Судьба некроманта (СИ)
— Вот. — Наш проводник довольно кивнул, указывая на агрегат, вокруг которого суетились эльфы в белых халатах. Силовые машины вибрировали, иногда светились и выдавали энергию, при помощи которой и запитывалась установка. Толстые кабельные пуки сходились в центр, образовывая звезду. — Это образец того самого пространственно — временного переместителя.
— И как успехи? — Поинтересовался я.
Эланиль поморщился.
— Все в процессе разработки. Данный аппарат вообще побочник. Планировали сделать что — то вроде тоннеля в пространстве, чтобы грузы на расстоянии между станциями перебрасывать. Концепция была, расчет, средства выделили. В итоге, начали первые эксперименты, и ничего не вышло. Точнее вышло, но не то и не так. Пробный ящик просто исчез и по месту назначения не прибыл. Так и было первые три недели, а потом груз материализовался на канатной платформе, в Северном Уделе, и рухнул прямо на площадку выхода пассажиров. Благо, что это ночью произошло. Никого там не было, и соответственно никто не пострадал.
— Так, значит, получилось?
— Не совсем. — Эльф закусил губу. — Большая часть и правда ушла по назначению, с шагом в неделю, а вот несколько коробок улетело, пес знает куда. Именно так мы на Альберта Горта и его институт и вышли. Теория множественности миров у нас тоже известна, а его технологии позволили нам продвинуться далеко вперед. Теперь мы можем обмениваться визитами, но это крайне опасно. Сам Горт к нам не заходил, а вот один из его испытуемых жил неделю.
— Внимание! — Загрохотало под потолком, эхом ударившись о стены. — Установка вышла из стазиса, до нулевого периода пять минут. Всем в зоне возможного поражения, выйти в безопасную зону.
— Это нам. — Эльф кивнул и указал на дальний угол зала, где находилась кабина с прозрачной стенкой. Суетящиеся вокруг установки инженеры и эльфы в белых халатах начали покидать свои места и неспешно, но весьма расторопно удаляться подальше. — Господа, сейчас мы продемонстрируем вам окончание первого эксперимента по точному перемещению из трех показателей.
Разговор в основном вели мы. Кобе это было совершенно не интересно. Гном откровенно скучал и поглядывал на улицу. Был у него тут какой — то потаенный интерес. Фалько же, наоборот, интересовался живо, осматривался и прислушивался, но в разговор не вступал. Мы последовали примеру персонала и скрылись за стеклом.
— Так что происходит? — Вновь поинтересовался я.
— Груз прибывает. — Пояснил эльф, не отрывая взгляда от установки. — Вот — вот. Живой.
— Отсчет к нулевой. — Вновь загрохотал громкоговоритель. — Десять, девять, восемь…
Внутри установки что — то заискрило, пространство метра на три в диаметре пошло волнами, застыло, начало надламываться, воздух стал спертым и ощутимо потянуло серой.
— … семь, шесть, пять…
Установка, похоже, начала раскаляться, меняя цвет с бледно — бордового на ослепительно белый, быстро и неуклонно, как металл при нагреве.
— … четыре, три, два…
Мир вокруг будто поблек, выставив напоказ все свои углы и неровности. Еще минуту назад в зале царил яркий искусственный свет, распространяемый светильниками по периметру, а теперь подступила странная и пугающая тьма…
— … один, ноль…
Все вдруг прекратилось, будто и не было ничего, а все что тут происходило, я себе попросту выдумал. Ничего не изменилось, за мелким исключением. Внутри установки что — то появилось. Прорези, закрытые стеклом, теперь давали обзор, и прямо перед моим взором оказалась крупная филейная часть, рыжая с черными пятнами и хвостом. Внутри пространственно — временного переместителя оказалась корова.
Я раньше никогда не чувствовал, что такое землетрясение, а вот те, кто жил в зоне сейсмической активности или бывал на юге королевства, говорили, что похоже, но не так страшно. Речь, конечно, идет не о сдвиге тектонических плит, или другом природном явлении. Тут все намного сложнее и опаснее. Я толком и не понял, что в тот момент произошло. Мы с Фалько сидели на веранде. Я листал самоучитель по эльфийскому, Фалько просматривал устройство механического арбалета, который ему услужливо предоставили оружейники хозяев.
