Судьба некроманта (СИ)

— Даже не знаю. С одной стороны, не наше это дело, что этот дварф тут вытворяет. Что бы он ни делал, похоже, все довольны.
— А с другой?
— Пощупать бы его за мягкое подбрюшье, да разузнать что и как. В том числе, и тот маневр, которым он от палящего огня зверя ушел и жив остался. Чует мое сердце, что знание это может нам пригодиться. Может, конечно, и сам расскажет…
— Ага. Держи карман шире. — Фалько иронично хмыкнул. — Такие секреты, брат, просто так за кружечкой доброго пива не рассказывают. Это же звонкая монета в чистом виде. Ты лучше вот что пойми. Дварфы — они народ гордый, изворотливый и опасный. Наш Коба со своими мелкими пакостями и садистскими наклонностями, по сравнению с ним, что ребенок малый. Как бы худого не вышло.
— А как бы не вышло, то потом разберемся. — Отмахнулся я.
Из дверей даже не вышел, а вывалился хмельной дварф. Придерживаясь за стену, он неуверенной походкой хорошо выпившего человека двинулся в сторону нужника.
— Эй, парень. — Крикнул я со своего места. — А не расскажешь, как приручить дракона?
Дварфа звали Питралин, и был он пьян и словоохотлив.
— А ты кто такой? — Заикаясь, поинтересовался местный авторитет.
— Как кто? — Улыбнулся я. — Черный маг, по имени Кот, к вашим услугам.
Питралин в лице переменился. Казалось, хмель, так старательно заливаемый в глотку, вдруг выветрился с порывами теплого соленого ветра.
— Иди ты!
— Ага. — Я вновь улыбнулся. — Гостили мы в вашем чудесном городке, и за кружкой доброй браги услыхали, что и вы, почтенный Питралин, являетесь магом. Очень, очень рад нашему знакомству. Позвольте поприветствовать вас нашим магическим секретным рукопожатием.
Дварф замялся, в глазах его появился испуг, однако даже тут он попытался вывернуться из ситуации.
— Я старой школы маг, и не уверен, Кот, что наши рукопожатия схожи.
— А мы проверим.
Я протянул руку, а сам в это время запустил ставшую уже привычной магию мысли. Эффект был поразительный, мысли дварфа открылись передо мной, будто книга. В них было все. Раздражение, удивление, боязнь, готовность в любой момент дать деру, или наоборот вступить в драку.
— Как ты это делаешь, маг? — Питралин побледнел больше обычного, что было достаточно сложно, с его смуглой обветренной кожей. — Это же подгорная магия!
Питралин сидел напротив меня за столом и угощал всю нашу компанию недурственным вином. На стол дварф выставил большую тарелку со всевозможной снедью и большим куском жареного поросенка, что он прихватил с пира. Коба, не долго думая, отрезал себе шмат мяса, размером с собственную голову и принялся уминать его за обе щеки. Сатана угощение проигнорировал, но был спокоен, и ленив, верный признак того, что в ближайшем обозримом будущем никакие магические козни нам не грозят. Мы с Фалько пили вино и слушали историю хозяина дома.
— Я действительно не маг, почтенные. — Дварф приложился к своему кубку и смахнул пальцами красные капли с усов. — И прибыл я в этот городок случайно, связанный по рукам и ногам. На рейде тут стоял пиратский корабль, и быть бы мне пленником в далеком крае, если бы не одна случайность. Под покровом ночи я смог улизнуть из трюма, а когда пробирался на волю, забрел в каюту капитана. Там я, конечно, переоделся, набрал полные карманы добра, не корысти ради, а исключительно, чтобы компенсировать собственные неудобства. Ну и прихватил одну книгу, «Трактат о магии иллюзорной». Я сначала и не понял, какое сокровище мне в руки попало. Мы, подгорный народ, с колдовством дружим, но в меру своего роста, чтобы вы понимали. Мой низкорослый собрат не даст соврать.
— Низкорослый собрат подтверждает. — Произнес Коба и отправил в рот очередной внушительный кусок свинины с хлебом, и закусил, звонко хрустнув, луком. Я даже побоялся, как бы у низкорослика от такой богатырской порции челюсть не заклинило. Ан нет, справился, вина вон налил. Талант.
