Хозяйка сердца злодея

Красивая, надо заметить, внешность у смугляночки в слишком открытом платье-мешке. Хотя моду критиковать не стану. Здесь так жарко, что я бы от купальника не отказалась.
«Нет. Купальник под запретом», – тут же говорю себе, когда, следуя за Тиль по коридору, замечаю в окно толпу бравых мужиков на фоне военного лагеря в пустыне.
– Не волнуйтесь, женщину здесь никто не тронет, – сообщает Тиль.
  
Это радует. И ещё больше радует, что кабинет, куда меня приводят, пуст… Почти. Здесь лишь пожилой господин, который назначен моим учителем, а затем начинает стягивать с полок огромные старые книги.
Он представляется Диэном, ведёт себя вежливо и манерно, хотя по нему видно, что он ближе к солдатам, чем к учёным. На лбу и щеке шрамы, мизинца на левой руке давно нет, но это ему не мешает.
Слушать его рассказы о магии более чем увлекательно, но страшно. Ведь моя искра, от которой должна идти сила, угасла.
– Здесь слишком жарко, давайте продолжим завтра, – говорю я, едва дело доходит до практики, и велю служанке отвести меня туда, где можно переодеться во что-нибудь облегчённое, пока не сварилась.
Увы, о нарядах мой достопочтенный муж не позаботился, но девушка быстро находит какое-то балахонистое платье. Чистое, из хорошей чёрной ткани. Сойдёт.
– На кухне спрашивают, что вы желаете на ужин, – сообщает Тиль.
А что едят в пустыне? Скорпионов?
– То же, что и господин Шэр, – говорю ей, а затем, оставшись одна в комнате, плюхаюсь на оттоманку.
Боги! Если я ещё раз пожалуюсь на холод, напомните мне, что пустыню я ненавижу ещё больше! Жарко так, что даже губы трескаются. Где Тиль? Мне нужна вода.
Увы, служанки не видно ни в коридоре, ни в холле. Выхожу на крыльцо бетонного сооружения и замечаю, как девица в платье сворачивает за один из шатров.
Тиль? У них там полевая кухня?
Иду за девушкой, пока у меня обезвоживание не началось, а она, как назло, ускользает. И чего все тут такие шустрые?
– Тиль! – хочу окликнуть, но застываю, завернув за угол и увидев Это!
 
