Любовь с французским акцентом (СИ)

На стене Рихтер, на книжных полках собрание Хемингуэя, на журнальном столике пара виниловых пластинок и пепельница. По таким штрихам и собирается образ мужчины лет тридцати пяти, немного холодного, уверенного в своей состоятельности и не дающего права на компромисс.
Таким мужчинам не надо утверждать свою мужественность, они слушают Билли Холлидэй по вечерам, курят сигареты вместо сигар, придерживаются костюма-тройки и совершенно очаровательны в своем неочевидном гедонизме.
— Это ваш кабинет? — с интересом спросила она, наконец поворачиваясь к интервьюируемому.
— Нет, это кабинет директора Malfoy Art Déco, который в данный момент отсутствует. Я подумал, что тут нам будет комфортнее.
Гермиона вперилась в него глазами, по-видимому подозревая в грандиозном обмане, и произнесла с расстановкой:
— Вы что, специально попросили его уйти?
Малфой рассмеялся от неожиданности этого заявления и попытался успокоить ее, напрочь отметая вероятность такой вопиющей наглости:
— Мисс Грейнджер, я и вполовину не так всесилен, как вам бы хотелось думать. Я приехал в Париж не для того, чтобы выгонять людей из их кабинетов.
Не оставляя смутные сомнения, Гермиона взглядом переключилась на список вопросов, одной рукой пытаясь найти Прытко-Пишущее перо в своей безразмерной сумке.
— Ваша компания поколениями занимается ювелирным бизнесом. Довольно успешно, судя по репутации холдинга. Сколько филиалов вашего бизнеса по всему миру?
— В данный момент у нас двадцать восемь филиалов. Основная их часть, естественно, находится в Англии, несколько в Германии, Бельгии и США.
— У вас налажено собственное производство или вы предпочитаете импортировать готовые материалы?
— Мы, разумеется, предпочитаем свое производство: у нас много заводов, занимающихся добычей благородных металлов по всему миру. Гораздо выгоднее заниматься производством ювелирных изделий на месте, чем платить таможенные пошлины в случае ведения бизнеса в магловском мире. Если мы говорим про наш мир, то тут все гораздо проще, но любой вид трансконтинентального перемещения может быть губителен для магических свойств некоторых изделий, поэтому они изготавливаются исключительно в странах, где у нас налажен процесс добычи.
— То есть во всех странах есть изделия, которые выпускаются только там?
— Да. Можно сказать, что в странах, где мы осуществляем производство, есть своя отдельная коллекция для внутреннего рынка.
— То есть за столько лет ваша семья не смогла найти лазейку в системе, чтобы перемещать подобные драгоценности для продажи в другой стране? — прищурившись, с ощутимым скепсисом в голосе задала вопрос мисс Грейнджер.
— Способы, конечно же, существуют. Хотя бы посредством магловских способов передвижения, но, очевидно, это ни в коей мере не выгодно для компании. Гораздо легче заказать портал в Министерстве магии и самостоятельно отправиться на поиски идеального украшения из коллекции Malfoy’s.
— Понятно. — Гермиона оценила текст, написанный Прытко-Пишущим пером, и перешла к следующем вопросу. — Спустя несколько месяцев считаете ли вы правильным решение открыть во Франции дочернюю компанию?
— Определенно. Malfoy Art Decó направлена на развитие одного из подразделений Malfoy group, чтобы в дальнейшем осуществлять деятельность на международном уровне. И, вне всяких сомнений, я бы сказал, что приехать в Париж — лучшее решение в моей жизни.
— Насколько я понимаю по названию, Malfoy Art Decó занимается искусством?
— Да, если говорить кратко, то создает уникальные дизайн-проекты, используя современное искусство.
— Показатели компании, судя по статистике из открытых источников, имеют не такой динамичный рост, как утверждали прогнозы. Может быть вы не нравитесь французам?
— Если так, то хорошо, что я влюблен не во француженку, — улыбнулся Драко самой широкой улыбкой, имеющейся в его арсенале.
— Мистер Малфой, вы открыли здесь дочернюю компанию Malfoy group, обзавелись новыми бизнес-партнерами. Вы надолго остаетесь в Париже?
Он не двигался и ничего не говорил. Лишь пристально смотрел, но в этих глазах плескалось столько неподдельной нежности, что она почувствовала волну, накрывающую ее с головой.
 
— Навсегда.
Гермиона поднесла руку к лицу, прикрыв внешней стороной пальцев губы, пытаясь не расплыться в глупой улыбке.
— Больше не представляете свою жизнь без лягушачьих лапок и неподражаемого короля Рокфора?
— Не представляю ее без тебя.
Взмахнув темными пушистыми ресницами, она притронулась к кольцу, сверкающему на пальце:
— Думаю, что на этом мы закончим.
Драко весело наблюдал, как Грейнджер чуть не прищемила Прытко-Пишущее перо, норовившее выбраться из сумки, пока впопыхах собирала в нее свои вещи. В конце концов, выиграв в этой неравной борьбе, Гермиона вернулась к нему взглядом, тепло улыбнулась и задала последний вопрос:
— Так ты ведешь меня обедать?
Париж не для слез. Он для танцев на набережной Сены, темпераментных ссор, звуков аккордеона на маленьких улочках, воплощения мечт, для взлетов и падений. Париж для любви.
И для исцеления. Кого-то он мотивирует стремительно двигаться дальше, а кого-то остановиться, чтобы разглядеть впереди светлые пятна будущего. Неважно какой путь ты избрал, главное, что на финишную прямую вы пришли вместе.