— Ну вот, — продолжил дварф с горячность оратора. Эта тайна его явно тяготила, и он с радостью изливал душу. — Я сбрил бороду, усы, подстригся, одежда на мне была человеческая, а мой рост довольно высок для дварфа. Так что я вполне смог затеряться среди людей. Отлежавшись и немного окрепнув, я начал изучать от скуки этот трактат, и был удивлен и обрадован. Хранившиеся там заклинания были настолько универсальны и просты, что даже мой магический сосуд мог с ними справиться без особого труда. Действие же их было самое разнообразное.
 
— Магия для чайников? — Улыбнулся я. — Очень интересно. А можно посмотреть на этот трактат, так сказать, взглянуть профессиональным глазом?
Дварф колебался секунду, а потом махнул рукой, и полез в сундук. На стол легла тонкая такая брошюра. Я бы ее и трактатом не назвал, так, на пару часов придирчивого изучения. Сработана она была давно, писалась от руки, буквы уже успели выцвести, а страницы пожелтеть. Взяв в руки это странное руководство, я перевернул пару страниц и остановился на одном заклинании. Называлось оно «Как произвести впечатление».
«Когда ты попал в ситуацию, где статус твой, внешний вид и прочие атрибуты важны, а сам ты гол, бос и в коросте, воспользуйся следующими пасами. Подними руки вверх, разведи их в стороны и произнести заклинание (тут долгий и нечленораздельный кусок), попутно рассыпая перед собой перхоть трехвековой ящерицы, вымоченную в желудочном соке бешеной собаки».
Следующее заклинание называлось «Как остаться в барыше».
«Если денег у тебя нет совсем, ни мелкой медной монеты, ни серебряного грошика, то подними с земли круглый камень, произнеси трижды заклинание (опять тарабарщина), и, втерев в него настойку из глаза питона пополам с толченым клювом вороны, подкинь три раза над собой, ни разу притом не уронив на землю. Тот, кому ты вручишь, этот камень, будет считать, что в руки ему попал полновесный золотой отруб. Не позволяй камню падать на землю, ибо, оказавшись там, он сбросит чары».
Чтиво становилось все более интересным, и я даже увлекся настолько, что пропустил начало другого разговора. Опомнился я, когда кто — то за столом закашлялся. Может чем поперхнулся, а может просто привлекал мое внимание.
— Так как ты добился такого, друг Питралин? — Задал Фалько давно уже мучивший всех вопрос.
— Оооо! — Протянул дварф. — Пришлось постараться. Назад мне ходу не было, да и штольни моего народа слишком далеко. Доберись я до них, так и ласковой встречи ждать не приходится. Погонят прочь за старые проступки. Я не то, чтобы мерзавец редкостный, тут больше обычный. Выгоду свою блюду, и шанса упускать не намерен. Некоторые мои сородичи считают это неправильным, и среди них городской глава Кралин Длиннобород. Я, собственно, и попал в полон к пиратам, потому что из родного дома удрать пришлось. Вышел в море, на корабле, прямо из центральной гавани Орморка, думал, доберусь до островов, дела там налажу, стану железо доброе делать. Мастеров — то по стали на островах не хватает, а мы, дварфова порода, кузнецы первостатейные. Потом нагнали нас пираты, большую часть команды за борт покидали, нескольких матросов во главе с капитаном на реях развесили, в художественном беспорядке. Меня только природа моя и спасла. Сначала тоже вздернуть хотели, а потом старпому мысль в голову пришла, продать меня какому султану или падишаху из соседнего королевства, в качестве чудной диковинки.
Ну, я подождал немного, да и дал деру. Эти идиоты меня в кандалы заковали, а на них замок повесили. Я, когда это увидел, думал, что они окончательно ум пропили. Не сказал, правда, ничего, дождался ночи, сбил замок, ну а дальше вы знаете. Доплыл я до берега, книжку в кусок парусины обернув, схоронился. Плыть пришлось долго, часа три, а то и больше. Потом жил, обсыхал, да вес, потерянный в неволе набирал… Как окреп, стал думать, что мне дальше делать, ну мне эта книжка на глаза вновь и попалась. Дальше больше. Начал я, значит, появляться то тут, то там, а как случилось, что сюда пираты пожаловали, вот тут — то я свою магию босяцкую и применил. Создал им фантом, страшную морду, что грозилась печень и селезенку вырвать. Как они убегали, вы бы видели. Только пятки сверкали. Местный люд обрадовался, напоил меня, накормил, а я наврал с три короба, что, мол, маг великий и дварф со всех сторон положительный.