию, Элизабет сменила траекторию и стала кругами пробираться к двери, стараясь не подпускать нападающего на расстояние удара. Тот тоже понял, что она задумала. Когда она рванула к дверям, понадеявшись на скорость, секретарь оказался проворнее и вцепился в ее прическу, собираясь одним махом покончить с ней, перерезав горло. Нож блеснул отражением заката, неумолимо приближаясь. 
Девушка дернулась посильнее, шелковистые пряди с частью украшений остались в руке ошеломлённого таким поворотом нападавшего. Присев, она с силой вонзила короткий метательный нож под ребро с левой стороны. Ударь она в грудь, лезвие не дотянулось бы до сердца, или если секретарь озаботился защитой, вообще не пробило бы щиток. 
С легким скрипом отворилась дальняя панель за троном. Первым в зал ворвался Лин. Метнулся к заляпанной кровью девушке, ощупал, казалось, со всех сторон сразу и не найдя повреждений молча стиснул в отчаянных объятиях. 
Вбежавшая с лязгом оружия стража была шокирована донельзя. Неизвестно, чем больше - видом принцессы в неглиже, трупом в луже крови на полу или тем, что этот труп был раньше секретарем саксонского посольства. 
  
Глава 19
 
Около часа Элизабет была в полной прострации. Побочный эффект перенапряжения. Лин своими руками отмыл ее от крови и пота, обработал пару царапин, полученных при сопротивлении, завернул в стеганый зимний халат и какое-то время просто сидел на кровати, привалившись к спинке и не только обнимая девушку, но и пытаясь привести ее в чувство собственным присутствием. 
Наконец ее начала бить крупная дрожь. Лин только крепче сжал Элизабет в объятьях, позволяя ей прийти в себя и успокоиться. Когда принцесса наконец обмякла в его руках и провалилась в неглубокий целительный сон, он решился оставить ее ненадолго. Вопрос с посольством надо было решать незамедлительно. И до Императора наверняка новости доберутся чрезвычайно быстро. 
Когда принцесса проснулась, ее ждала Муна с умывальным набором в руках, свежее платье, попроще, чем несколько часов назад, но не менее шикарное. Мало того, оно было ярко-алое, цвет, который по протоколу всем прекрасно известному дозволялся лишь Императору, его супруге и чете наследного принца. 
Полная недоумения, Элизабет привела себя в порядок, но на стадии одевания заколебалась. Ношение алого цвета неположенными по регламенту лицами каралось смертной казнью, причём на месте. Ворвавшийся без стука Лин разрешил ее сомнения. 
- Одевайся, нас ждут в Золотом зале Императорских покоев. Я поговорил с отцом, мы с тобой через неделю станем наследной венценосной четой, Император уже подписал указ. Так что давай быстрее. 
Лин вышел, давая Муне возможность закончить облачение принцессы и соорудить на голове очередную башню - в этот раз поскромнее, обошлись без хвоста. 
Охрана, сопровождавшая наследную чету, увеличилась вдвое. Теперь стражники шли не только впереди и позади Элизабет, но и прикрывали ее с боков. Так, в защитном коконе, они и дошли до Императорских покоев. 
В зале самого Императора не было. Стояли в центре зала, подавленные виной и окружающей роскошью, дипломаты Саксонской миссии, и вдоль стен выстроились шеренгой охранники. В зале собралась небольшая армия. 
Лин невозмутимо, будто не бряцало кругом нескрываемое оружие, прошествовал к Императорскому возвышению и опустился на него, кивком предлагая Элизабет присоединиться. Она степенно, с достоинством опустилась на подушки рядом с мужем и расправила на алом одеянии несуществующую складку. 
- Ваше Высочество, от лица Саксонии и присутствующих здесь дипломатов я хотел бы принести свои глубочайшие извинения за случившееся досадное недоразумение. Наш коллега проявил недопустимую...
- В старые добрые времена, - еле слышно перебила посла Элизабет. Пожилой мужчина замер на полуслове от неожиданности. - подобные недоразумения карались смертной казнью. Причём не только преступника, но и сопровождавших его лиц. 
Посол побелел. Элизабет бросила на него быстрый взгляд из-под ресниц, и удовлетворённая производимым эффектом, продолжила так же зловеще. 
 