Глава 9. Неравная схватка
 
Три бугая в доспехах, не чёрных, как у других, а в красных, каких я до этого момента здесь не замечала, схватили девчонку в чёрном платье. И это вовсе не Тиль, как я считала, а незнакомка.
– Пустите! – она то ли требует, то ли молит.
В больших глазах девушки неподдельный испуг.
– Ну чего ты сопротивляешься, крошка? Тебе понравится, – гогочет один, скалясь гнилыми зубами.
– Обещаем, что будем нежными. Ну, постараемся, – издевается другой, со шрамом на щеке, а она чуть ли не в слезах молит её опустить.
Боги, почему тут никого нет, кто мог бы это остановить? Или… Здесь это норма?
Но Тиль сказала, что местные женщин не трогают. Надо срочно кого-то позвать!
– Ну-ка, снимай платьице, – слышу, едва сделав шаг в сторону, а затем… Треск.
Это порвалась ткань?
Мужик со шрамом так притянул девочку к себе, что платье пошло по швам. Он гогочет, а она плюёт мерзавцу в лицо.
Чёрт!
Бах! Пощёчина. Девчонка отлетела бы на землю, если бы её не держал другой.
– Ах ты дрянь! – замахивается он, и я понимаю, что уже при всём желании не успею никого позвать.
– Руки убрал! – выскакиваю прежде, чем успеваю сообразить, что делаю.
Хотя что мне ещё остаётся? Они ведь с ней… Чёрт!
Хаган Шэр, куда твои глаза сейчас смотрят?!
– Ого! – Обращает на меня внимание мужик со шрамом, утирает со лба плевок девицы и теперь смотрит на меня так же похотливо и нагло, как на девушку.
Брр! Отмыться от такого взгляда хочется, но сначала надо как-то заставить пальцы и колени не трястись от страха.
– К нам захотела, куколка? – охотно присоединяется рыжебородый, а я краем глаза опять изучаю обстановку: ну почему рядом нет ни одной души? У них ужин, что ли? – Ты глянь. А эта куколка-то бледнолицая. Волосы вон какие, диковинка с севера, а манер никаких. Ничего, мы воспитаем!
– Себя сначала воспитай! А служанку мою немедленно отпусти! – вскинув подбородок, говорю строго. Только так можно победить в этой битве. И то не факт.
Голос звучит смело, а вот колени… Чёрт бы их побрал. Не грохнуться бы тут от страха.
– А ты вообще кто такая, что раскомандовалась?
– Я госпожа Шиен, а если ещё точнее, то супруга генерала Хагана Шэра. Ещё будут вопросы? – выпаливаю гадам, и они бледнеют на глазах.
Ого, будто загара вообще на их коже не было. Теперь переглядываются, сомневаются, верить ли мне. Я же стреляю в них гневным и, так сказать, господским взглядом.
– Слушай, птичка, ты говори, да не заговаривайся. Ты себя в зеркало видела, простолюдинка? Тряпьё на тебе отнюдь не господское, да и у генерала жены нет. Ну-ка, мужики, схватите эту плутовку и в шатёр! Две лучше, чем одна! – решает бородатый.
Вот же чёрт! А счастье было так близко! Дурацкое платье…
Хоп! И один из громил кидается ко мне.
– Помогите! – воплю, что есть сил, и даю дёру. – Пожа-а-ар! Пож…
Выкрикнуть вновь не успеваю. Гады слишком ловкие: хватают меня то за руки, выламывая их до боли, то за волосы. Скальп снять хотят?
– Пасть закрой, сучка! Орать в шатре будешь! – Залепляет мне рот ладонью тот, что со шрамом, а я ему – грызь, и палец мерзавца прокушен до крови.
Знаю, что дура и так делать нельзя, но, когда жить хочется, готов зубами выгрызать свободу.
Отлетаю от гадов, хватаю первую попавшуюся палку – похожа на черенок от лопаты – и тычу ломаным острым концом в лица гадов, не подпуская их к себе.
Убежать? Не одна же!
Мужики раскидывают руки по сторонам. Зачем? Ох ты, чёрт! Что за светящиеся серебряные искры вокруг их пальцев? Та самая магия?
– Беги! – командую девушке, а она будто в оцепенении. Ну что за невезенье?
Искры одного из мерзавцев вспышкой срываются с пальцев и летят в меня. Тут же прыгаю за бочки, надеясь, что они меня уберегут, и слышу болезненный вопль.
Кто-то в своего же пальнул? Нет, они как будто хором орут.
Выглядываю из укрытия и чуть ли не роняю челюсть, видя, как все трое падают. Отличный шанс сделать ноги!
Тут же кидаюсь в «проулок» меж шатров, а мне в спину вылетает ещё одно плетение. Пара секунд, нужна лишь пара секунд!
Бах! И влетаю в препятствие, которого тут секунду назад не было. Это «препятствие» подхватывает меня за талию так, что я чуть не подлетаю, делаю круг вокруг его оси. А затем, когда мы останавливаемся, понимаю, кто меня схватил.
Вспышки разрываются прямо возле моей головы, но совершенно не причиняют боли, словно их отделил какой-то прозрачный щит. А я… Не то в шоке, не то в ужасе смотрю на своего пленителя.
Чёрные, уходящие в синеву, глаза моего врага так близко. Огненное дыхание опаляет дрожащие от страха губы, в то время как всё тело, облачённое в тонкую тряпочку, прижато к груде оголённых мышц Хагана Шэра.
Очень злого Хагана Шэра…
«Опять спас своего врага».
Будто бы слышу его мысли в своей голове, и гневное выражение лица тому прямое подтверждение.
Вспышки за щитом заканчиваются, Хаган позволяет мне коснуться ногами земли, а затем переводит убийственный взгляд на мерзавцев.
Бах!
Трое мерзавцев вновь падают на землю и вскрикивают. Нет, это даже не крик. Это хрипы и вой, порождённые оглушительной болью.
Их ноги лежат неестественно, будто переломаны, а затем трещат и руки. Снова вой. Ужасающий вой.
Но стоит им заметить, КТО заставил их испытать боль, как мужики тут же затыкаются. Теперь они в ужасе смотрят на Хагана, который ступает вперёд, закрывая меня собой.
– Я бы велел вам объясниться, но какой в этом смысл, не так ли? – взирает он на ошарашенных вояк. – Стражи из личной королевской армии, видимо, не наслышаны о правилах этого места. Но от наказания вас это не избавит.
  
– Простите! – выкрикивает один из вояк, да так громко, что я вздрагиваю. – Мы не знали! Мы думали, она одна из рабынь. Мы ничего ей не сделали, мы не…