За твоей улыбкой (СИ)
- По-любому мама Катя стащила с фудкорта бургер и убежала. Знаем мы эту проказницу, - Ася с улыбкой подмигнула мне, а мама рассмеялась, похлопав подругу по плечу.
- Ась, ты как придумаешь что-нибудь… Хоть стой, хоть падай, - мамины щёки порозовели, в глазах появился живой блеск, от которого у меня на мгновение перехватило дыхание.
Ну, разве моя мама не достойна чуда?
Глава 6.1
Глава 6.1
- Кстати, мам, похвастайся хоть, что в ТЦ купила.
- Да там ничего особенного.
Мама отерла руки кухонным полотенцем и мелкими, но быстрыми, шагами ушла в свою комнату, из которой вышла со своей старой плетенной корзинкой, в которой всегда хранит клубки пряжи.
- Какая мягкая! – Ася помяла в руках клубочки нежно-голубого цвета, как цветок незабудки. – Кайф! – прикрыв глаза, подруга прижала клубки к щекам. – И цвет такой классный!
- Да, Марьяшке очень идёт такой цвет, - произнесла мама и взяла спицы, на которых уже были набраны ряды. – Я уже начала тут кое-что.
- Для меня?
- Хочу тебе, всё-таки, связать теплую кофту. Увидела на витрине этот цвет и не смогла пройти мимо. Ещё, будто специально, нужное количество клубков в магазине оказалось последним.
- Ну, вот, - нарочито расстроилась Ася. – Теперь я хочу кофту такого же цвета.
- Будете с Марьяшей по очереди носить.
- Я чаще, - тут же забила Ася ещё пока несвязанную мамой кофту.
Телефон короткой вибрацией ударил в карман. Я сразу поняла, что это пишет, скорее всего, папа, у которого не получилось дозвониться. Или просто в очередной раз отправил деньги, чтобы купить меня или откупиться за свою трусость. Только, в чем смысл? Я все отправляю ему обратно.
Но какая-то сила заставила меня, всё же, заглянуть в телефон. И к своему небольшому облегчению я увидела там смс от тёти Гали:
«Позвони мне, когда мамы не будет рядом».
Между ребрами пробежал холодок. Ждать, когда мама уснёт, было нереально. Судя по всему, разговор будет касаться именно её, и если это так, то нужно услышать прямо сейчас, что хочет сказать тётя Галя.
- Вы пока тут накрывайте, - сказала я маме и Асе. – Я в туалет по-быстрому и обратно.
Закрывшись в сортире, я включила воду, набрала номер тёти Гали и, сев на край ванной слушала гудки.
- Здравствуйте! Что такое? Что случилось? – спросила я, едва мамина подруга ответила на звонок.
- Ты сильно не паникуй, Марьян. Я по поводу маминых лекарств.
- Что с ними?
- Она днём должна их принимать? Сегодня в кафе мы пили чай, у неё на телефоне зазвонил будильник и там было написано что-то типа «мама, прими таблетки»... точно не помню.
- Да. Это я ей ставила, чтобы она не забывала. И что она сделала?
- Ничего. Наплела мне, что это какие-то необязательные витамины, которые она дома выпьет. Вот я и решила поинтересоваться, врёт она или нет?
- Врёт, конечно, - выдохнула я устало и потёрла пальцами лоб. – Она считает, что их бесполезно принимать. Типа это пустой перевод денег. Мама считает, если «химия» не помогла, то на таблеточки рассчитывать бессмысленно.
Подступившие слёзы пришлось спешно стереть с глаз и взять себя в руки. Не хватало ещё выйти из туалета в слезах. Мама и Ася точно заметят. А мама ещё волноваться будет.
- Вот упёртая, - вздохнула тётя Галя. – Ну, в общем, Марьяш, я тебя предупредила. Приглядывай за ней.
- Я пытаюсь. Но вы же сами видите, что она как маленькая.
- Терпения тебе, Марьяш, - ласково произнесла тётя Галя.
- Угу, спасибо.
- Ну, спокойно ночи, родная. Начисли там своей мамке по первое число.
- Постараюсь, - выронила я едва слышно и закончила разговор.
Несколько секунд сжимала телефон в ладони и, не моргая, смотрела на белую дверь напротив.
У меня уже не осталось ни сил, ни аргументов на то, чтобы убедить маму принимать все назначенные ей лекарства и строго по графику. Она будто специально саботирует процесс собственного выздоровления. А быть с ней двадцать четыре часа ежедневно я не могу. Учёба и работа не позволяют.
