Стильные штучки Джейн Спринг
— О, я очень рада, что тебе понравилось, — промурлыкала она в ответ.
И Джейн действительно была рада.
Чарли сестренка подарила итальянскую кожаную рыболовную сумку. Старший брат был заядлым рыболовом. Рыбалка для него была тоже своего рода войной.
— Смотри, — принялась объяснять Джейн, — здесь для всего есть специальные отделения — для крючков, для приманки. А вот карман для фляжки. Ручная работа. Из самой Флоренции! Водонепроницаемая — представляешь!
Чарли погладил нежданный подарок. Такая эластичная! Хоть он и любил привычную старую, ветхую рыбацкую сумку, но не мог не признать, что эта была намного лучше.
— Круто, Джейн, просто круто! — воскликнул он.
Джейн захлопала в ладоши:
— Как здорово, когда твои подарки нравятся! Счастливого Рождества!
— Счастливого Рождества, Джейн! — хором ответили отец и братья.
И это действительно было счастливое Рождество. Самое счастливое Рождество в их жизни.
Глава тридцать третья
РОК. Что, интересно, должен чувствовать убийца, когда он возвращается на место преступления?
После рождественских праздников Джейн как ни в чем не бывало вышла на работу. Она и не подозревала, какие жаркие споры разгорелись вокруг ее возвращения. Первую ставку сделал Грэхем. Он поставил пять долларов. Лентяйка Сюзан — шесть. Один доллар — утром, а потом еще пять — днем (прекрасный повод лишний раз зайти к Грэхему, не вызывая никаких подозрений).
— Вы решили повысить ставку? — засмеялся он и взял у Сюзан пятидолларовую купюру. — Вы знаете что-то такое, чего не знаем мы?
Грэхем посмотрел на секретаршу Джейн Спринг и всерьез задумался, все ли у него в порядке с головой? Неужели Сюзан тоже решила сменить имидж? Где ее болтающиеся на бедрах брюки и лохматые волосы? Это что, хвостик, да? Хвостик, перевязанный бантиком? Господи, в местных женщин, судя по всему, вселился какой-то бес. Может, есть смысл вызвать экстрасенса? Вот уж не гадал, что однажды будет благодарить Бога за то, что Марси не изменилась ни на йоту.
— Я ничего не знаю, — ответила Сюзан и покраснела. — Я просто надеюсь.
Спор затеяли о том, какая Джейн вернется на работу после рождественских праздников — старая или новая. Все полагали, что прежняя. Маловероятно, что фельдфебель в юбке может так долго играть столь неорганичную для нее роль. К тому же зачем? Общественность постановила, что план прокурора заключается в том, чтобы заключительное слово в суде произнести в проверенной временем жесткой манере и таким образом окончательно сразить присяжных.
Но утром в четверг, в восемь часов, Джейн вошла в украшенный открытками кабинет в туфельках и голубом пальто с большими пуговицами и шелковой оторочкой. Все, в том числе и проигравшие, вздохнули с облегчением. Этот вздох, наверное, долетел до самой Монтаны. Всем нравилась новая Джейн, все хотели, чтобы она осталась такой навсегда. Спор был попыткой забыть о тайных страхах и надеждах. Не могли же они коллективно встать на колени и молить Бога, чтобы Он оставил им их новую, всеми любимую Джейн?
Спор выиграла Лентяйка Сюзан и получила, к слову, весь куш: только она ставила на то, что Джейн останется Дорис. То ли Бог услышал молитвы Сюзан, то ли она действительно что-то знала. Этого Грэхем не мог решить, но, так или иначе, секретарша Джейн Спринг за один день стала на 174 доллара богаче. Сюзан была настолько уверена, что после праздников на работу придет все та же исправленная и дополненная Джейн, что и сама тоже пришла исправленная и дополненная.
Сюзан была несколько разочарована тем, что Грэхем абсолютно никак не отреагировал на ее преображение (может быть, просто не заметил? Мужчины, они такие невнимательные), не говоря уже о том, что так и не пригласил на свидание. Но она не оставляла надежды. «Это обязательно должно случиться. Всенепременно. В этом нельзя сомневаться. У мисс Спринг ведь все получается, справлюсь и я».
