Рай с привкусом тлена (СИ)
Убедив себя, что оттягивать встречу бессмысленно, я в последний раз придирчиво оглядела отражение в зеркале, набрала в грудь побольше воздуха и направилась к назначенному месту.
— Дон Зальяно! — приветливо улыбаясь, словно душу не отравляла въедливая тревога, поздоровалась я. — Как приятно, что вы решили воспользоваться приглашением и навестить нас!
— Донна Адальяро, — сухонький немолодой господин поднялся с места и склонился передо мной в глубоком поклоне. Я отметила краем глаза, что при себе он имел небольшой лекарский саквояж. — Удовольствие лицезреть вас несравнимо ни с чем. Я безмерно благодарен вам за то, что согласились меня принять.
— Оставим церемонии, — я подала ему руку для приветственного поцелуя и взглядом отослала Сай, принесшую фрукты. — Может быть, хотите чаю или кофе?
— О нет, госпожа Адальяро, не стоит беспокоиться, я не задержу вас надолго.
— Вы хотите увидеться с Джаем?
— Да, — выдохнул лекарь, взглянув на меня с непривычной робостью и мольбой в темно-карих глазах. — Если позволите.
— Разумеется. Позвать его сюда или провести вас на тренировочную площадку?
— На площадку? — недоуменно моргнул седовласый дон.
— По желанию Джая мы начали строительство тренировочной арены для бойцов. Это его детище. Хотите взглянуть?
— О… это было бы чудесно. Но прежде, если позволите, я хотел бы задать вам вопрос.
— Вы можете не стесняться и спрашивать о чем угодно, — ощущая к этому человеку необъяснимую симпатию, милостиво разрешила я.
— Благодарю вас, донна. Скажите старику… это правда, что в ближайшую субботу Джай выйдет на поединок с этим горцем, Несущим Смерть? Дон Вильхельмо упомянул об этом вскользь, но мне трудно поверить…
— Увы, — тема предстоящего боя всколыхнула в груди на время забытую боль, и на плечи вновь опустилась свинцовая плита. — Это правда.
Дон Гидо изменился в лице, волнение завладело им настолько, что некоторое время он не мог произнести ни слова. А затем сделал то, чего я никак не могла ожидать: встал передо мной на колени и умоляюще сложил руки.
— Прошу вас, добрая госпожа! Не посылайте его на смерть! Он… бывает строптив, я знаю, но он хороший человек и не заслуживает такой страшной смерти. Молю вас, позвольте мне выкупить его! Мне известно, что вы заплатили за него высокую цену, но я готов предложить вам за этого раба вдвое больше!
Эмоции захлестнули меня настолько, что даже вздохнуть как следует не получалось. В горле застрял комок, на глаза навернулись слезы от искренней тревоги этого человека.
— Дон Зальяно… — я протянула к нему руки и заставила подняться. — Прошу вас, успокойтесь. Все не так, как кажется на первый взгляд. Позвольте мне объяснить. Но сперва выпейте, пожалуйста, лимонной воды.
Доктор Гидо послушался меня скорее для соблюдения приличий, через силу сделав глоток из запотевшего стакана. От моего взгляда не укрылось, как мелко дрожали его суховатые пальцы.
— Не знаю, говорил ли вам Джай при вашей первой встрече, но я собиралась отпустить его на свободу. И даже сделала это — увы, еще не зная правил, — однако первое, что он предпринял, это пошел убивать дона Вильхельмо. Думаю, об этом вам известно.
Потупив взгляд, доктор Зальяно кивнул.
— Да, знаю… Этот безумный поступок его не красит, и я весьма благодарен вам за то, что вы оставили его в живых.
— Я никогда не хотела убивать Джая или причинять ему боль. Я не собиралась держать его в рабстве. И будь я всего лишь его госпожой, я бы непременно согласилась на ваше щедрое предложение. Однако теперь все не так просто, как кажется. Джай находится здесь по собственной воле.
Доктор Гидо посмотрел на меня недоверчиво.