После ужина, когда все приняли душ, переоделись в домашнее и начали готовиться ко сну, я дала маме вечернюю дозу таблеток и добавила тех, которые она должна была принять днём.
- Тётя Галя рассказала? – посмотрела на меня мама укоризненно.
- Я бы и сама догадалась, посчитав. Мам, - присела я рядом с ней на край кровати и коснулась прохладных тонких пальцев, сосредоточив на них всё своё внимание, не в силах заглянуть маме в глаза. – Хватит сопротивляться лечению. Не хочешь выздоравливать ради себя. Постарайся, хотя бы, ради меня. Деньги на лекарства у нас есть. Если вдруг не хватит, то я найду ещё работу. Мы займём у кого-нибудь…
Я говорила всё тише, всё сильнее ощущая, как меня захлёстывали эмоции и наступали слёзы.
- Марья моя, - мама нежно обхватила моё лицо ладонями и заставила заглянуть ей в глаза. – Я не умру, пока не буду уверена, что рядом с тобой есть человек, которому я смогу тебя доверить.
- Хорошо, что мне никого нельзя доверить. Даже хомяка, - хохотнула Ася, стоявшая, оказывается, в дверном проёме.
- Я имела ввиду мужчину, - мягко улыбнулась мама и откинулась на подушки.
- Типа парень, что ли? – свела я скептически брови. Мама молча кивнула в ответ. – Ну, тогда поздравляю, мам. Ты будешь жить вечно, потому что парня у меня точно никогда не будет.
- Подтверждаю, - тут же отозвалась Аська. – Учитывая, с какими штыками она подходит к знакомству с парнями, жить вы, мама Катя, будете вечно. И восемьдесят кошек с вами. Ну, по сорок на каждую.
- Хорошо, что у нас клубочков на всех хватит, - улыбнулась я, стараясь незаметно стереть намеки на слёзы с лица.
- Ой, Маш, дай мне, пожалуйста, корзину. Повяжу немного перед сном.
Я поставила рядом с мамой на пустую сторону постели корзину с пряжей, и мы с Асей пошли в комнату, где я без сил рухнула на свою постель и почувствовала, как Ася обняла меня, уперевшись подбородком в плечо.
- Всё будет хорошо, - шепнула она.
- Угу, - только и смогла я выронить.
Глава 7. Маша
Глава 7. Маша
Утром глаза я открыла с лёгкостью. Главным образом благодаря тому, что слышала, как мама и Ася смеются на кухне, а по квартире витает запах блинчиков.
Вчерашнего тяжелого разговора будто и не было. На кухне я увидела упаковки от маминых лекарств и пустой стакан рядом. Стало ясно, что Ася лично проследила за тем, чтобы мама приняла все необходимые лекарства и не попыталась схитрить.
Плохо, что мама, похоже, почти не спала ночью. Об этом говорило связанное ею полотно нежно-голубого цвета.
- Решила начать со спинки. Ещё не придумала, какой узор сделать спереди, - пояснила мама. – Какой хочешь?
- Сделай такой же. Чем проще, тем к большим образам подойдёт.
- Наверное, ты права, - согласилась мама с улыбкой.
После завтрака мы с Асей поехали в универ, а после него в кафе.
Профессиональная улыбка уже давалась мне гораздо легче. Она уже стала рефлексом, с которым я подходила к незнакомым мне людям. Тот же рефлекс возникал каждый раз, когда кто-то пытался залезть мне в душу, пытаясь проявить участие к маме. Я улыбалась, отшучивалась, уверяя, что всё под контролем, и тем самым ставила границы, за которые никто не пройдёт. Потому что там, за улыбкой, черная холодная яма, в которой я без сил лежу и плачу, свернувшись калачиком.
Внешне – я сильная, светлая, улыбчивая девушка, которой всё по плечу, которая не унывает.
Но внутри от меня не осталось уже ничего ни светлого, ни улыбчивого. И едва ли ту забитую в темную черную яму напуганную девочку можно назвать сильной.
- Добрый день! – подарила я дежурную улыбку Максиму, достала ручку и блокнот, приготовившись принять заказ. Похоже, этот мужчина любил стабильность и уже второй раз выбрал тот же столик, за которым они вчера сидели, насколько я поняла, с братом. Видимо, данный столик он считал своим настолько, что принес с собой макбук и с очень важным хмурым видом смотрел в него.