Первый пользователь. Книга 17 (СИ)

Я сидел в кресле покойного Териана вол’Эльгара, чрезвычайно кстати удобном, надо сказать, на капитанском мостике, уставившись в бескрайнюю черноту на обзорном экране, и внутри меня бушевал противоречивый вихрь из гордости и страха. Гордость за своих сородичей, дерущихся против сил, которые толком и представить не могут. Но одновременно с этим страх, потому что я отдавал себе отчёт — всё это была одна гигантская мясорубка, куда всё человечество бросилось сломя голову, движимое опьяняющим ядом внезапно обретённой силы и наградой за выполнение заданий.
  
Мысль о том, что моё место не здесь, а в бою, на самом его острие, где решается судьба моего вида, зрела во мне давно, становясь всё более нестерпимой. Бросить своих я не мог, это было бы даже не предательством, а скорее отречением от своей сути, от того, что делало меня человеком, ставя на один уровень с Чарльзом.
И самое отвратительное, что в мозгу шевелилась корыстная мыслишка, шептавшая на ухо о том, сколько опыта можно получить на такой войне, сколько уровней можно поднять, особенно обладая моими силами. Я гнал её прочь, стискивая зубы, пытаясь убедить сам себя, что дело не в опыте, не в уровнях, а в тех, кто гибнет каждый день в незнакомых мирах, чьи имена я никогда не узнаю, но чья кровь будет вечно на моих руках, если я останусь в стороне. К чести сказать, мне удавалось успешно их изгнать. По крайней мере до момента, пока коммуникатор не разразился входящим звонком от Ани.
— Ма-а-акс…
И это сразу меня насторожило. Где голос никогда не унывающей девушки? Тут скорее подходило описание того, что это был голос сломленного существа, выброшенного за грань ужаса и отчаяния. Уже подозревая, что случилось что-то из рук вон выходящее, я прокашлялся, чувствуя, как внутри всё холодеет от нездорового предчувствия.
— Аня? Что случилось?
— Мы… мы в открытом космосе, Макс. — Её слова тонули в рыданиях, постоянно захлёбывались, рвались на отдельные, бессвязные куски. — Это я во всём виновата. Я уговорила их проверить, про какие новые порталы говорит Система, и мы зашли в один такой портал… а там оказался целый звёздный крейсер. Нас выбросило прямо на командный мостик, и они… они нас увидели, и начался бой, и потом… потом всё просто взорвалось, корабль сам себя уничтожил… — Бормотала девушка, постоянно прерываясь.
Перед моим взором сразу вспыхнула картина происходящего. Три девушки, застигнутые врасплох посреди десятков чужих существ, хаотичная, яростная схватка и финал — ослепительная вспышка самоуничтожения звездолёта. Дыхание перехватило, и я вцепился в подлокотники кресла с такой силой, что прочный композит с треском разломило на части.
Подозревая худшее, но отказываясь верить, я всё же нашёл в себе силы на главный вопрос.
— Ты ранена? А где Маша и Карина? Что с ними?
— Я… я нашла их тела. — Аня начала рыдать ещё сильнее, она едва могла выдавить из себя слова.
Тела? Они мертвы? Но тут наконец появилась трансляция и я с облегчением увидел, что они целы. Правда, почему-то голые, обнявшиеся, беспрерывно рыдающие и висящие в открытом космосе, в воздушном пузыре.
— Вон! Все вон! — Отдал я команду, заметив, что особо любопытные члены экипажа начали смотреть в мою сторону.
Мостик мгновенно опустел, никто не решил спорить со мной, но самым медленным я помог, немного подтолкнув воздушной волной.
— Они здесь… они со мной…
Я ощутил волну облегчения, но следом за ней, не давая и секунды передышки, накатила новая, в которой преобладало бешенство, направленное на их невероятное безрассудство.
— Какого чёрта вы вообще туда сунулись? — Прорычал я в коммуникатор, уже не пытаясь скрыть гнев. — Сколько раз говорил, что нужно быть осторожней. Вы же прекрасно знали, что порталы теперь ведут в самое пекло, на передовую! Решили поиграть в героинь, которым всё по плечу?
— Мы не знали, что там окажется целый звездолёт! — Это выкрикнула уже Карина. — Думали, это будет очередная локация, как раньше, мы думали, что всё будет как обычно!
— Какое ещё как обычно может быть, когда добрая четверть галактики объявила нам войну на уничтожение? Вы могли просто испариться в той вспышке, вас могло разорвать на атомы, и ничего бы от вас не осталось, понимаете? Ничего! Одна Аня бы воскресла спустя время и всё. Что вообще произошло? Рассказывайте.