- В качестве альтернативы, возможных сообщников подвергали пыткам, с целью установить наверняка их причастность. Мы же не хотим казнить невиновных, не правда ли? - промурлыкала девушка. Послы отчаянно замотали головами в судорожном отрицании. О талантах хингийцев в области мучений и истязаний плоти ходили легенды. Страшные. 
- Так и быть, я готова забыть об этом досадном недоразумении. - Элизабет выделила голосом последнее слово и сделала выразительную паузу, следя за выражением лиц послов. Похоже, начинало доходить. 
Сбежавшая с любовником принцесса - легкомысленная дура, а принцесса, отказавшаяся от престола ради брака с любимым принцем дружественной страны - уже совсем другая история. И их брак из скандального вдруг стал династическим. Это уже прекрасно понял Император, поспешивший привести свой план по назначению третьего сына наследным в исполнение. Теперь это предстояло уяснить ее отцу. 
- Если я и приеду когда-либо в Саксонию, то как жена правителя дружественного государства. - Яснее ясного обозначила свою позицию принцесса, демонстративно переплетая пальцы с сильной, вовремя подставленной рукой Лина. - Надеюсь, подобные недоразумения больше не повторятся, иначе придётся отряхивать прах забвения со старых отживших своё традиций. Не хотелось бы прослыть ретроградами, но что не сделаешь ради мира и спокойствия. 
Послы закивали, потом начали кланяться и благодарить за оказанную милость, клянясь передать слова принцессы в точности. Не дожидаясь окончания их благодарственных речей, Элизабет сжала руку Лина. Он понял ее без слов, поднялся, потянув ее за собой - встать первой она не могла по протоколу - и торжественно провёл мимо делегации прочь из зала. Только когда за ними с грохотом закрылись створки врат Золотого зала, она выдохнула с облегчением. Третий принц уважительно хмыкнул. 
- Как ты их. Моя королева. Не жалеешь?
Элизабет знала, о чем он спрашивает. Хотела бы она вернуться в Саксонию? Конечно, это ее родина, и несмотря на отвратительный климат, ее страшно тянуло в туманные холмы и каменные дворцы маленького, но сильного острова. Но принять трон и корону от предателей? Ни за что. 
Она решительно покачала головой. Лин улыбнулся, не заметив сам, что на мгновение задержал дыхание в ожидание ее ответа. 
Далеко они не ушли. 
Старший евнух остановил их в коридоре и уважительно поклонился Лину. 
- Его Императорское Величество желает видеть вас у себя в кабинете. Немедленно.  
Первое, что бросилось в глаза Элизабет в кабинете Императора, была алого шелка карта, горделиво висящая прямо над рабочим столом. От удовольствия девушка чуть покраснела. Она давно не была в гостях у тестя, тем более в кабинете. Семья чаще всего встречалась за едой в Центральном зале посреди сада, а последнее время и это происходило не каждый день. Император был занят государственными делами, которых с приближением Нового Года становилось все больше, Хон постоянно где-то пропадал и вообще редко появлялся во дворце, а жён и подавно не спрашивали, как и в каком составе они хотят ужинать. Свободен Император - все ужинают в Центральном зале, занят - каждый в своих покоях. 
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Лин, я полагаю, уже рассказал зачем я вас позвал. - Шон Шу устало откинулся в кресле, сплетя пальцы под грудью. Он не боялся показать слабость перед третьим сыном, в отличие от первого, Лину он доверял. Выдержав небольшую паузу, в течение которой посетители расселись по подушкам и приготовились внимать, Император одобрительно кивнул и продолжил. 
- Как вы уже знаете, я собираюсь назначить Лина наследным принцем. 
Элизабет внутренне поморщилась, старательно удерживая на лице доброжелательную заинтересованность. Муж так старательно увиливал от ответственности, и вот она его догнала. Ей было по большому счету все равно - к власти она не рвалась, вкусив интриг и сплетен сполна сначала в родной Саксонии, а затем и здесь. Но и против не была - ее с детства готовили к роли королевы, старые привычки так просто не отмирают.