Соловей и кукушка (СИ)
— Тише. Ты сама виновата, — прошептал он, с равнодушным любопытством заглядывая мне в глаза. — Я хотел, чтобы в этот раз всё было иначе. Я хотел по-другому.
И тогда я поняла, что это конец. Слёзы хлынули по щекам, я буквально захлёбывалась ими.
— Пожалуйста, — зашептала я, — не надо…
Боже! Я готова была упасть на колени и умолять его. Но Ролдао по-прежнему крепко держал меня за горло.
Бессмысленно. Мой страх, моё отчаяние, моя боль лишь опьяняли его. Он снова поцеловал меня, затем прокусил мою губу и слизнул кровь, ловя панику в моих глазах и откровенно наслаждаясь моими эмоциями.
— Отпусти её, — раздался голос, полный холодной ярости, за моей спиной. — Ты знаешь, я не промажу,
Я не сводила взгляда с глаз Ролдао. Серых, как сталь, заключённая в тёмный ободок. Самые красивые и самые страшные глаза, которые я когда-либо видела. В них вспыхнули и заплясали весёлые искры. Принц отшвырнул меня с такой силой, что я больно ударилась о замшелый валун, и обернулся к Криштиану. Тот стоял и целился в брата из револьвера. Красный, всклокоченный, вспотевший, но ужасающе спокойный. Только дышал тяжело и рвано.
Дуло его револьвера смотрело прямо в лоб наследника.
— А ты подрос, — ухмыльнулся Ролдао. — Я рад, что ты пришёл, братишка. Надеюсь, в этот раз ты меня удивишь.
И пошёл прямо на Криштиана. Медленно, очень мягко, как хищный зверь. Ролдао улыбался, и от этой улыбки меня замутило. Он знал, что брат слабее. Он знал, что победит.
Младший не сводил с него взгляда. И дула.
— Интересно, она тебе часто снится? — прошептал Ролдао вкрадчиво.
— А тебе?
— Снится, — кивнул тот, улыбаясь, — и я люблю эти сны. Она была очень красивой. Хоть глупой.
И в этот миг Криштиан оказался под прицелом. В левой руке наследника возник небольшой воронёный пистолет. Я не успела заметить мгновенное движение. Чёрт! Да я даже не поняла, где у Ролдао до этого момента был пистолет.
— Ты опять всё пропустил, — шепнул наследник. — У тебя замедленная реакция, Кришт. Как был неуклюжим мальчишкой, так и остался.
Криштиан не ответил.
Я оглянулась на своё оружие, но револьвер бесполезно валялся по другую сторону от врага. Не добраться.
Братья застыли друг напротив друга. Осенний ветер шелестел дрожащими листьями берёз. Я лихорадочно пыталась сообразить, чем могу помочь Криштиану. Броситься на насильника со спины? Но я — сбоку, в его поле видимости, и любое моё движение, точно знаю, у врага под контролем. У него вообще всё под контролем!
— Интересно, — пробормотал Ролдао, — а если так?
И перевёл дуло на меня. Я замерла.
— Что, если я убью сначала её? Тебе будет очень больно?
В серых глазах сияла чистая любознательность учёного-экспериментатора.
— Мне будет смешно, — процедил Криштиан.
Он не двигался и всё ещё не стрелял. Почему⁈
— Ты переживёшь, — с досадой заметил Ролдао, — как пережил и её. Я хочу не так.
Наследник задумался, а потом вдруг принял решение. Дёрнул рукой с пистолетом.
— Бу! — сдул воображаемый дымок и подмигнул мне. — Знаешь, Кришт, я, пожалуй, подожду. Игра становится интереснее. Спасибо. Так действительно лучше.
Он убрал пистолет и свистнул, не обращая внимания на нацеленное на него оружие Криштиана. Обернулся ко мне.
— Кстати, Ирэна, я не говорил тебе? Я сделал предложение твоей сестре. Как её… Доменике. И она его приняла. Так что скоро мы ещё ближе породнимся.
А затем улыбнулся, вскочил на подлетевшего коня и тотчас умчался чёрным вихрем. Криштиан проводил врага пристальным взглядом и револьвером, затем бросился ко мне, упал рядом на колени, встревоженно всматриваясь в моё лицо. Обнял и прижал к себе.
— Ирэна, — прошептал. — Не бойся…
Но сам понял, насколько глупо это звучит, и замолчал. Я вскочила:
— Он женится на Нике! Ты слышал⁈ Этому надо помешать…
И бросилась было бежать, но Криштиан успел меня перехватить.