В ответ повисла тяжёлая, давящая тишина, нарушаемая лишь прерывистыми, неровными всхлипами, я даже подумал, что перегнул, накричав на них, но потом Аня всё же сумела начать говорить, опять срываясь в рыдания от того, что она была вынуждена переживать это снова и снова.
— Я… я их воскресила, Макс. После взрыва очнулась и никого не было рядом. Я долго летала, умирала снова и снова, но я нашла их. Мёртвых, замёрзших и разорванных на части. Я собирала их по кускам. Страшно… было очень страшно. У меня до сих пор в инвентаре лежит половинка Маши. Я не знаю, что с ней делать!
Вот уж на что, что, а на отсутствие воображения я никогда не жаловался. Каждое её слово вызывало у меня перед взором страшные картины, во всех своих леденящих душу подробностях: бескрайняя, беззвучная чёрная пустота, усеянная безжалостными звёздами, холод, пронизывающий до костей, пузырящаяся кожа, разрывающиеся лёгкие и слепнущие глаза. И она, одна, умирающая от вакуума и холода, воскресающая вновь, только чтобы снова умереть, методично, с отчаянием загнанного зверя, прочёсывающая пространство в поисках обледеневших и обгорелых останков подруг. Ситуация гораздо хуже той, что я делал с пленённым эльфом. Словно мне сама вселенная мстила за мою попытку имитации божественных сил.
Но главное, что Аня справилась. Не сдалась и совершила настоящее чудо.
— Господи… — Выдохнул я, и весь гнев, вся ярость разом улетучились, оставив только усталость и осознание хрупкости бытия. Мы, даже со всеми этими силами, до сих пор были всего лишь детьми, неразумными и самонадеянными, играющими со спичками и находящимися при этом в пороховом погребе. — Просто выбрось останки из коммуникатора. Это всего лишь мёртвая плоть Маша рядом, взгляни на неё, всё хорошо.
Аня послушалась, в космос улетел страшный подарок, от которого они все разом отвернулись, не желая смотреть.
— Нам нужны новые коммуникаторы. — Раздался наконец голос Маши, которая всё же не сдержалась и бросила взгляд на половинку себя, улетевшую вдаль. Она вся передёрнулась и с мольбой посмотрела на меня. — Наши сгорели во время взрыва, а без них, сам понимаешь, даже навыки не работают — не можем призвать костюмы. Мы сейчас в воздушном пузыре, который держит Аня, но тут чертовски холодно.
— Минуту.
Я распечатал две копии, выбрал в интерфейсе контакт Ани и отправил ей посылку. Хорошо хоть, что у неё при воскрешении восстанавливался её коммуникатор, иначе это было бы фиаско и кто знает, сколько бы времени им пришлось находиться в пустоте, ожидая момента, пока можно было бы спастись, учитывая, что даже не позвонить никому и не сообщить своё местонахождение.
— Отправил. Скиньте мне координаты, где вы сейчас находитесь.
К моему удивлению, это оказалось не так уж далеко. Повезло, что карательная миссия на дредноуте закинула меня как раз в соседний сектор. За день пути можно управиться, если брошу всё и полечу на грузовике, сжигая их один за другим в режиме форсажа.
— Держитесь. — Произнёс я, и мой голос сорвался на приказной тон, чтобы они не дай бог не ослушались. — Не двигайтесь с места. Ничего не открывайте, не надо лезть ни в никакие порталы, и тем более, никуда не летите. Просто дрейфуйте в чёртовой пустоте. Я сейчас ещё вышлю еды и воды. Всё будет хорошо, я уже вылетаю на помощь.
  
— Макс, прости… — Снова начала Аня, и в её голосе было столько вины, что у меня в груди что-то болезненно сжалось.
— Тихо. — Оборвал я её, но уже без злости. — Всё нормально, решим все вопросы, когда я прилечу. Не натворите глупостей. Пожалуйста.
Я разорвал связь, откинулся в кресле, запрокинул голову на подголовник и уставился потолок, пытаясь усилием воли загнать обратно предательскую дрожь в коленях. Они живы. Они целы. Прошли через ад, побывали по ту сторону смерти, и вернулись. И теперь им была нужна моя помощь. Всё остальное: восстания, алчные пираты, политические интриги, чудовищный уровень президента, война цивилизаций, — мгновенно стало неважно и отошло на второй план. Мои женщины в опасности, и я должен их спасти.