Тайный агент Её Величества. Книги 1-5. Компиляция (СИ)

Вчера Глафира, молча выслушав разъяснения Анастасии Петровны, пошла в свою комнату, достала гадательные карты, привычно раскинула их на столе. Ничего обнадеживающего и определенного тузы, короли и дамы ей не сказали. Дальняя дорога, казенный дом, валет «пик» в услужении, но не долгом, какое-то непредвиденное событие, бегство в сторону большой реки. Ни города Вены, ни господина фон Рейнеке с его безоглядной любовью к барыне, которого горничная теперь держала за короля «бубен», она, к своему огорчению, не увидела. Хотя долго хитрила с раскладом картинок, отпечатанных на атласной бумаге в городе Берлине.
Получалось, что ее сиятельство права. Дорогие и модные вещи, кои носила супруга надворного советника, совершенно не подходят Грете Эберхард, владелице передвижной пивной и винной лавки, что отправляется вслед за делегацией австрийского Министерства иностранных дел в силезскую деревню Рейхенбах, поистине — на край света. Распродать за неделю их невозможно, это сразу вызовет подозрения. Взять с собой — затруднительно, поскольку повозок у них всего три, и оные до отказа забиты бочками с пивом и вином, разным скарбом, нужным для торговли и мало-мальски облегчающим жизнь в походе.
Единственное исключение — ларец с драгоценностями. Завернув в дерюгу, ее можно засунуть куда-нибудь между корзинами, сундуками, баулами. Да и то опасно. Каким образом, например, к торговке Грете могла попасть бриллиантовая диадема стоимостью в семь тысяч дукатов, золотые заколки для волос, браслеты, серьги, броши, украшенные алмазами, рубинами и изумрудами?..
Тем временем в столовой Аржанова вместе с Сергеем Гончаровым внимательно рассматривала расстеленную на обеденном столе большую цветную карту Священой Римской империи и прилегающих к ней земель. Силезия, которая их сейчас интересовала, искони принадлежала Габсбургам. Около пятидесяти лет назад ее захватили прусские войска под командованием короля Фридриха Второго. Австрийская армия так и не сумела выбить пруссаков с захваченной ими территории. Мария-Терезия скрепя сердце согласилась отдать «Неугомонному Фрицу» плодородную провинцию площадью в 5147 квадратных километров в обмен на признание ее мужа, Франца-Стефана Лотарингского, императором, а ее — императрицей Священной Римской империи.
Столицей Силезии являлся город Бреславль (совр. город Вроцлав, Польша — А. Б.). Селение Рейхенбах раполагалось примерно в сорока километрах к северу от него, ближе к горам, отделяющим Силезию от Моравии. Населяли провинцию немцы, чехи и поляки. В основном они занимались земледелием и выращивали пшеницу, лен, сахарную свеклу. Но имелись и разработки бурого и каменного угля, залегавшие неглубоко, удобно для добычи.
Анастасия не была уверена, что уголь ей понадобится. Она ехала в Рейхенбах на месяц-два, пока австрийцы будут договариваться с пруссаками и турками. Впрочем, многое зависело от канцеляриста Кропачека и тех бумаг, которые попадут к нему в руки. Если на международной конференции случится нечто из ряда вон выходящее, то она готова скакать день и ночь, лишь бы доставить ценные сведения вовремя.
Однако колдун уверял Флору, будто лучше и безопаснее не скакать по дорогам, а плыть по рекам. В Австрии, горной стране, они текут быстро и, слава богу, в нужном для русских направлении: с северо-запада на юго-восток.
Например, ближайший лагерь наших войск, где сейчас стоит дивизия генерал-аншефа графа Суворова-Рымникского, находится в румынском городе Галац, на левом берегу Дуная. Река же Морава, берущая начало примерно в ста верстах от Рейхенбаха, близь прусско-австрийской границы, на склоне горы Кралицки Снежник, у деревни Долна Морава, впадает в Дунай возле Девина (район совр. города Братислава, Словакия — А. Б.). Девин — большой перевалочный торговый порт. Баржа «Матильда», приткнувшись там к какому-нибудь из множества причалов, может ждать ее сиятельство, и никто ничего не заподозрит.
