Азъ есмь Софья. Компиляция (СИ)
А потом Станислава нашли в его постели. Отравленным. Синее лицо и следы рвоты не оставляли сомнений в причинах смерти. Сказала же царевна «Собаке – собачья смерть», вот и обеспечили. И ни минуты не колебались.
Марфу любили.
За красоту, за доброту, за самопожертвование…
Ежи горько оплакивал мать. Тело ее перевезли в Краков и захоронили рядом с супругом.
* * *– Мы должны это спустить Людовику?
– Нет.
Софья зло прищурилась на пламя свечи. Алексей выглядел… недовольным? Это было не то слово. Показали б ему сейчас Людовика – тот бы и слова «Солнце» сказать не успел. Только бы позвонки под пальцами хрупнули.
– Я понимаю, что убить его не получится, но что-то же мы можем с ним сделать!
– Можем, – Софья потеребила косу. М-да, седины в ней становилось все больше и больше. – не сразу, но можем. А убить проще всего, тут ты неправ.
– Так, – заинтересовался Алексей. – А ты что предлагаешь?
– По большому счету, он Марфу не убивал.
– Он дал денег Лещинскому. И вообще – ты предлагаешь его простить?
Софья посмотрела на брата с изумлением.
– Ты что? Ни в коем разе!
– Тогда что? Соня, не тяни!
– Я предлагаю ударить в самое нежное место его величества, – протянула Софья. – В его карман.
– И как же? Пиратами? Так он с турками в дружбе, а кто еще ему может так поперек торговли встать…
Лицо Софьи стало загадочным.
– О, нет, братик. У меня есть идея интереснее. Недавно мне пришло донесение из Шотландии. Там, в окружении герцога Аргайла объявился очень интересный молодой человек по имени Джон Лоу.
– И что? Чем интересен этот человек?
– Своими предложениями по реформированию торговли и денежной системы Шотландии.
– Что в них интересного? – Алексей хоть и не любил финансовые дела, но вдруг?
– Все самое интересное у мальчишек. Даньки, Кирилла…
– Ты не хочешь пригласить его на Русь?
– Что ты, братик. Этот господин из тех, кого не стоит приглашать в свой дом. А вот в чужом он может оказаться весьма и весьма полезен.
– Соня, – Алексей посмотрел на хитро улыбающуюся сестру и покачал головой. – Считай, что я заинтригован, что мне интересно, что у тебя открытый лист на все действия. Но объясни, наконец, что это за тип!
Софья прошлась по комнате. Подумала пару минут, формулируя свою речь наиболее корректным образом. Все-таки мир еще не дорос до такого способа отъема денег у населения.
Или…?
В реальной истории Джон Лоу провернул свой финт ушами лет на десять позже, чем здесь. Но там его поддержал король, а здесь мальчика может поддержать она, ну и помочь снять сливочки. Пусть Людовик думает, что все пойдет в его карман, мы сыграем в свою игру.
Она отлично помнила, как еще там, в девяностые годы двадцатого века, муж рассказывал ей о финансовых пирамидах. Смеялся над «МММ» ами, «РДС» ами и прочими рекламщиками, говоря, что они всего лишь жалкие подражатели. А источник их вдохновения жил еще во времена Людовика Четырнадцатого. Собственно, тогда и прошла финансовая пирамида номер один. В стране короля-солнца, после его смерти.
А тут будет при жизни.
– Алеша, есть такое понятие «финансовая пирамида»…
Алексей выслушал с большим вниманием. Потом попросил повторить. Уточнил несколько деталей – и пришел в восторг.
– Соня, а вам это удастся?
– Ему. И только ему. А я… а русских в этом деле вообще не будет. Ни к чему Людовику такие козыри.
– Дерзай. Что нужно? Люди, деньги…
– Я все найду. Главное у нас уже есть – твое одобрение.
– Даже поощрение. За Марфу я этому венценосному солнышку все лучи пообломаю.
– Поверь, потеря денег для него страшнее.
– Действуй. Верю.
Софья послала брату нежную улыбку. Она в себя тоже верила. Но вот как бы сделать так, чтобы Джонни Лоу не кинул компаньонов? Месть – это прекрасно, но если Франция оплатит некоторые русские проекты, будет вообще великолепно. Кирюшка с Данькой пока вдвоем одного Ивана не стоят, и так виртуозно выкраивать деньги то здесь, то там не умеют. Будет им помощь от мамы…
* * *Два месяца спустя…Джон Лоу сидел у камина. Мужчине было грустно.