— Вы имеете в виду…
— Его вольная выписана по всем правилам и находится при нем. В любое время, когда Джай захочет, он может воспользоваться ею. — Я запнулась, поскольку это была лишь часть истины, ведь купчая по-прежнему хранилась у Изабель. Кроме того, я отнюдь не была уверена, что этого доброго лекаря можно посвятить в подробности нашей опасной затеи, поэтому могла рассказать ему лишь кусочек правды. — Только теперь все сложнее. Мы решили, что здесь, в поместье Адальяро, ему и другим бойцовым рабам будет лучше, чем где бы то ни было. Их не станут наказывать без нужды, их будут кормить вдоволь и позволят выбирать себе битвы и соперников. Что до поединка с Несущим Смерть… Джай сам так решил. Уверяю вас, дон Гидо, моим самым горячим желанием было бы не допустить этого боя. Я вовсе не хочу отправлять людей на смерть, да вы и сами могли бы в этом убедиться. Но этого боя требует дон Вильхельмо. Взамен, если Джай победит, господин Верреро обещал продать мне раба по имени Аро. Это то, чего хочет Джай и ради чего он хочет сразиться.
Дон Зальяно в изумлении приоткрыл рот.
— Но… это ведь безумие! Ему не победить горца!
— Это понимаем мы с вами, — я грустно качнула головой. — Но Джай думает иначе, и я уважаю его право решать свою судьбу.
Доктор Гидо ошеломленно молчал, не в силах произнести ни слова. А меня внезапно осенило: ведь на поверхности лежит решение настолько простое, что удивительно, как оно сразу не пришло мне в голову!
— А что, если вы попросите дона Верреро продать вам Аро, как только что просили меня продать Джая? Я согласна заплатить любую цену!
Доктор досадливо махнул рукой, отведя глаза.
— Не надейтесь, донна, пустое. Я уже пытался купить мальчишку, но Вильхельмо словно помешался на нем. Не соглашается ни на какие уговоры.
Мое сердце упало. Ведь как хорош был бы план! Но Вильхельмо этот Аро определенно нужен, чтобы отомстить своему бывшему рабу, покусившемуся на жизнь господина. Признавая поражение, я вздохнула.
— Тогда мне остается лишь просить вас о взаимной услуге: попробуйте переубедить Джая. Возможно, именно вас он послушает.
— Что ж, — бесцветно произнес доктор Зальяно после короткой заминки. — Я попробую. Благодарю вас за все, госпожа Адальяро. Ваша доброта не знает границ.
Не откладывая, я проводила лекаря к пустоши, лелея вновь зародившуюся надежду: а вдруг и в самом деле этому человеку удастся уговорить Джая отказаться от самоубийства? Когда мы поднялись к ограждению и остановились у недавно сооруженной насыпи над тренировочной площадкой, дон Гидо обвел растерянным взглядом кипевшее вокруг строительство. Джай заметил нас сразу, отбросил в корзину с оружием учебное копье, плеснул на себя воды из бочки, обтер тряпицей плечи и грудь, после чего подошел к нам.
— Госпожа, — он припал на колено и склонил голову у моих ног. — Дон Гидо. Чему обязан?
Глаза лекаря ощупали свежие шрамы на спине Джая и с укоризной метнулись в мою сторону. Я прикусила губу и вспыхнула, чувствуя себя до крайности неловко. Что добрый лекарь теперь подумает обо мне? Что я лгунья, мгновение назад клятвенно заверявшая его в добром отношении к Джаю, а на самом деле при каждом удобном случае полосующая своего раба хлыстом? И как теперь оправдаться и не выглядеть при этом глупо, отвечая на невысказанный вопрос?
— Я вас оставлю, — только и смогла произнести я, сгорая от стыда, но не найдя слов для оправданий. — Если понадоблюсь, то буду здесь, неподалеку.
Отойдя к своему привычному месту в тени парусинового навеса, я сделала вид, что заинтересована продолжением поединка между новенькими бойцами под руководством Хаб-Арифа. Сама же украдкой поглядывала в другую сторону в надежде, что неожиданный гость сумеет уберечь Джая от смерти.
Никто не может спасти тебя сейчас.
На короля возложена корона:
Победи или умри!
Никто не может спасти тебя сейчас,
Единственное, что ты слышишь, —
Это боевой клич
Battle Cry (Imagine Dragons)
Слепящее солнце мешает смотреть в лицо Гидо, и я увлекаю его в сторону, в скудную тень от высокого частокола. К чему скрывать от самого себя: я рад видеть старика. Рад, что он меня не забыл. Рад, что он, возможно, принес мне важные вести.
— Что с Аро? — не теряю времени на любезные расшаркивания.