Догнать ревизора, или налог на Золушку (СИ)

– Даже не рассчитывайте, – опять не смолчала я. – Он служит только ведьмам рода.
– Но ведьма рода может служить инквизиции, – вкрадчиво произнес Богдан и понимающе улыбнулся.
– Ведьма на службе инквизиции? – неискренне рассмеялась я. – Шутишь?
– Почему же, – Богдан все так же снисходительно улыбался, словно читал мои мысли и наперед знал, что я скажу и что думаю. Но ведь этого не может быть? Не может же? – У нас служат и ведьмы тоже. Мы дадим больше, чем может предложить темный властелин.
– О, да, – высокомерно и зло процедил Дин. – Например, полный ментальный контроль, ложное счастье, навязанного мужа и костер, если ведьма станет слишком непокорной.
Богдан скривился.
– У вас устаревшие сведения, ваше темнейшество, инквизиция давно не применяет запрещенных приемов. Анна, – обратился он ко мне, хотя взгляд невидящий и пустой так и был направлен в сторону Динэна. – Мы очень хорошо платим. Ты ни в чем не будешь нуждаться, ни в деньгах, ни в покровителях. Сможешь избавиться от контроля древнего вампира и его приспешников. И работать с артефактом будешь только ты! Представь, скольким ты сможешь помочь, скольких спасти от проклятий, скольким вернуть надежду, разум и будущее
– По приказу инквизиции, – выплюнул зло Динэн. – Спасать тех, на кого укажут, а это будешь решать не ты, Анна, а безгрешные инквизы.
– Ты их не любишь, – констатировала я очевидный факт.
– Мне на них глубоко наср... – чуть не выпал из образа высокомерного аристократа Дин, – начихать. Семья темного владыки стоит над законом. Мы и есть Закон!
– Как познавательно... Все время хотела спросить, темный властелин, темный владыка – это ведь титулы? Наследные?
Богдан опять улыбнулся, а Динэн воззрился на меня с недоумением, а потом на его хмуром симпатичном лице отобразилось понимание.
– Все время забываю, что ты не местная. Это не титул, это – градация магической силы. Темный или светлый – по цвету дара, подмастерье, мастер, властелин и владыка – по уровню. Часто это заменяет традиционное обращение - его темнейшество, его темность, или его темное сиятельство. У светлых так же, но в светлых тональностях.
– Кстати, моя дорогая Анюта, – промурлыкал Богдан и по коже сорвались в бег лавины мурашек. – После оглашения завещания ты получишь титул графини и возглавишь список завидных невест.
– Анна моя невеста! – прорычал Дин и встал так, чтобы загородить меня от инквизитора. Хотя в чем смысл? Богдан ведь слеп. – Не забывайся, инквиз!
– Пока, – многозначительно ответил Богдан. – Темный владыка еще не утвердил ваш брак. Анна, – обратился он ко мне, тихо стоящей за спиной темного властелина. – Подумай до ужина о моих словах. Но знай, каким бы не был твой ответ, инквизиция тебе не враг и ты можешь рассчитывать на мою помощь. В любом деле. В любом, Анна. До вечера, господа. 
Он круто развернулся и вышел из комнаты тихо прикрыв за собой дверь.
– И сколько он услышал из нашего разговора? – хмуро спросила я у такого же напряженного Дина.
– Боюсь, что много... 
Ну и плевать, у меня работа стоит. Меня для ревизии наняли, а не для поисков артефактов, так что пусть все эти светлые и темные между собой разбираются! Хотя... Почему бы не совместить приятное с полезным? Я ведь в отпуске, а тут такой шанс вернуть Богдану поцелуй десятилетней давности, а заодно разбитое сердце и печальные воспоминания.
– Ты чего так кровожадно улыбаешься, цыпа? – подозрительно протянул Дин.
– Знаешь, в образе высокомерного мерзавца герцога ты мне нравишься больше, – скривилась я на «цыпу». Вроде уже и привыкла, а все равно коробит!
– Никто не знает о проклятии. Ведьме темный владыка лично рот запечатал, те кто был в курсе подверглись стиранию памяти или принесли клятвы о молчании, а кто пытался сопротивляться теперь служат привидениями в замке владыки. Арсийские умеют убедить хранить их секреты. Так что, – хмуро сообщил Динэн, – инквизиция в круг посвященных не входит.