— Доброе утро, Сюзан. Ты сегодня отлично выглядишь, — сказала Джейн, с удовольствием отметив, что на ее секретарше коричневая твидовая юбка, свитер из верблюжьей шерсти, замшевые туфельки и марказитовая брошка, которую она сама подарила ей на Рождество.
— Спасибо, мисс Спринг.
На столе у Лентяйки Сюзан стояла ваза с гвоздиками, а рядом тарелка со свежеиспеченным шоколадным печеньем. Тут же лежала записка: «Счастливого Рождества. Угощайтесь, пожалуйста». Джейн взяла печенье и откусила кусочек.
— О, как вкусно! Ты сама это делала?
— Да, мисс Спринг, — ответила Сюзан и радостно улыбнулась.
Честно говоря, тесто для печенья она купила готовое. И что же с того? Пекла-то собственноручно — и это самое главное. Юной кулинарке было очень приятно, что начальнице понравилось печенье, и все-таки она надеялась, что Джейн возьмет только одно. Лакомство Сюзан пекла для Грэхема, именно его она хотела поразить своими кулинарными способностями. Пусть его дожидается полная тарелка.
— Спасибо, что ты перепечатала свидетельские показания. Твое трудолюбие просто восхитительно, ведь тебе, наверное, пришлось задержаться после работы. Я это очень ценю, Сюзан, — похвалила Джейн, облизывая с губ шоколадные крошки.
— Спасибо, мисс Спринг, — ответила Лентяйка Сюзан и покраснела. Что может быть лучше комплимента от человека, который тебе нравится? Разве что ямочка на подбородке Грэхема.
— Джейн, можно тебя на минутку? — Это была Марси.
— Марси, прости, пожалуйста. Боюсь тебя обидеть, но я спешу. Мне нужно в суд.
Марси взяла Джейн за руку и повела к себе в кабинет.
— Это займет тридцать секунд, я обещаю. Просто скажи мне, который? — попросила невеста, указывая на два сервиза, расставленных у нее на столе. Один был белый с золотым ободком. Другой — голубой с цветочками.
— Что, прости?
— Какой сервиз тебе больше нравится? Мы с Говардом выбираем фарфор для нашей квартиры. Это лучшее из того, что удалось найти в Нью-Йорке.
— Определись, это будет праздничный комплект посуды или повседневный? Если гостевой, приобретайте белый. Если повседневный — то цветной.
— Тебе кажется, что голубой не годится для праздников?
Джейн отрицательно покачала головой. Невероятно. Еще пару недель назад Марси не пришла бы к ней с подобным вопросом, а теперь советуется как с подружкой буквально по любому поводу.
— Понимаешь, Марси, я думаю, что купить белый не будет ошибкой в любом случае. А ты же не любишь ошибаться, я знаю.
— Да, Джейн, ты абсолютно права. Я так и скажу Говарду.
— Передавай ему от меня привет.
Как Джейн и опасалась, присяжные после праздников никуда не годились. Одни были слишком возбуждены (ну, перепили), другие — слишком сонные (переели индейки). В общем, не самое лучшее время для того, чтобы снова вызвать в качестве свидетеля Майка Миллбанка и подвергнуть его перекрестному допросу.
Без четверти девять Джейн Спринг заглянула в комнату свидетелей, где уже должен был ожидать Майк Миллбанк. Джейн норовила увидеть его по причинам, не имеющим отношения к делу миссис Райли. Объяснить их она вряд ли смогла бы, но всякий и так бы догадался: одного взгляда достаточно, чтобы понять, в чем тут дело. С утра Джейн оделась особенно тщательно. Она выбрала юбку цвета фламинго и подобрала к ней розовый свитер из ангоры. На волосах завязала два пикантных бантика, а в уши вдела жемчужные сережки.
— Доброе утро, инспектор! — весело поприветствовала Миллбанка Джейн, поставила на стол сумочку и принялась снимать перчатки.
— Здравствуйте, мисс Спринг.
Его голос прозвучал так сердито и резко, что Джейн поежилась, как от холодного ветра.
— В прошлый раз вы очень хорошо держались, инспектор. Все тогда прошло великолепно, но сегодня будет значительно сложнее, ведь придется иметь дело не со мной, а с мистером Бэнкрофтом. Но не волнуйтесь. Я буду рядом, я буду начеку. Если что, мигом начну протестовать.