Алая аура протопарторга. Абсолютно правдивые истории о кудесниках, магах и нечисти самой разнообразн

Всё ещё чувствуя предобморочную слабость, дон Жуан потрясённо глядел им вслед. Оставалось лишь гадать, кто же он – этот Пётр Петрович. Должно быть, после смерти такой человек высоко вознесётся, а если уж падёт – то, будьте уверены, на самое дно преисподней. Глаза-то, глаза!.. Полковник сказал: из Москвы… Ох, из Москвы ли?..
Сзади под чьими-то осторожными шагами скрипнул песок. Дон Жуан хотел обернуться, но в следующий миг его крепко схватили за руки, и на лицо плотно упала многослойная марля, пропитанная какой-то дурманящей мерзостью.
* * *
Очнувшись, он первым делом изучил застенок. Всюду камень, нигде ни окна, ни отдушины. Единственный выход – железная дверь с глазком. Должно быть, подземелье.
Итак, его опознали… Конечно же, не из какой он не из Москвы, этот Пётр Петрович, а прямиком из-за Ахерона… Мог бы и раньше догадаться!
Да, но, если дон Жуан опознан, зачем его посадили в подземелье? Не проще ли было изъять тело, а самого вернуть во второй круг? Или даже не во второй, а много глубже – за побег и угон ладьи…
Что тут можно предположить? Либо его хотят лишить тела в особо торжественной обстановке, что весьма сомнительно, либо… Либо опять приняли за кого-то другого. Ошибся же тогда чертёнок…
Утешив себя такой надеждой, дон Жуан поднялся с жёсткой койки и ещё раз осмотрел камеру. Отсюда и не убежишь, пожалуй… Ишь как всё законопатили!..
Счёт времени он потерял очень быстро. Освещение не менялось. Приносившие еду тюремщики на вопросы не отвечали. Наверное, прошло уже несколько дней, когда в коридоре послышались возбуждённые голоса, и сердце оборвалось испуганно: это за ним.
Лязгнула, отворяясь, железная дверь, и в камеру вошли двое. В коридоре маячило ошеломлённое рыло охранника.
– А? Застенки! – ликующе вскричал вошедший, помоложе, и простёр руку к дону Жуану. – Самые настоящие застенки! Полюбуйтесь! Держать женщину в подвале, даже обвинения не предъявив! Как вам это понравится?
Тот, что постарше, хмурился и покряхтывал.
– Почему вы знаете, что не предъявив?
– Потому что уверен! – с достоинством отозвался первый и вновь повернулся к дону Жуану. – Скажите, вам было предъявлено какое-либо обвинение?
– Нет, – с удивлением на них глядя, отозвался тот. – Генерал…
– Ге-не-рал? – Тот, что помоложе, запрокинул лицо и расхохотался сатанински. Оборвал смех, осунулся, стал суров. – Недолго ему теперь ходить в генералах. За все свои злоупотребления он ответит перед народом. Хватит! Пора ломать систему!
 
Глава 12
 
Под следствием
 
Дона Анна
Так это Дон Гуан…
Дон Гуан
Не правда ли – он был описан вам
Злодеем, извергом…
А. С. Пушкин. Каменный гость
– Стало быть, никого из этих людей, – склонив упрямую лобастую голову, цедил следователь, – вы не знаете и даже никогда не встречали… Вы присмотритесь, присмотритесь!
Дон Жуан присмотрелся. Совершенно определённо, этих четверых он не встречал ни разу, а если уж совсем честно, то предпочёл бы и дальше не встречать. Один – какой-то всклокоченный, с заплывшим глазом; другой – коренастый, волосатый, насупленный; третий – румяный, придурковато осклабившийся красавец; четвёртый – громила с татуированными лапами… И воля ваша, а веяло от всех четверых неким неясным ужасом.
– Стало быть, не видели, – помрачнев, подытожил следователь. – Ладно, уведите…
Незнакомцев увели.
– Смотрю я на вас – и диву даюсь, – играя желваками, продолжал он. – Почему вы, собственно, так уверены в своей безнаказанности? Да, генерал волевым решением поместил вас в подвал, и генерал за это ответит. Как и за многое другое. Вы хотите здесь сыграть роль жертвы? Но в подвал, согласитесь, могли попасть и сообщники генерала, что-то с ним не поделившие. Вы улавливаете мою мысль?
 
