Меня не сломать. Развод (СИ)

Тетка в мебельном меня за домработницу приняла. А Стас даже не попытался меня защитить… Усмехнулся и ничего ей не ответил…
Какая же я была глупая… Дуреха просто. Влюбилась в него, с мамой разругалась… Она тогда уже болела, предвидела скорую смерть… И его словно насквозь видела. Утверждала, что Стасу нужна не жена, а удобная домработница. Покорная и молчаливая прислуга… И никаких чувств он ко мне не испытывает… Выходит, была права?
  
Катюша бегает по магазину, разглядывая яркие полки с печеньем и конфетами, а я… Покупаю наугад то, что считаю полезным. Знаний у меня никаких… Вот баранки можно есть? А хлебцы? Макароны – зло или допускаются при похудении? Отчаявшись, звоню Филипповне.
– Любовь Филипповна, у меня нет знаний. Я боюсь ошибиться и навредить себе. С чего начать? Может, вы у дочери спросите?
– Так я у нее сейчас. Ми-ила! Дочка, поговори с Надеждой, подскажи ей.
Мила здоровается со мной, рекомендуя обязательно посетить врача перед похудением.
– А сыр этот можно есть? – спрашиваю я, поглядывая на полку и называя марку.
– Надь, не дели продукты на хорошие и плохие, ладно? И нужно обязательно есть немного сладостей. Это поможет избежать срыва. Мармелад без сахара, горький темный шоколад, зефир… Не обязательно баловать себя тортом. Хочешь, я запишу тебя к своему эндокринологу? Правда, она принимает в частной клинике. Далековато от вас… Сдашь необходимые анализы, получишь рекомендации по питанию. Анна Вадимовна рассчитает необходимое количество калорий и расскажет, как строить рацион. Согласна?
– Да.
Вечером я все-таки уминаю печенюшку с чаем… Мне горько, обидно… Ощущение собственной никчемности соседствует с болью предательства… Он ведь мог честно расстаться. Развестись, а не изменять мне за спиной…
Споласкиваю посуду, представляя другую картинку… Я, красивая, стройная, деловая и успешная, выплевываю предателю в лицо: «Я знаю про твои измены, милый. Но теперь… Поздно что-либо возвращать. Ты свой выбор сделал».
Я хочу утереть ему нос, стать той, в кого он влюбится, но… Будет уже поздно. Хочу вытрепать ему нервы, лишить покоя и сна…
Хочу, чтобы Стас мучился и кусал локти… Ползал на коленях, но я прощать не стану…
И мечта кажется столь сладкой, что я… выбрасываю печенье в мусорку. А вместе с ним все свои хомячьи запасы – ирис и конфеты, орешки в глазури, сухофрукты…
«Завтра Анна Вадимовна принимает с девяти, у нее запись на месяц вперед, но я попросила тебя принять. Сказала, что ситуация критическая», – пишет мне Мила.
«Спасибо. Что же ты сказала?»
«Ничего такого, не волнуйся. Сказала, что ты очень плохо себя чувствуешь, испытываешь слабость и головную боль, сильную усталость. Она тебя примет в 7.45, до приема. Сможешь так рано приехать?».
«Да».
Значит, придется Катюшу отвозить в садик к семи и мчаться в клинику…
Глаза лезут на лоб, когда Мила присылает прайс… Еще и анализы сдавать… Если я буду разбрасываться деньгами, у меня ничего не останется на жизнь без Стаса…
Он в любой момент может меня вышвырнуть и… И как я буду кормить дочь? Лепить пельмени и вареники не четыре, а четырнадцать часов кряду?
А жить где? На помойке?
– Привет, я дома, – хлопает входной дверью Стас. – Устал как черт. Но я сытый, так что… Устрой себе отдых от готовки. А это что такое? – хмурится он, завидев мультиварку.
– А это… Андреевна с работы продала за тысячу рублей, она старая.
– Хм… Выглядит новой. Ну ладно. В следующий раз спроси меня, прежде чем тащить в дом хлам.
– Стас, мне надо… Дай мне десять тысяч. Нужно пройти анализы у невролога. Врач хочет поменять лечение Катюши и…
– Надь, ну чего ты мямлишь? Десять хватит? У меня сегодня аванс как раз. Ты чеки мне забыла показать, сколько там за коммуналку платить?
– Сейчас…
Интересно, он от Камиллы такого же подробного отчета о тратах требует?
– И… Стас, нужно сдать в фонд группы пять тысяч.
– Что за фонд группы? Что это за суммы такие? – ворчит он, потягиваясь и расстегивая воротник рубашки.
– Ну… Из общей суммы родительский комитет покупает шторы, мыло и влажные салфетки, подарки воспитателям. Такие правила.
И где я так врать научилась? Наверное, у своего любимого муженька?
– Лови, Надь. Фонд группы, коммуналка, анализы.
– На лекарства для Кати тоже скинь, пожалуйста.
– А ты, часом, не обнаглела, Надежда?
Так и хочется дать ему в морду и сказать, что я знаю про Ками! И что единственный, кто обнаглел – он!
Но я застенчиво отвожу взгляд и тоненько произношу:
– Ты мой кормилец, родненький мой… Кто еще мне поможет? Так скинешь?
– Ладно, – благодушно произносит Стас.
Ну все, деньги у меня есть… Коммуналка оплачена давно, а в фонд группы я сдала два месяца назад. И не пять тысяч, а полторы. Теперь, главное, не подвести Милу и не опоздать!
  