Кажется, Шотландия тоже не станет местом для приложения его талантов. А ведь хотелось, еще как хотелось! Обрести дом?
Нет, не так.
Хотелось власти и денег, а с рождения у него было только второе. Первое же…
Благовоспитанный еврейский мальчик быстро понял, что всегда будет существом второго сорта – и ударился в гулянки. Прокутил имение, доставшееся от родителей, растратил деньги и был вынужден зарабатывать на жизнь картами. Прилеплялся то к одному сильному мира сего, то к другому, нигде надолго не задерживался…
Хотелось ли?
Нет, не особенно. Но от своего замка, титула, денег он не отказался бы…
Скрипнула дверь. Джон с удивлением посмотрел на вошедшего слугу.
– Что случилось, Джек?
– К вам господин Тэрас, сэр.
– Господин Тэрас? Кто это? Первый раз слышу, – Джон хотел было отказать неизвестному в приеме, но потом передумал. Любопытство глубоко укоренилось в его характере. Джон физически не мог пройти мимо чего-то интересного… – Пригласи.
И с интересом уставился на дверь.
Вошедший оказался неприметным мужчиной среднего роста, с темно-русыми волосами, в простой черной одежде и длинном плаще.
– Мистер Лоу, рад знакомству.
– Мы с вами ведь не встречались раньше, – Лоу не спешил радоваться. Мало ли… случалось в его жизни разное. От родственников «невинных» девиц до карточных должников.
– Нет. Ни со мной, ни с кем-то из моих родных…
Лоу перевел дух.
– Тогда что привело вас ко мне, мистер Тэрас?
Тарас Иванько, один из выпускников школы в Дьяково, улыбнулся.
– Я прибыл сюда, мистер Лоу, чтобы сделать вам предложение, от которого вы не захотите отказаться.
– Да? И что же это?
– Это власть и деньги. Очень большие деньги и большая власть.
Это так совпадало с недавними мыслями Лоу, что мужчина не удержался. Перекрестился.
– Вы… читаете мысли?
– Нет. Отнюдь. Просто ваши таланты привлекли внимание некоторой группы людей. И я хочу предложить вам отправиться во Францию.
– Может, стаканчик виски? И обсудим?
Тарас кивнул, соглашаясь. Да, и стаканчик, и обсудим…
Держись, старушка Франция. Войны – полбеды, а вот финансисты…
Глава 9
1709 год– Как – нет денег!?
Один Джон Лоу сделал больше, чем все французские войны. А именно – умудрился крупно подорвать экономику Франции. Он начал печатать бумажные деньги.
Сначала все было хорошо, но потом, не без скромной русской помощи (Испания и Португалия тоже поучаствовали по мере сил), из Франции начало уходить золото. А бумага, не обеспеченная золотым запасом – это грустно.
Сначала-то все складывалось более чем приятно.
Джон возник при дворе – сначала в свите Филиппа Орлеанского, благо, тот был не столь разборчив по части знакомств, и попасть к нему было несложно. А потом уж и в Лувре.
Благодаря своим способностям, Джон быстро стал незаменим, потеснил стареющего Лувуа – и занял место министра финансов.
Сначала план с бумажными деньгами Людовику понравился. Еще бы, денег-то не хватало! Но когда цены бешено взлетели!
Когда за паршивый пирожок стали платить чуть ли не по пять франков!
Когда су и денье стали просто не нужны – на них ничего невозможно стало купить…
Когда полновесных золотых луидоров вдруг стало не найти днем с огнем…
Одним словом, народ не оценил финансового гения.
А, может, виноваты были и русские шпионы…
Хотя это уже бред – видеть за каждым углом вражеские происки. Поди еще, столько врагов-то набери!
Оголодавший и окончательно озверевший народ разразился целой серией бунтов.
Джон понял, что его назначат крайним (и небезосновательно) – и удрал так быстро, что только хвост за углом мелькнул. Где-то в Испании, кажется. Людовик рвал и метал, но найти бывшего министра не представлялось возможным. И деньги – тоже.