Дон Жуан был вынужден признать, что улавливает.
– Кто такой Пётр Петрович? – отрывисто спросил следователь.
– Понятия не имею.
– Имеете!
Дон Жуан смолчал. Так и не дождавшись ответа, следователь устало вздохнул.
– Хорошо, – сказал он. – Давайте по-другому. Ваше последнее появление. Как всегда, вы возникаете неизвестно откуда, и генерал принимает вас с распростёртыми объятьями. Совершенно незаконно он снабжает вас документами на имя гражданки… – Следователь неспешно раскрыл и полистал паспорт. – Гермоген… – Запнулся, словно подивившись неслыханной фамилии, затем вновь нахмурился и кинул паспорт на стол. – Поселяет вас в ведомственной квартире, снабжает роскошными туалетами… С чего бы это, Жанна Львовна? Вы уж позвольте, я буду пока вас так называть. В прошлый раз ваше имя-отчество, помнится, звучало несколько по-другому – это когда вы прибыли в город с бригадой речников, которых теперь даже узнавать отказываетесь…
«Значит, на зону… – угрюмо думал дон Жуан. – Кажется, здесь это тоже так называется… Ну что ж, не пропаду. Бегут и с зоны…»
– А куда кору дели? – с неожиданной теплотой в голосе полюбопытствовал следователь.
О господи! И этот туда же!
– Какую ещё кору?
Следователь крякнул и прошёлся по кабинету. Косолапо, вразвалку, склонив голову и сжав кулаки. Мерзкая походка. Как будто тачку катит. С углём. Остановился, повернул к дону Жуану усталое брезгливое лицо:
– Ту самую, что в прошлый раз вы давали заваривать гражданке Непалимой, вашей давней любовнице. – Следователя передёрнуло от омерзения. – Ваше счастье, что нынешнее наше законодательство гуманно до безобразия. Будь моя воля, я бы вас, лесбиянок…
Он скрипнул зубами и, протянув руку, медленно сжал кулак.
– Нет, ну это что ж такое делается! – с искренним возмущением заговорил он. – Педерастов за растление малолеток – сажают, а этим, розовеньким, даже и статью не подберёшь! Нету! Ну ничего… – зловеще пробормотал он и, подойдя вразвалку к столу, принялся ворошить какие-то бумаги. – Ничего-о… Найдётся и на вас статья, Жанна Львовна. Я понима-аю, вам нужно было выручить ваших дружков с буксира… Вот и выручили. И думали, небось, все концы – в воду? Ан нет, Жанна Львовна! Вы что же, полагаете, с «Богдана Собинина» никто не спасся, после того как вы проникли в рубку и таранили баржу теплоходом? Шланги водолазам, надо полагать, тоже вы обрезали?
– Нахалку шьёшь, начальник! – хрипло проговорил дон Жуан.
Лицо следователя изумлённо просветлело.
– Ну вот… – вздымая брови, тихо и счастливо вымолвил он. – Вот и высветился кусочек биографии… Отбывали? Когда? Где? По какой?
«Да чего я, собственно, боюсь-то?» – с раздражением подумал дон Жуан.
– Во втором, – презрительно глядя в глаза следователю, выговорил он. – По седьмому смертному.
Несколько секунд следователь стоял неподвижно, потом у него внезапно подвихнулись колени. Сел. По выпуклому лбу побежала струйка пота.
– В горние выси мать! – Голос его упал до шёпота. – Ванька?..
– Фрол?!
* * *
– Проходи, садись, – буркнул Фрол Скобеев, прикрывая дверь. – Хоромы у меня, как видишь, небогатые, ну да ладно… Погоди-ка!.. – добавил он и замер, прислушиваясь.
Похлопал по шторам, посмотрел с подозрением на стол. Наклонился, сунул руку. Под столом что-то пискнуло и забилось.
– Ага… – сказал он с удовлетворением и выпрямился, держа за шкирку извивающегося полупрозрачного чертёнка.
– Чего хватаешь? Чего хватаешь? – вопила тварь, стреляя слюдяными копытцами.
Насупившись, Фрол скрылся за дверью туалета. Загрохотала вода в унитазе.
– Достали, шестёрки, – мрачно пожаловался он, вернувшись. – Ну так кто первый рассказывать-то будет?
 
Глава 13
 
Рассказ Фрола
 
Лепорелло
А завтра же до короля дойдёт,
Что Дон Гуан из ссылки самовольно
В Мадрит явился…
А. С. Пушкин. Каменный гость