Глава 7. 
 
*Надежда*
Весь вечер я занимаюсь Катюшей. Мы лепим, рисуем, выбираем красивое платьице для завтрашнего похода в садик.
Я купаю малышку и ложусь с ней рядом, прикрывая дверь в детскую. Не хочу больше засыпать с предателем. Ненавижу его, хотя… Я ведь такая же, как он… Только предаю я себя. Наступаю на горло собственной песне, унижаюсь, вру…
Господи, пусть он поскорее уедет. Свалит в Сочи со своей красоткой. Он ведь берет ее с собой?
Стас расхаживает по квартире, разговаривая с кем-то по телефону… Я не прислушиваюсь, но до меня долетают обрывки его фраз:
– Миронюк одобрил мой проект. Я подключил к расчетам опытных аналитиков, наглядно показал выгоду. Милая, мы проведем три месяца вместе! Осталось немного подождать. Ага, ага… И я тебя люблю, завтра увидимся.
Он поддакивает, а потом с придыханием добавляет:
– Колье я куплю тебе тоже, любовь моя. Нет, нет, оно будет оттенять твою красоту. И не спорь, любовь моя, ты достойна этого подарка.
Он думает, что я сплю, а я глаз не могу сомкнуть… Новая реальность обрушилась на мои плечи как лавина: предательство мужа, осознание собственной никчемности, несамостоятельности, нищеты…
У меня нет ничего стоящего, я не владею ничем… Квартиру родителей нам пришлось продать, чтобы оплатить операцию и реабилитацию моей мамы… Только это не помогло, она все равно меня покинула…
Я совсем одна в этом мире… Есть дальние родственники в Алтае, но я никогда их не видела.
Вместо того, чтобы попытаться уснуть, я оживляю экран смартфона и ищу страничку Камиллы.
Она выглядит невероятно счастливой… Утонченной, уверенной в себе, стройной. Ей не нужно выпрашивать пять тысяч на коммуналку…
Они едят в дорогих ресторанах, судя по снимкам. Катаются на такси, ходят на выставки и в клубы... И Стас везде! Она его наглую рожу даже смайликом не прикрывает...
Стас ей завтра купит колье… Интересно, оно с бриллиантами? Или сапфирами? В любом случае подарки для любовницы у него в приоритете… Мне он не подарил ничего, кроме обручального кольца…
Унижение затапливает душу, но я беру себя в руки… Не могу я сдаваться, не имею права… У меня есть дочь. У Кати никого нет, кроме меня. Для Стаса не только я обуза, но и она…
Проваливаюсь в сон, просыпаюсь раньше будильника. Принимаю душ, высушиваю длинные, тяжелые волосы. Они струятся по плечам, как живой шелк. Разве я ее хуже? Той блондинистой выдры? Вовсе нет…
Не верю, что она будет все успевать, родив ребенка… Не работает это так. Но Стас твердо уверен, что Камилла – девушка-мечта… Или робот, способный легко управляться с ребенком, кухней и обязанностями по работе. Ну что же… Он свой выбор сделал, я тоже…
  
Воспитательница удивленно вскидывает брови, завидев нас так рано.
– Здравствуйте, отныне я буду оставлять Катю на дневной сон. Ее адаптация несколько затянулась, не находите? – твердо произношу я.
– Послушайте, Надя… А если она будет плакать или кричать? Пугать других детей и…
– Не будет, если вы проявите доброту и терпение. Я понимаю, что вам удобно, но… Мне необходимо выйти на полный рабочий день, так что Катюша будет оставаться до пяти.