Азъ есмь Софья. Компиляция (СИ)
Во всяком случае, поговорку «огреб, как шведы под Полтавой», Софья помнила. И про Мазепу, с которым надо бы еще разобраться. Но пока о них слышно не было. И в Швеции был вроде как Карл… а ведь мелкий еще…
Ну да, сейчас там Карл Одиннадцатый, коему еще и двадцати не сравнялось. То ли ему лет пятнадцать, то ли семнадцать… Софья подумала насчет сестренок.
А почему бы нет?
Еще одна помолвка — и мы получаем дружественную Швецию. Кто у нас из сестренок годится?
Дуньку отбрасываем сразу, остаются у нас Екатерина, Мария и Феодосия. Вот если Катюшку начать готовить к доброму делу? Станет шведской королевой, будет убеждать мужа подарить Руси те болота, в которых Санкт-Петербург стоять должен. Или поменяем на что-то приличное.
А лучше — СП создадим со шведами. Построим вместе?
Белые ночи — это очень красиво. Только столицу там устраивать не будем. Болото в комплексе с тектоническим разломом — неудачное место. А вот ежели город влюбленных…
На болоте?
Ну и что, любовь затягивает…
Львы, фонтаны — и если удастся пристроить сестренку, назвать город в ее честь. Екатеринбург?
Софья усмехнулась, продолжая обдумывать идею.
Катенька ее младше на год, там плюс-минус пара месяцев, не важно. То есть с мужем у них будет подходящая разница… так что девочек принялись учить по полной программе, но уже не совсем тем языкам. Латынь — да. Но шведский, датский — вот кто лучше освоит и усвоит, та и будет. А пока…
Надо будет изложить свою идею брату, как время будет. Но вряд ли Алешка будет сопротивляться. Кстати, не факт, что и шведы будут против. И надо подумать, куда еще двоих малявок пристроить. В Европы.
Они там настолько между собой перероднились, что, глядя на портреты, генетику создать хочется на три века пораньше. Явные признаки вырождения на мордах.
Опять же, дочь государя Московского — это вам не какая-нибудь там Ангальт-Цербстская. На этот Цербст плюнуть-то нельзя — соседей забрызгаешь!
И что самое приятное — дети девчонок на русский трон никак претендовать не смогут.
Они ж не православные. Народ их просто не примет. Для людей сейчас что папуас из Зимбабве, что немчура католическая, али там протестантская — все едино. Посмотреть на зверушку, конечно, забавно, но не давать же ей собой править?
Кстати, и отец сопротивляться не будет, пока он счастлив, ему весь мир переженить хочется. Пусть все порадуются!
Можно пока заключить помолвку, а там, дальше, будет видно, кого из сестер посылать к Карлу?
БУМММ!!!
Взрыв отвлек Софью от ее мыслей. Девушка улыбнулась. Крохотный кусочек динамита, совсем крохотный. Но тем не менее…
— Мы это сделали?
— Да…
И на грани сознания…
Господи, помоги мне. Я не хочу причинить никому вреда, но и тех, кого люблю, в обиду не дам.
* * *— Что случилось, Любушка? Ты меня зачем в Москву вызвала?
— Сонюшка! Радость-то какая! Непраздна я!
— И года еще не прошло, а ты уже? Ну, папенька! Герой!
— Старец Симеон рассчитал возможную дату зачатия и составил гороскоп для ребенка. По его словам — он станет великим правителем и героем, равных которому не будет на земле.
— Вот как?
— Да, на небе появилась новая звезда. И старец сказал, что наш ребенок родится тридцатого мая… он даже стихи в виде звезды написал, вот они…
Софья бросила равнодушный взгляд на лист. Намного больше ее заинтересовала другая информация.
— Любава, а правителем чего станет твое дитя — старец не говорил?
Любава запнулась. Задумалась. И ахнула, прижимая руки к щекам.
— Сонюшка, да неужто?!
Радости в ее голосе ни на грош не было, один ужас.
Неглупа была девушка и выстроить простейшую цепочку могла. Великим правителем — если Руси, то что случится с Алексеем? С чего вдруг такие предсказания?
— Над этим стоит задуматься…
— Сонюшка, но ты же не…
Выговорить страшные слова Любава не могла, но Софья поняла и так. Ты же ничего не сделаешь моему ребенку, правда?
