Тайный агент Её Величества. Книги 1-5. Компиляция (СИ)
— О, Господи! — не на шутку испугалась она и прикрылась одеялом. — В чем дело, ваша светлость? Вы врываетесь в мой дом, аки тать в нощи… Какая для того причина?
— Ты решила притворяться, душа моя?! — прогремел на весь второй этаж баритон светлейшего князя.
— Никак нет, ваше высокопревосходительство! — она встала на постели во весь рост и движением руки спустила с плеч ночную сорочку. Рану на колене они с Глафирой перевязывать не стали, и красная рваная полоса с синеватым отеком вокруг нее была видна даже при свете одного шандала, снабженного тремя свечами.
— Черт побери! — воскликнул Григорий Александрович.
— Может быть, в присутствии дамы вы будете выбирать выражения, генерал-фельдмаршал?
— Каюсь! — он бросил плащ на пол и сжал в объятиях прекрасную свою обнаженную возлюбленную.
— Ну то-то… — она отвечала на его поцелуи и нисколько не стыдилась его жадных прикосновений.
— Интересно, кто это все устроил? — наконец спросил Главнокомандующий Южной армией, наклоняясь к колену княгини Мещерской, обезображенному раной.
— Твой давний знакомый, Якоб-Георг фон Рейнеке.
— А, Рейнеке-лис!.. Да, на него похоже. Но, представь себе, я всецело ему доверяю. По-моему, он влюбился в тебя с первого взгляда и жаждет быть полезным.
— Он женат?
Потемкин отрицательно покачал головой:
— Вдовец. Его юная жена Лора, урожденная баронесса фон Шулленус, дочь полковника Российской императорской армии Карла Леонтьевича фон Шулленуса, кавалера многих орденов, совершенно очаровательная барышня, умерла примерно год назад, подхватив скоротечную чахотку в нашей сырой и туманной Северной столице.
— Печальный случай! — искренне вздохнула Флора.
— Это повлияет на твой выбор?
— Само собой разумеется.
— В какую сторону? — лукаво улыбнулся светлейший.
— В положительную.
— Весьма рад, душа моя. Мудрое решение… Честно говоря, у нас уже нет времени на подбор нового кандидата. Вчера я получил депешу из Санкт-Петербурга. Государыня желает, чтобы мы подготовили твою поездку в Вену в сжатые сроки. Император Иосиф Второй чувствует себя хуже и хуже. Нам сообщают, что он с трудом встает с постели…
— Сейчас мы будем обсуждать столь важную международную новость или есть другие планы?.. — она обняла его за шею.
— Когда я вижу, что ты стоишь передо мной в неглиже, планы у меня возникают всегда одинаковые.
Она рассмеялась и сняла с него кафтан, затем камзол:
— Ужасный ты человек! Распутный, сладострастный, любвеобильный…
Преисполненный служебного рвения, коллежский советник Попов составил очередной доклад для исполнителей конфиденциальной операции в Вене. В нем управитель канцелярии светлейшего князя подробно описал ее внешнеполитические аспекты.
Дело в том, что официально утвержденного текста договора о союзе между Австрией и Россией не существовало. Император Иосиф Второй и императрица Екатерина Вторая обменялись лишь личными посланиями, в коих содержались взаимные обязательства сторон. В частности, речь шла о финансовой, дипломатической и военной поддержке (12 тысяч комбатантов) при наступательной или оборонительной войне и о требовании ни в коем случае не заключать сепаратного мира с общим врагом — Османской империей.
На первых порах никаких сомнений в прочности секретного соглашения, заключенного двумя монархами, у великой царицы не возникало. Это и была та «золотая цепь», которая связывала ее с единомышленником и другом, восседавшим на троне Священной Римской империи германской нации. Задача — ясная, простая, благородная: в ходе боевых действий сразу на двух фронтах нанести сокрушительное поражение мусульманам и избавить Европу от «больного человека», то есть Оттоманской Порты, разделив ее территорию между Австрией и Россией.
К войне с османами одинаково готовились обе страны. Они наращивали численность вооруженных сил, накапливали финансовые и материальные резервы. Причем австрийцы при сугубо немецкой точности и аккуратности преуспели в этом больше. Иосифу Второму удалось собрать и вооружить почти двухсоттысячную армию, а реформа налогообложения принесла ему несколько лишних миллионов талеров. И все-таки турки опередили союзников, не дали им завершить программу подготовки полностью. В августе 1787 года они предъявили заведомо невыполнимый ультиматум, и война грянула.
