Азъ есмь Софья. Компиляция (СИ)

Женился его величество Карлос Второй. Мария-Анна Пфальц-Нейбургская была неглупа, красива, но стервозна до крайности, что и отметила жена Короля морей. Сразу же, стоило только рыженькой немке вылезти из экипажа.
Церемония венчания должна была состояться в Вальядолидо. Разумеется, брачный договор был заключен раньше, но именно здесь венценосные супруги должны были впервые увидеть друг друга.
  
Хотя…
Мария смотрела на Карла, который был тосклив и отрешен – и думала, что лучше быы супруг не маялся дурью. Иначе-то его затею и не назовешь.
Карлос весь в воспоминаниях по усопшей супруге, а рыженькая…
На Руси, кстати, рыжих недолюбливали. Сестра объясняла, что это предрассудки, но… иногда и они в точку попадают!
Другая женщина, может, и отогрела бы Карла, заставила забыть о Марии-Луизе, сумела бы отвлечь… не эта! Эта слишком занята собой, слишком эгоистична, жестока, сттервозна – в первоначальном понимании этого слова.
Падальщица, иначе и не скажешь. С сильным в драку не полезет, но Карлоса постарается подмять и затоптать, он-то слабее супруги.
Мария сжала руку племянника. Тихо-тихо, чтобы никто не видел и не слышал.
– Как ты, братик?
Иногда она позволяла себе такие вольности в обращении. Сейчас это возымело действие. Карл пришел в себя, посмотрел на свою жену, потом перевел взгляд на жену сводного брата.
– Плохо. Она…. не та. Злая, глупая…
И что тут скажешь?
Дурачок?
Ну, в чем-то – да! Физическое развитие никакое, интеллектуальное… писать – и то толком не умеет, но ведь разбирается в людях!
И неплохо разбирается! Сказалась жизнь придворная!
А каким мог бы быть Карлос, если бы его развивали с детства? Воспитывали? Вкладывали ума, а не пресмыкались перед наследником престола?
Уж точно неглупым парнем.
Но – принц. Так что половина его наставников точно думала не о том, как научить, а о том, что получить от своего поста. Какие выгоды, преференции, ну и упустили мальчишку.
– Может, вы сможете подружиться?
Увы, надо же было так совпасть, чтобы в этот момент Мария Анна нашла взглядом Карлоса. И такое отразилось на ее лице…
Брезгливость, надменность, презрение – и она даже не дала себе труда это скрыть. Хотя, казалось бы…
Кто ты такая есть?
Младшая дочь, не особо богатая, строго говоря, некоторые церковные крысы состоятельнее будут, из достоинств – смазливая мордашка, да сестра – императрица Элеонора, жена Леопольда, а в остальном – ноль. Гольный.
И вот, попадаешь ты в чужую страну – и даже не даешь себе труда улыбаться тем, от кого теперь будет зависеть твоя жизнь или хотя бы уровень ее комфорта?
Шикарно!
И ведь Карлос заметил. И в ответ взглянул на Машу такими глазами… ей-ей, это был взгляд спаниеля, которого злой хозяин выгоняет зимой на мороз, а собака и протестовать не может.
– Ох и наплачемся мы с ней, – подумала Маша вслух. Тихо-тихо, так, чтобы услышал только Карлос.
– Почему Хуан выбрал ее?
– Политика…
Вопрос был риторическим, ответ тоже. Леопольд подсуетился, Рим помог, ну и результат…
– Если бы на ее месте была такая, как ты…
Комплимент был приятен. Мария вздохнула.
– Надо встречать невесту, братик. Держись.
И вышла из комнаты.
Еще через четыре часа Мария-Анна Пфальц-Нейбургская стала королевой Испании.
Карлос был мрачен и холоден, не обращал никакого внимания на невесту и все внимание уделял шикарно накрытому столу. Брат пытался призвать его к порядку, но потом посмотрел на невестку, на жену – и передумал. Потом будет время для убеждений. Потом.
А сейчас надо дать мальчишке время свыкнуться с мыслью о втором браке. Может, хоть что получится?
Забегая вперед – не получилось.
Ни в эту конкретную брачную ночь, ни в другие. До смерти Карлоса Марии-Анне, которая получила в браке имя Марианны, чтобы не путать с принцессой Марией, суждено было оставаться девственницей.
