Неизвестный сталкер (ЛП)

Перед тем как начать урок, мистер Миллер напоминает нам о сроке сдачи наших проектов, спрашивает о прогрессе и отвечает на вопросы. Потом я его больше не слушаю. Я снова оказываюсь в своей постели, в его руках, в изгибе его рук, погружённая в его тепло и запах. И у меня на губах только его имя, которое я повторяю про себя снова и снова.
Делко. Делко. Делко.
Я представляю, как шепчу это ему на ухо, пока он меня трогает, как прошлой ночью, до того момента, когда я забываю всё, кроме его имени.
  
Чувствуя, как мои щеки горят, я опускаю голову, делая вид, что записываю что-то. На самом деле, теперь, когда у меня есть имя, чтобы сопоставить его с номером телефона, я трачу время на сохранение контакта: Делко.
Я сжимаю губы, нахмуриваюсь.
Слишком обычное.
Стираю и пробую снова: Дел.
Слишком интимное.
Д .
Я улыбаюсь, довольная.
Для остальных он будет лишь буквой в моём списке контактов. Имя, которое я не хочу никому раскрывать. Как секрет.
Я даже ввела его имя в поисковик Google. Должно быть немного таких людей в мире, и я думала, что быстро найду Facebook, Instagram или LinkedIn.
Но ничего.
Я немного разочарована, но не удивлена. Мне сложно представить такого человека, как он — загадочного, одинокого и скрытного — сидящим в социальных сетях.
Рядом Сара похлопывает меня по руке, выводя из мечтаний.
— Пойдём в библиотеку после занятий?
Хелисс тоже ждёт ответа. Я киваю. Я не могу гарантировать, что буду полностью сосредоточена, но не скажу им этого.
***
После занятий мы провели вечер в библиотеке, работая над нашим проектом. Завтра выходные, так что мы позволили себе остаться немного дольше.
Мне даже удалось на время убрать Делко из головы, глубоко зарывшись в угол своего сознания. Ну, до того момента, пока персонал не объявил по громкой связи о скором закрытии библиотеки.
— Думаю, мы сможем закончить это к декабрю, — сказала Хелисс, закрывая ноутбук. — Я сдам работу вовремя и до конца семестра, наконец-то!
— Это потому что ты слишком много думаешь и у тебя нет организации! — Сара показывает ей язык, а я тихо позволяю им поругаться, доставая телефон. Мои пальцы сами находят контакт Делко. Я не должна, и, наверное, снова пожалею об этом, но не могу удержаться и пишу ему сообщение:
«Ты придёшь сегодня вечером?»
Я кусаю внутреннюю сторону щеки, нажимая «отправить».
Удивительно, но ответ приходит почти мгновенно. Улыбка, которую я не могу сдержать, озаряет моё лицо:
«Ты хочешь этого?»
На этот раз я отвечаю без колебаний:
«Да»
«Тогда я буду там.»
Когда я поднимаю глаза от телефона, девушки смотрят на меня с подозрением. Я открываю рот и снова его закрываю.
— Что?
— Это снова твоя мама? — шутит Хелисс.
Я искренне смеюсь. Мне стоит перестать так постоянно использовать маму как оправдание. Сара наклоняется ко мне и шепчет:
— Это тот парень?
Я киваю, щеки пылают.
Я понимаю, что в прошлый раз, когда они его видели, он был совсем не в почёте. И мне интересно, как мы дошли до этого момента? Моё восприятие его изменилось с того раза…
Я начинаю собирать свои вещи, не объясняясь, и подмигиванием даю понять, что больше ничего не скажу. Я хочу только одного: домой.
Слышу, как они хихикают, когда я отхожу.
— Хорошо проведите время!
Я бросаю им почти гневный взгляд и выхожу из библиотеки. На часах около семи вечера, когда я, наконец, переступаю порог дома.
Восемь часов.
Девять часов.
Десять часов.
Я жду, ворочаясь в постели, но его всё нет, хотя я прислушиваюсь к любому звуку двери или замка.
Я не осмелилась написать ему снова, боясь побеспокоить. Он, должно быть, занят.
Но в животе закрутилась комок, и я не хочу снова проводить ночь в кошмарах в одиночестве. Не после того, как попробовала его присутствие. Прошло несколько недель, как я так хорошо не спала, и я хочу, чтобы это повторилось.