Софья едко фыркнула.
— Любава, ты ума, что ли, лишилась, как затяжелела?
Именно этот едкий тон и успокоил молодую царицу. Начни Софья сюсюкать, успокаивать — она не поверила бы, а тут — яд в голосе царевны был воистину лечебным — хоть сцеживай.
— Сонюшка, так что же…
— А вот то. Вариантов тут несколько, — Софья привычно принялась расхаживать по комнате. — У твоего супруга еще пара детей кроме Алешки есть. Федя, Иван… оба мальчишки неглупые. Правда, Федя вот в науку вдарился, а Ванюша больше к церковной премудрости тяготеет, остальное-то ему тяжко по слабости здоровья, но они все ж таки есть. Чтобы твой сын стал на Руси править — нужно всех троих убрать.
— Да что ты такое говоришь!
— А то ты не знаешь, что татей хватает?
— Ох, хватает…
— Тем не менее, убрать всех троих будет сложно. А тятенька как к этой новости отнесся?
— Сказал, что любому ребенку рад будет.
— Насчет царствования?
— И земель, дескать, на всех хватит.
— Во-от… То есть возможно, имеет место быть пропаганда, направленная на вбивание клина между отцом и сыном. Не нравится Симеону, что Алексей сейчас такую власть забрал…
Дальше продолжать не стоило. О нелюбви между старцем и царевичем в Кремле только колокола и не сплетничали. Остальные все знали. Соответственно, старец сообщает о рождении великого правителя, царь умиляется, старший сын обижается, начинает ревновать, и теперь обижается уже царь. Вроде бы и нехитрая интрига, но посеять крапивное семя несложно, а ты поди сорняк потом выполи?
— И что же делать теперь?
— Тебе? Рожать!
— А ежели…
— Любавушка, ежели у тебя мальчик родится и ежели родится он тридцатого мая — отлично. Будем ему королевство присматривать. А коли девочка? Или вообще двойня?
Любава закивала. Софья усмехнулась.
— Единственная у меня к тебе просьба будет… сможешь ли ты батюшку уговорить?
— Смогу.
— Ты хоть выслушай — о чем я тебя попрошу.
— Сонюшка…
Любава хотела сказать, что любая просьба, хоть бы и голой по колокольне пробежаться — это слишком малая цена за все, что Софья для нее сделала. Но царевна подняла руку.
— Ежели у меня брат будет — я хочу, чтобы его назвали Владимиром. Сможешь?
Любава истово закивала. Конечно, сможет!
Правда, Симеон что-то уже намекал насчет Петра… но к черту Симеона!
Софья сказала — Владимир?! Вот и попробуйте оспорить, что это плохое имя для будущего правителя! А чем он править будет… вот Алексей Алексеевич мог правителем Речи Посполитой оказаться — при живом и здоровом отце. И ее ребенок, может, так же будет… Земля большая, места хватит.
Софья же раздумывала над тем, что надо усилить охрану брата. Вроде бы и так бережет его как может, но вдруг она что-то не предусмотрела?
С чего вдруг Симеон принялся за такие пророчества? Кукарекнуть захотелось, а там хоть не рассветай? Или есть основания?
И коли есть основания — не стоит ли их вытряхнуть из этого слишком умного типа?
Или он просто досаду выплескивает, после того как его проект академии опять завернули? А получилось это благодаря Алексею Алексеевичу. Именно он заметил, что академия Симеонова будет шишкой на ровном месте.
А то нет?
Вот кто из ученых с мировым именем там преподавать станет? Сам Симеон? И что преподавать?
Астрологию?
А языки? А математику? А…
Одним словом — сначала наберите преподавателей… нет-нет, иезуиты не подойдут. И все, кто имел к ним хоть какое-то отношение, — тоже! Вот еще не хватало! И мы обязательно проверим каждого, а как же иначе!
Мягко говоря, старцу это не понравилось. Хотя почему его называют старцем — Софья так и не поняла. Родился-то он в 1629 году, так что ему сейчас около сорока, кстати — отец в том же году родился — ровесники? Точно, но один почему-то старец, а второй — молодой и женился. Интересная градация. Обрить гада! Налысо!
Какое-то время Софья раздумывала над этим проектом. Потом переключилась на насущные дела и временно выкинула Симеона из головы.