– Или не входила, – добавила я, вспомнив наш с горгульей сегодняшний разговор.
 
– Даже если он услышал что-то, все равно не сможет понять о чем мы рассуждали, цыпа, так что не парься! – беспечно махнул он рукой. – А если что, мы просто свернем ему шею.
– Нет человека, нет проблем, – кивнула я. – Ты ведь пошутил, да? – Судя по понимающему взгляду и мелькнувшему на мгновение жестокому безразличию, он не шутил. – А что будет, если о проклятии станет известно инквизиции?
– Это ты у темного властелина спроси, я в политику даже кончиком крыла не лезу, цыпа!
Спрошу, обязательно спрошу! А теперь поспешим разгребать пыльные бумажные завалы! Динэн попробовал меня задержать, но я была непреклонна. Таблицы сами себя не заполнят!
Я до вечера вносила в программу данные, зато к ужину успела закрыть один год. С убытком! Зато выяснила немаловажный для меня факт - налоги платились от прихода, читай – выручки, независимо от затрат. Получил доход, сразу с него заплати налог, а потом трать оставшуюся часть, как тебе хочется. Единый налог на все, а дальше финансовая служба владыки распределяла, что, куда и кому отправить. Удобно. Но замок обходился владельцу дороговато. И как я поняла, земель хозяину замка не полагалось. Потому что статья дохода состояла не из налогов и податей собранных с окрестных сел, а от продажи все тех же таинственных зелий и каких-то услуг. И это опять вызвало у меня вопросы, поэтому пред ужином я решила зайти к Арсу, кое-что уточнить. Но прежде...
– Дом Эгар! – позвала тихо. – У меня есть вопрос.
Замковый появился не сразу и был он почти невидимым, я едва разбирала его голос и меня это изрядно напугало.
– Что случилось? Вы исчезаете...
– Инквизитор в замке, – прошелестело едва слышно. – Все силы на сдерживание уходят.
– Я о нем и хотела поговорить, – нахмурилась и тут же распрямила лоб, вспомнив о гипотетических морщинах. – Как много он услышал из нашего с Дином разговора?
– Только последнюю фразу, – дом скривился. – Силен и любопытен. Требуй оглашения завещания и вступай в полное владение. А пока...
– А пока я найду, чем его занять, – кивнула. – Устрою ему поиски артефакта...
Замковый не ответил, исчез, а я потянулась, подхватила записи и направилась трепать нервы Арсу. Ведьма я или погулять вышла?
Я стукнула и влетела в кабинет Арса не дожидаясь разрешения, хотела застать горгула, так сказать, в естественной среде обитания. Застала стоящим у окна. Каменные руки упирались в подоконник, ссутуленные плечи наклонены, крылья сложены чуть встопорщенным плащом. Массивная фигура застыла в напряженной и какой-то скорбной позе, которая совершенно не вязалась у меня с твердолобым и упертым Арсом. Когда я прошла к столу он даже не повернулся, лишь вздохнул тихо и обреченно спросил:
– Что еще случилось?
– Глобально или в частности?
– Анна, с вашим появлением все мои проблемы из частных перешли в глобальные.
– Бывает. – Я села на стул и закинула ногу на ногу. – У меня готов отчет по первому году, хотелось бы получить кое-какие пояснения и документы. – Я замолчала, ожидая ответной реакции. – Что-то интересное показывают? – уточнила самым безобидным голосом, видя, что хозяин кабинета не спешит осчастливить меня деловым разговором.
Арс с мученическим выдохом отвернулся от окна и уставился на меня с укоризной и безнадежностью. Я улыбалась профессиональной улыбкой бухгалтера, собирающегося сообщить боссу об огромном налоге на прибыль, и открыла ноут.
– Я тебя пугаю? – задал он совершенно неожиданный вопрос и все же сел, но не на свое место, а легко поднял кресло и поставил рядом со мной, чтобы видеть экран.
– Нет, – искренне ответила я, недоумевая к чему этот разговор. – Первый день было немного странно и непривычно, что жутковатая статуя говорит и двигается, но сейчас я даже внимания на твою внешность не обращаю. Ну, крылья, серая кожа, глаза... сейчас желтые. Подумаешь! Ты все равно привлекательнее моего прошлого директора! Честное слово!