Почти полгода назад став штурманом, а затем капитаном у Франца-Ксаверия Зюсмайера, белый маг полюбил речное судоходство. Он досконально изучил Дунай, вторую по величине реку в Европе после Волги. Дунай был совсем не голубым, как любят именовать его восторженные почитатели, а мутным, желтовато-коричневатым из-за частиц грунта, смываемого сильным потоком воды с илистых почв Среднедунайской и Нижнедунайской низменности. Судовождение здесь требовало изрядного умения и осторожности. Река имела причудливый рельеф. Она то сужалась, то расширялась, то выходила на стремнину, то образовывала длинные отмели и тихие заводи, то обтекала острова.
  
Штурманским циркулем Гончаров на глазах курской дворянки измерял водные артерии Священной Римской империи, в уме проводил исчисления и выдавал готовые ответы:
— Возьмем среднюю часть Дуная от города Генью до города Турку-Северин в Карпатах. Это будет почти 900 верст. Здесь течение довольно быстрое. Обещаю вам скорость передвижения до 200 верст в сутки. Разве это мало?.. Дальше, от Турку-Северина до Галаца я насчитал почти 800 верст. Но река тут течет по равнине, и скорость, конечно, уменьшится…
— Сколько дней вообще?
— Если считать от Рейхенбаха, что сто верст до Моравы вы проедете за три дня, то по рекам — не менее недели.
— Чья территория?
— Австрия, Словакия, Венгрия, княжество Банат, Валахия, Румыния. Дунай, по большей части, служит границей между ними и Османской империей.
— Придется купить красный флаг со звездой и полумесяцем, — меланхолически заметила Аржанова.
— Стало быть, вы принимаете предложение? — обрадовался колдун.
— Только потому, что оно — ваше, — сказала Анастасия. — Я верю именно вам, Сергей Васильевич.
Гончаров молча ей поклонился. Снова обратившись к карте, Аржанова заговорила медленно, как бы размышляя вслух:
— Неясно многое. Во-первых, как мы доберемся от Рейхенбаха до Моравы. Здесь дорога не показана, кругом горы и ущелья, какая-то глухая деревня. Во-вторых, у кого там взять лодку? В-третьих, смогу ли я найти «Матильду» в Девине? Ведь баржа плавает, а не стоит на месте.
— Не извольте беспокоиться, ваше сиятельство! — с некоторой торопливостью заговорил белый маг. — Сейчас самый пик навигации. Рейсы совершаются регулярно. Весь наш график я напишу и укажу место постоянной швартовки. Держась левого берега Дуная, вы ее увидите сразу за островом…
— Ай-ай-ай, Сергей Васильевич! — с шутливой укоризной покачала головой курская дворянка. — Ведь вы хотите угнать речное судно у вашего благодетеля — Франца-Ксаверия Зюсмайера!
— Он уже два месяца мне не платит, — ответил Гончаров…
Ощущение скорой разлуки с Аржановой угнетало надворного советника. Сам удивляясь новому чувству, Якоб-Георг без конца вспоминал их последний разговор. Флора высказалась предельно откровенно. Ей никто не нужен в комбинации, сложившейся вокруг международной конференции в Силезии. Она не ждала от него живого отклика и потому не хотела сообщать детали. Он уже не раз сталкивался с подобным приемом сотрудников секретной канцелярии Ее Величества: отсутствие сведений — сущее благо, поскольку излишняя информация порождает трудности, порой непреодолимые.
Но Анастасия Петровна заблуждается. Она слишком самоуверенна и хочет повести свою маленькую команду прямо к дьяволу в пасть. Слишком далеко от границ России, слишком мало коммуникаций, слишком хорошо будут охранять это чертово место шпионы графа Пергена, австрийские фузелеры и егеря, батальоны прусских гренадер, сосредоточенные на границе.
Без всякого предварительного извещения фон Рейнеке отправился к будуару «супруги». Глафира, которая неизвестно откуда прознала о случившемся в спальне, тотчас его впустила. Курскую дворянку Якоб-Георг нашел сидящей в кресле у камина. Он не горел, но экран, закрывавший очаг, изображал картину в китайском стиле, изящную и тонкую: цветы и деревья, дивные птицы, сидящие на ветвях. Рассматривать их можно было бесконечно.
Аржанова не удивилась. Она подала ему руку, и «Немец» ее поцеловал, низко склонившись. Тут она коснулась губами его щеки и указала на кресло напротив. Охотник на диких кабанов счел начало встречи многообещающим.