Неизвестный сталкер (ЛП)

Я паркуюсь у проезда к его дому и достаю бутылку красного вина, которую заранее купила по пути, чтобы не приходить с пустыми руками. Я выбрала французское вино, думая, что им будет приятно и что оно пробудит старые воспоминания о французской деревне.
Мне нужно несколько секунд, чтобы выйти из машины. Я немного нервничаю перед встречей с его новой семьёй и не знаю, как они отреагируют на то, что у моего отца была семья до них. Алекс сказал, что рассказал о первом браке своей жене в начале их отношений, и я боюсь, что его семья будет скептически настроена к нашей встрече.
  
Эти обстоятельства ставят меня в неловкое положение. Думаю, возможно, я ошиблась, согласившись на встречу. Я просто хотела вернуть Делко… А теперь оказалась в очень деликатной семейной ситуации.
Чёрт возьми.
Я наконец выхожу и иду по проезду к входной двери, прежде чем постучать.
Дверь открывается почти сразу, и я вижу блондинку лет сорока с ярким макияжем, особенно выделяющим её голубые глаза.
Я догадываюсь, что это его новая жена. Она улыбается, кажется более тёплой, чем я ожидала.
— Здравствуйте.
Я не успеваю ответить, как она сразу обнимает меня.
— Ты должна быть Скайлар? Алекс говорил о тебе.
Я улыбаюсь ей, немного смущённая тем, что пришла в таких условиях, предупреждённая в последний момент и чувствуя себя лишней на этом семейном обеде.
— Меня зовут Кристен.
Я пользуюсь моментом, рада наконец сказать что-то.
— Очень приятно, Кристен!
Затем она отходит в сторону, приглашая меня войти.
Я сжимаю бутылку в руках, словно цепляясь за что-то знакомое в этом чужом месте.
Я почти забыла о ней. С неохотой отдаю её Кристен.
— Пожалуйста. Это для вас.
Она выглядит довольной. Мне приятно.
— Не стоило. Спасибо, - она осматривает бутылку. - Мы откроем её за обедом!
Она помогает мне снять вещи и повесить их на вешалку. Я следую за ней на кухню. Кажется, она немного хромает, но, может, мне только показалось.
Я осматриваю дом. Он оформлен со вкусом, в светлых тонах, минималистично. Я рассеянно смотрю на семейные фотографии на стенах и мебели.
Они милые… Но ощущение лёгкой горечи от того, что меня лишили этого, всё же остаётся.
Я отвожу взгляд и следую за Кристен, проходя по коридору. Мы проходим мимо гостиной; Алекс накрывает стол. Он поднимает голову, когда мы подходим, и улыбается мне.
Я делаю шаг назад.
Его лицо избито.
Я рассматриваю его с любопытством больше, чем с тревогой. Он обнимает меня в приветствии, и я напрягаюсь от контакта с ним.
— Что с тобой случилось?
Когда он видит, что я рассматриваю его черты лица, порезы на скулах, переносице, губе и синяки вокруг глаз, он нервно смеётся.
— О! Это? Это было сразу после нашей встречи… Я пытался разнять драку между двумя бездомными. Получил пару ударов…
Затем он отмахивается рукой.
— Но не волнуйся. Всё в порядке, - он протягивает руку к наполовину накрытому столу. - Прошу, садись.
Я смотрю на стопку тарелок, которые он собирался разложить по столу.
Я, наверное, пришла слишком рано?
Чувство неловкости сжимает грудь, и чтобы не стоять в центре гостиной, я киваю им головой.
— Нужна помощь? — вежливо предлагаю.
Он качает головой и отказывается вежливо. В этот момент Кристен кричит с кухни:
— Мальчики! Спуститесь поздороваться!
Их сыновья. Мои сводные братья. Руки тут же становятся влажными. Надеюсь, они будут со мной милыми. Мальчики иногда бывают настоящими сорванцами.
Я слышу, как кто-то шумно спускается по ступеням.
Первым входит маленький мальчик, весь взволнованный, когда бросается ко мне.
— Привет!
Он милый, и я вижу черты его матери. В нём почти нет ничего от Алекса, кроме глаз. У него такой же взгляд, как у него.
Рука Алекса взъерошивает его волосы, но он вырывается и кричит:
— Нет!
Он явно недоволен, что мы испортили ему причёску.