Пока наши успешно сражались с султанским флотом на Черном море, отбивали янычарские атаки на Кинбурн и шесть месяцев осаждали крепость Очаков, полчища воинов Аллаха двинулись от берегов реки Дунай на север, к австрийским владениям. Весной 1788 года Иосиф Второй самолично возглавил войска, расположенные кордоном вдоль границы. Сначала он одержал ряд побед. Но затем численное превосходство неприятеля стало сказываться все сильнее. Австрийский поход против оголтелых поклонников Пророка Мухаммада захлебнулся.
Русские же, занятые борьбой с османами в Северном Причерноморье, перебросить войска на помощь австрийцам не смогли или — так считали в Вене — просто не захотели. Не секрет, что добрая матушка — государыня Екатерина Алексеевна — своих солдат берегла и оплачивать их жизнями просчеты австрийских генералов не сочла нужным.
Правда, в 1789 году произошли баталии под Фокшанами и на реке Рымник, где союзники выступили плечом к плечу и врага разгромили. Однако к кардинальному изменению ситуации с основными силами австрийцев, расположенными западнее, на придунайских зеленых равнинах, это не привело. Фортуна точно отвернулась от них.
Турки прорвали кордон, зашли императору во фланг, и он поспешно отступил, отдав на разграбление ордам баши-бузуков цветущее сербское княжество Банат. Поредевшие полки Иосифа Второго продолжали отходить. У города Карансебес они попали под новый удар. Паника охватила солдат. Бросая оружие и не слушая офицеров, они побежали. В этой жуткой неразберихе Иосиф Второй едва не погиб. Адъютанты под прикрытием конвоя с трудом увезли его в безопасное место. В Вену император вернулся совершенно больным и подавленным тяжестью поражения…
Аржанова рассеянно смотрела в окно.
Доклад у Попова получился слишком многословным, скучным, содержащим бесконечные повторы. Флора не была уверена, что все эти сведения помогут ей при проведении операции. На ее взгляд, следовало больше внимания уделить нынешней внутриполитической обстановке в Австрии, отношению ее граждан к императорскому дому Габсбургов, экономическим проблемам, занимающим население сел и городов. Она посещала Вену в 1781 году, когда Иосиф Второй после смерти своей матери Марии-Терезии только-только пришел к власти и разрабатывал план реформ. Конечно, они повлияли на жизнь государства, но как?
Якоб-Георг фон Рейнеке в качестве уже утвержденного светлейшим князем участника операции «Золотая цепь» тоже присутствовал на совещании и слушал коллежского советника Попова с глубочайшим вниманием. В отличие от курской дворянки, прежде ему еще не приходилось сталкиваться с австрийцами, изучать историю и культуру этой страны. Однако доклад Попова лишь в малой степени восполнял данный пробел. Он свидетельствовал об одном — сейчас в Вене к русским относятся если не враждебно, то крайне настороженно, возлагая на союзников вину за свои неудачи в войне против турок.
Потому Аржанову занимал один вопрос: какой будет теперь ее «легенда»?
Василий Николаевич Попов, положив на стол последний лист из своего доклада, выдержал паузу, приличествующую важности момента.
— Секретная канцелярия Ее Величества, — откашлявшись, произнес он, — находит наилучшим следующий вариант. Анастасия Петровна едет в Вену с господином фон Рейнеке, который будет в столице Священной Римской империи германской нации исполнять обязанности первого секретаря российского посольства. Пока мы не решили только вопрос родства…
— В каком это смысле? — удивилась курская дворянка.
— В самом прямом, ваше сиятельство, — ответил Попов. — Якоб-Георг вам — муж или брат?
Воцарилось долгое молчание.
«Немец», опустив голову, нервно сплетал и расплетал пальцы рук. Потемкин-Таврический, строго посматривая на него, перебирал на столе бумаги. Управитель канцелярии светлейшего князя вытирал платком пот со лба. Анастасия хмурилась и молчала. Она полагала, будто первым должен отвечать любитель охоты на кабанов и оленей.