В конце концов, после долгих часов бдения в темноте, веки становятся тяжёлыми, и я засыпаю, не забывая о его утешающем присутствии прошлой ночью.
***
Я открываю глаза.
На улице всё ещё кромешная тьма.
Я всё ещё одна.
Я знаю это, потому что если бы он был рядом, я бы не проснулась. Я устало бросаю взгляд на будильник.
Час ночи.
Потом смотрю на телефон.
Ни одного сообщения.
В горле завязывается узел, и он душит меня изнутри. Я чувствую, как слёзы поднимаются и жгут глаза. Это абсурдно. Я пытаюсь их проглотить, включая свет, решаю приготовить тёплое молоко с мёдом, как мама делала, когда я была маленькой, больной или плохо спала.
Молоко кипящее, я нагрела его несколько минут в микроволновке, добавляю несколько ложек мёда. Когда подношу кружку к губам, чтобы сделать первый глоток, слышу щелчок защёлки замка, и моё сердце подпрыгивает вместе с ним.
Я оборачиваюсь.
Он замирает, увидев меня стоящей за кухонным островом с дымящейся кружкой в руках.
Я дрожу, когда сквозняк пробирается через входную дверь, и понимаю, что не надела пижамные штаны. Я в трусиках, наполовину голая на кухне. Он наконец делает шаг вперёд, закрывая за собой дверь.
— Где ты был? — тихо спрашиваю я.
Слышится, будто это ревнивая девушка, которая ждала всю ночь возвращения парня. Но он обещал, что будет здесь сегодня вечером, так что я имею право знать.
Я вижу, как он достаёт маленький блокнот и пишет:
«Внизу».
Я поднимаю на него взгляд.
— Всё это время?
Он не отвечает. Я не могу разглядеть выражение глаз. Он оставил маску здесь, так что надел шлем от мотоцикла.
— Почему ты не поднялся?
«Я следил у окна. Думал, ты уже спишь. Свет был выключен».
Мой взгляд смягчается, и я киваю. Он ждал, пока я проснусь, чтобы подняться.
Я должна была написать ему сообщение…
Я делаю ещё один глоток напитка.
— Хочешь? — показываю кружку. Он качает головой в отказ.
Очевидно.
Ему пришлось бы обнажиться. Я провожу языком по губам, принимая отказ, и между нами воцаряется тишина. Только свет вытяжки освещает нас.
— Это тёплое молоко с мёдом, — говорю я, постукивая пальцами по кружке. — Помогает уснуть.
Он молчит. Я опускаю взгляд на напиток, смотря на волны на молочной поверхности. Они завораживают меня, и я на мгновение теряюсь в мыслях, слегка сбитая с толку тем, как быстро развиваются наши отношения за последние дни.
Он тоже это понимает?
Я делаю тихий вдох.
— Ты был первым, кто преследовал мои ночи, — говорю я.
Не решаясь поднять глаза в его сторону, чтобы угадать реакцию на моё признание, я ощущаю, как воздух вокруг холодеет.
— А потом ты стал мечтой, и…
Тепло мягко растекается по моей коже от моего признания, и я делаю ещё один глоток, чтобы смочить пересохшие губы, взгляд уводя в сторону.
— А теперь это он, в моих кошмарах. Нэйт, — уточняю я. — Он всё ещё может меня поймать.
В горле возникает болезненный ком, и конец моей фразы превращается в шепот, скрывающий дрожь, угрожающую завладеть моим голосом. Глаза жгут, слегка затуманенные. Моя кружка превращается в размытую белую кляксу.
Я не знаю, почему говорю ему всё это. И не знаю, чего от него жду, делясь этим. Но я проглатываю слёзы, чтобы они не потекли, и поднимаю голову, глядя на своё отражение на затемнённом визоре его шлема. Я вижу, как он идёт ко мне, шаги тяжёлые, и я больше не пытаюсь убежать.
Он уверял, что теперь со мной ничего не случится.
Нэйт мёртв, и больше нет ничего, что могло бы угрожать моей безопасности. Так почему же мне так нужно, чтобы он был рядом? Хотя раньше я бы отдала всё, лишь бы удалить его из своей жизни.
  
Он спас меня.
Я позволяю ему подойти молча, его взгляд на мне, пока я снова подношу кружку ко рту. Я чувствую, что он наблюдает за мной. Его присутствие успокаивает меня без единого слова. И тишина между нами не кажется неловкой, словно существование другого человека само по себе достаточно.