А наутро милая дама закатила первый семейный скандал бедолаге Карлосу. Увы – безуспешный.
Карлос попросту сбежал от ее истерики, зато на вопли пришла Мария, выставила за дверь всех придворных дам, смерила взглядом «сестренку» и попросила не омрачать светлый образ испанской королевы манерами рыбной торговки.
Марианна попыталась поскандалить и с ней, но куда там немецкой княжне было до русской царевны? Пара качественных оплеух быстро привела дамочку в чувство. По лицу Мария не била, чтобы следов не осталось, но на человеческом теле и так болевых точек хватает, их просто знать надо.
Марианна попыталась достойно ответить, но запуталась в юбках и чуть сама себе не разбила нос об неудачно подвернувшийся стол. А Мария вежливо попрощалась и отправилась к Карлосу. Утешать беднягу.
Да уж…
И как тут размножаться? С такой женой и здоровый мужик всяких сил лишится, а уж бедняга Карл и пальцем к ней притронуться не сможет. Заварили они с Хуаном кашу… остается только молиться, чтобы Хуан не преставился раньше Карлоса, а то с этой стервой будет куда как сложнее сладить.
Королева, мать ее…
* * *
– Когда-то вы теперь приедете…
Соня крепко расцеловала Ваньку, обняла на прощание Беллу.
– Здесь вас всегда будут ждать, что бы ни случилось.
– Спасибо, сестренка.
– Спьасибо, – тщательно выговорила Белла. За зиму она сильно прогрессировала в русском, но легкий акцент оставался. Хотя это ее делало только более очаровательной.
Кремль пустел.
Ушли на войну мужчины, уехали Володя с Наташей, отправилась на богомолье Любава – решила заранее приспосабливаться, а то давно никуда не выезжала, отправились в Дьяково дети…
– Ваня, ты помнишь про наш уговор.
Иван кивнул.
Помнит – и сделает. С ними в Португалию поедут десятка два Софьиных людей, которых она почему-то называла «охотники за головами». Чьими?
Ученых!
Там, в Европе, кипят войны, гибнут люди, а на Руси – тишь да гладь. Относительно, конечно, но ведь и приглашать их будут не в Крым, а в Москву. В Университет.
Ребята из царевичевой школы поездят по Европе. Каждый должен отобрать не меньше десяти ученых – и убедить их поехать на Русь.
Как?
Как угодно.
Заинтересуй, предложи грант, укради любимую собачку и пошли ее на Русь, чтобы ученый за ней поехал – твои трудности. И чем выше качество ученых, тем большую награду ты получишь.
Софья не могла сама заниматься наукой, но развивать Университет стоило.
А при чем тут Ваня?
Ребята – не ученые, они охотники за головами. А как понять, кто лучше, кто хуже, кем стоит заниматься, кем не стоит? Вот тут Иван и может помочь в сложных случаях. Обещал.
А потом заскрипели колеса карет, взметнулась пыль под копытами коней – и вот уже и нет никого на площади перед Кремлем.
Не понимают жители двадцать первого века своего счастья, никак не понимают. С поездами, самолетами, машинами…
А вот поездили бы в карете, когда путешествие из Петербурга в Москву мало не неделю – и это по царской дороге, а не как сейчас. Сейчас-то и побольше будет. Это вам не «Красная стрела».
И Софья отчетливо понимала, что может никогда больше и не увидеть брата, Белочку, тем более – их детей… тоскливо.
Боже, как же от этого тоскливо. Как птице в клетке!
Что ж. Зато она не заперта в тереме, как царевны до нее, хоть тут она судьбу переломила. И дороги строятся. Так что не стоит унывать, государыня.
За работу.
* * *
Отправлялась на войну и датская армия.
Кристиан был доволен и воодушевлен. На хозяйстве оставался Георг, но в кои-то веки не проявлял недовольства.
– Если у нас все получится, ты можешь сесть на трон Англии, – втолковывал ему брат.
  
И верно, по жене. Но…
– Французы?
– Людовик своего не упустит, это верно. Но это надолго, а если что – думаешь, кого предпочтут англичане? Протестанта, который женат на дочери их покойного короля – или ставленника французского короля?