Появляется другой, с медленной походкой. Он старше — подросток. На этот раз я вижу точную копию Алекса: смуглая кожа и такие же вытянутые черты лица. Только моложе, конечно.
Он подходит ко мне и протягивает руку. Я не могу понять его взгляд, его мысли обо мне: рад он или нет? Может быть, ему всё равно.
Я пожимаю ему руку.
— Мальчики, представляю вам Скайлар. Моя дочь.
Я нервно смеюсь, смущённая.
— Скайлар, это Калеб, мой старший сын. А это Ноа.
Я улыбаюсь им, чувствуя себя немного неловко при мысли, что они могут подумать, будто я пришла забрать их отца.
— Приятно познакомиться.
Когда все собрались, Алекс заканчивает накрывать на стол. Кристен приходит, чтобы поставить несколько блюд: зелёный салат, тыквенный пирог и хумус с маленькими тостами и овощными палочками. У меня слюнки текут.
Она приглашает нас сесть, и все уже начинают накладывать себе еду. Кристен видит, что я не решаюсь трогать блюда, и сама накладывает мне немного всего. Я благодарю её лёгкой улыбкой.
Обед проходит спокойно и весело. Ноа самый разговорчивый. Он рассказывает мне о своих друзьях в школе и о девочке, которая ему нравится. Калеб, более замкнутый, говорит мало. Как и любой подросток, он больше закрыт в себе. Он просто ест молча, иногда бросая на меня любопытные взгляды.
Кристен интересуется мной, задаёт вопросы о моих учебе, хобби, увлечениях и планах на будущее. Она милая и очень улыбчивая. Но я замечаю в её глазах лёгкую грусть, и кажется, что она слишком счастлива познакомиться со мной. У меня создаётся впечатление, что я первая посторонняя, которую она встречает в своей семье. Кажется, что она женщина домашняя, мало знает о встречах с подругами.
А ведь должна. Она ещё молода и очень красива.
Я улыбаюсь этой маленькой идеальной семье.
Семья, которую он выбрал.
Эта непрошенная мысль внезапно приходит ко мне, и моя улыбка постепенно исчезает. Хотя моя горечь к нему растворилась, оставив лишь равнодушие, остаётся факт: меня лишили самого элементарного — полноценной семьи.
И на мгновение я задаюсь вопросом, что я делаю здесь, притворяясь своей, наблюдая то, какой могла бы быть моя жизнь, если бы он остался.
Он умеет быть рядом. Просто слишком поздно.
А я — как незнакомка, вброшенная в жизнь людей, которых толком не знаю. Он — прежде всего.
Двадцать лет — достаточно, чтобы сделать его чужим.
Но я здесь не для того, чтобы наверстывать упущенное время. Я здесь ради его новой семьи и чтобы окончательно принять мысль, что мне не суждено быть её частью.
Когда Кристен предлагает остаться на десерт, я отказываюсь. Я понимаю, что меня пригласили в последний момент, и это усиливает ощущение, что я лишняя. Я не хочу задерживаться дольше. Уже за два часа дня, и мне нужно встретиться с Хелисс в университетском бассейне.
Алекс провожает меня к двери после того, как я попрощалась со всеми.
— Спасибо за приглашение. У вас красивая семья.
Алекс смущённо улыбается.
— Правда? Я боялся, что тебе будет неловко видеть, как твой старый отец строит новую жизнь.
Я дергаюсь при слове «отец» и посмеиваюсь, стараясь ничего не показать.
— Правда. Но честно говоря, мне было неловко за них… Я привыкла жить без отца, знаешь ли, — говорю с юмором.
Но когда его лицо вдруг сжимается, я понимаю, что, возможно, была немного жестокой. Я сжимаю губы, но не собираюсь извиняться.
Когда я собираюсь уходить, оборачиваюсь.
— Кстати, я говорила о тебе с мамой. Я сказала ей, что…
Он перебивает:
— Ты говорила обо мне с маме?
— Да…
Он хмурится, и я вижу, как напрягается его челюсть. Потом он нервно смеётся.
— Скайлар, пожалуйста, не говори о мне маме.
Я кусаю губу, пожимаю плечами на его чрезмерную реакцию и говорю:
  
— Я просто сказала ей, что мы встретились, и…
Вдруг он резко хватает меня за руку, заставляя смотреть на него прямо. Моя улыбка исчезает, и я морщусь от болезненного сжатия.