Расстелив чертеж на столе, и положив рядом сам смертоносный агрегат, принц — воин внимательно изучал его устройство, что — то помечая в блокноте. Оторвавшись от своего занятия, он посетовал.
— Болт тут главное. Его сила в патроне, ускоряющем сам заряд. Фактически это пистолет, только более архаичный.
— А что ты знаешь о пистолетах? — Усмехнулся я. — Денек выдался чудесный, и хотелось о чем — то поболтать. О чем — то, кроме желания принца непременно отправиться за переправу, чтобы найти там сам не знаю, что.
— Ну, не меньше твоего. — Уклончиво ответил Фалько. — Я же не настолько дремучий, каким ты меня представляешь. В твоем мире, Кот, я первым делом на оружие внимание обратил. Быстро смекнул, что сделать такое не получится, а вот изучить принцип действия и устройство, я вполне себе в силах. Многое не понятно, но общая концепция ясна как на ладони. Ускорение, порох, нарезной или гладкий ствол. От ускорения и поправок, и дальность, и кучность, и убойная сила.
Слышать это было презабавно, и я уж было хотел вставить свои «пять копеек», как вдруг ощутимо тряхнуло, да так, что если бы канонические постройки эльфов располагались на стволах или сваях, то нам бы всем было несдобровать. Откуда — то полетели осколки, несколько стоявших рядом деревьев вдруг взяли, да треснули пополам, развалившись на две ровные доли, почти до корня. Стекло смешалось с щепой, ударило по нам будто дробь, я едва успел рухнуть на дощатый настил веранды, и укрыться под перевернутым Фалько столом. Где — то громыхнуло, полыхнуло, повеяло жаром, и ощутимо запахло гарью. Взревевшая сирена, не в силах перекричать буйство вдруг вставшей на дыбы стихии, протяжно завыла, замигали целые сигнальные огни. Но не это главное. Небо. Оно изменилось, стало странного тяжелого оттенка, если так вообще можно говорить о цветах. Еще секунду назад оно было голубым, почти безоблачным. Редкие барашки облаков лениво плыли по небосклону, гонимые только ветром, где — то на недостижимой высоте, и вот, цвет сменился сначала на синий, а потом бордовый с серым. Облака превратились в тучи, стали колючими и угловатыми, неровные лучи света, пробивающиеся сквозь них, превратились в белые неровные копья, ударившие в землю, да так и застывшие.
— Это точно не магия. — Решительно отверг мои предположения Эланиль. — Тут ее не может быть по определению. Любые ее всплески фиксируются, да и зачем все это? Вреда нанесено не было, стекла только побило.
В комнате, закрытой на замок изнутри, собрались трое. Я, эльф, да Альберт Горт, сидевший в своем мире и взиравший на нашу компанию через межмирный прокол. Лица у всех были встревоженые.
— Тогда, что это может быть? — Я не на шутку перепугался. Страху натерпелись все, и главное было в том, что никто не понимал причину случившегося.
— Объяснение всему этому есть. — Уклончиво начал Альберт. — Оборудование моего института засекло эти аномалии почти во всех доступных мирах. Возмущение энергии идет отсюда, временно — пространственная ткань трещит по швам из — за перегрузки. Эланиль, Сергей, вы понимаете концепцию построения межмирной ткани, и расположение в ней мировой плоскости?
— Плоский мир? Смешно.
— Да не так что бы. Представьте себе колоду карт, что расставлены по кругу. Каждая карта стоит на ребре в хрупком равновесии, и чем ближе эти карты друг к другу, тем точнее и единообразнее рисунок. Повторения почти идентичны, соответственно, чем дальше карты друг от друга, тем больше различий. Скажем, посередине семерки, а на самом конце джокеры. Так пока понятно?
— Ну, допустим. — Я нахмурился и потянулся к стоящей на столе вазочке с печеньем. — Но к чему ты ведешь?
— Как, по — твоему, происходит путешествие в пространстве и времени?
— Без малейшего понятия.