— Подожди…
Я дико взглянула на него:
— Пусти! Там моя сестра… она не знает… Он убьёт её… Отпусти…
И снова рванула. Принц мягко, но твёрдо повернул меня к себе, вглядываясь в мои глаза.
— Я знаю. Так же, как убил мою мать.
Я замерла.
— Ч-что?
— Десять лет назад. Ролдао убил мою мать. Я это видел.
Чёрт… чёрт! Чёрт!
— Но почему ты никому не рассказал…
— Я рассказал.
И тогда я закричала. Криштиан притянул меня, прижал к себе, гладя по волосам.
— Ирэна, Ирэна… Тише, моя хорошая.
Стало легче. Немного.
— То есть король… Но тогда почему… — зубы мои стучали, я вся тряслась, и слёзы снова нахлынули волной.
Он прижал моё лицо к своему плечу.
— Знает. И ничего не может с ним сделать.
— Бросить в тюрьму? В дурдом… Расстрелять?
Криштиан вздохнул.
— Ролдао — военный гений. Ему нет равных. Для отца это оказалось важнее всего. Забота о будущем королевства. А две-три жертвы в год… Он закрывает на них глаза.
Я обняла мужа, прижимаясь к нему всем телом. Я так нуждалась сейчас в его ласках!
— Король так и сказал тебе?
— Он отправил меня в дом умалишённых, — усмехнулся Криштиан. Я не видела его усмешки, просто поняла. — Это оказалось более выразительно, чем любой разговор. У меня было много времени, чтобы понять намёк.
Я снова вспомнила их приезд в апреле десять лет назад. Господи… А я-то фыркала, что младший принц такой бука и взгляд туповатый… А Ролдао… всего полгода прошло после… И как же он был спокоен! Словно не он недавно убил человека… А ведь юноше тогда было всего шестнадцать лет…
— Зачем? Зачем он её убил?
— Он пытался её изнасиловать, — жёстко ответил Криштиан. — Мама была очень красивой. Она тепло относилась к пасынку. Знаешь, бывают такие «друзья» с большой разницей в возрасте, которые вместе смеются, вместе гуляют и делятся друг с другом секретами. Мать была сильно младше отца, не разделяла его страсти и очень скучала во дворце. Ей было бесконечно одиноко, а мы с Сандрой… Слишком малы. Ролдао стал отдушиной. Он уже тогда был очень умён и наблюдателен. Думаю, мама не подозревала, что стала объектом первого сексуального влечения пасынка…
— У неё были волосы такого же цвета, как у меня?
— Да.
— Как и у последующих жертв?
Криштиан шумно втянул воздух.
— Да.
Так вот почему Ролдао всё время стремился их коснуться! Неужели даже тогда, когда наследник обернулся и увидел девятилетнего ребёнка со столь полюбившимся ему цветом волос… О, Господи…
— А кто-нибудь ещё кроме тебя и твоего отца знает правду?
— Дон Эстэбан.
Почему я не удивлена? Я опустилась на нагретый солнцем замшелый камень.
— Расскажи, как это было… Что ты видел.
Криштиан сел на траву рядом. Он по-прежнему сжимал в руке револьвер, словно позабыв о нём.
— Я очень ревновал маму к старшему брату, а потому всегда старался гулять неподалёку от них. Я завидовал тому, что с ним она разговаривает как со взрослым, и просто ужасно злился. Отец неоднократно наказывал меня за ревность, но я был упрям. Поэтому, когда услышал её крики… Я прибежал сразу и кинулся на Ролдао… Но ты понимаешь, да? Ему было шестнадцать и физически он был прекрасно развит. А я — нет. Брат отшвырнул меня, как котёнка. Я упал, ударился обо что-то и впал в беспамятство. Я слышал, как мама плачет и умоляет его, но не мог пошевелиться. Когда смог и сознание вернулось, я вновь набросился на Ролдао. Я схватил его прямо за нож, который брат приставил к её шее…
— Твой шрам на руке оттуда?
— Да. Но Ролдао снова отшвырнул меня, и я понял, что я ничего не смогу без помощи взрослого. Я бросился по тропинке и через некоторое время буквально врезался с разбега в дона Эстэбана. Услышав мой сбивчивый рассказ, твой отец велел мне оставаться на месте и побежал туда, куда я показал ему. Но я, конечно, не послушался…
Криштиан вдруг сильно вздрогнул и замолчал. Я коснулась рукой его плеча.
— После… Что стал делать мой отец?