Луна освещает путь в тысячу ли. Том 1

– Ты как? – прогремел его грубоватый голос.
– В порядке… – Мэйфэн убрала руки, но крови не было, а в месте ранения виднелась лишь магическая защита, что порвалась и теперь свисала поблескивающими прозрачными клочьями.
Сзади послышался тихий стон Ань Иин: символы на её теле окончательно погасли, и целительница пошатнулась, опираясь на предплечье Хэ Сюли, которая как раз оказалась рядом и оттащила её к повозке. Защитная техника исчезла, а на склоне горы вновь появились десятки красных глаз, которые устремились к заклинателям.
  
Демонов оказалось слишком много, и Мэйфэн увидела, как сражавшийся в одиночку Дуань Хэн направил лунную ци в свой цзянь, отчего серебристые созвездия на рукоятке разгорелись, и оружие ослепительно замерцало, рассекая яогуаев с такой лёгкостью, словно совсем не встречало сопротивления.
Ань Бохай тоже не отставал, и вокруг него уже образовались холмики из демонического праха, который подлетал на ветру и причудливыми узорами извивался в воздухе.
Собравшись с силами, Фэн Мэйфэн встала с земли и зашипела от боли в шее: похоже, яогуай сильно задел её, и если бы не барьер Ань Иин, то этот бой мог бы стать для неё последним.
Ноги совсем не держали и тряслись так, словно она никогда и не умела твёрдо стоять, но нужно было двигаться, нужно было сделать хоть что-то!
«Я не могу сейчас сдаться… Просто не могу! Я должна доказать ему!»
Больше Мэйфэн ни о чём не думала и бросилась вперёд. Красные глаза, полыхающие синим пламенем морды и лапы, беспорядочные вспышки лунной ци – всё смешалось в одну смазанную картину. Она перестала понимать, где находится, и лишь чувствовала, что руки непрестанно засыпало прахом, а внутри разгоралось пламя, из которого она черпала силы. Нужно продолжать биться, ещё и ещё, пока вся земля не покроется толстым слоем демонического пепла.
Послышался знакомый свист, и Мэйфэн, узнав по звуку одну из техник школы Юэин, которую так любил их прошлый шифу, прикрыла голову руками и приготовилась к удару. Ей даже не нужно было поворачиваться, чтобы понять, кто использовал Серп месяца, – Хэ Сюли, она во всём старалась походить на своего отца, даже в вопросе выбора основных боевых техник.
Воздух задрожал, наполняясь ци, что текла повсюду и усиливалась из-за бледной луны, висевшей в небе безмолвным наблюдателем. Даже демоны почувствовали неладное и заметались, пытаясь избежать воздействия божественной энергии, но серебристые серпы, сотканные из света месяца, уже летели со свистом вниз, прибивая яогуаев к земле.
Впервые у Хэ Сюли получилось не задеть своим заклинанием никого из соучеников, и поэтому каждый посмотрел на неё с уважением, как только всё стихло.
– Кажется, это последний, – сказал Дуань Хэн и выверенным движением разрубил демона, оставшегося в одиночестве на поле боя.
Наступила непривычная тишина. Мэйфэн воткнула цзянь в землю и оперлась на рукоять, восстанавливая сбившееся дыхание; остальные тоже с трудом приходили в себя: какое-то время они молчали, но вскоре на их лицах появились улыбки. Уголки губ наследницы клана Фэн тоже приподнялись: даже она почувствовала гордость, а ещё единение с каждым, кто сегодня встретился с яогуаями в своём первом серьёзном сражении.
Только Ань Иин не радовалась с остальными, она присела на колесо повозки и сжала голову руками.
– Потерпи, – сказал ей Ван Юн, кладя пальцы на запястье ученицы. – У тебя истощение духовной энергии. К утру ци снова начнёт накапливаться в твоём цзюане, поэтому сейчас самое лучшее, что ты можешь сделать, – это отдохнуть и провести какое-то время в медитации.
Целительница слабо кивнула и откинулась назад, обратив взгляд к тёмному небу, словно пыталась остановить текущие без её ведома слёзы. Истощение и правда было болезненным последствием применения заклинательских техник, и в такие моменты адепты школы Юэин обычно восстанавливались в одиночестве, чтобы не потерять лицо и не показывать свои слабости. Но сегодня никто не осуждал Ань Иин.
Сладковато-гнилостный запах теперь казался совершенно невыносимым. Мутило и першило в горле от смрада, исходящего от праха демонов, что покрывал всю землю, напоминая штормовое море с бурунами и высокими волнами. В этом пепле с оттенком синевы вязли ноги, и хотелось поскорее спуститься со склона, чтобы наконец вдохнуть свежий воздух.
– Никто не ранен? – спросил Ван Юн и подошёл к ученикам, которые кашляли и размахивали руками перед собой, стараясь отогнать густую взвесь. Он мельком осмотрел каждого и удовлетворённо кивнул. – Вы хорошо справились для первого раза. Ваши сильные стороны и грубые ошибки обсудим уже в деревне Нинцзин, а сейчас стоит поговорить о деле, связанном с болезнью жителей. – Он вновь положил гуань дао на плечо и кивнул в сторону иссохшего до костей тела торговца лунными камнями. – Что необычного вы заметили?
– Запах! – ответила Хэ Сюли, прикрывая рот ладонью. – От человека под повозкой и от этих демонических тварей исходит один и тот же смрад. Значит ли это, что яогуай – источник эпидемии?
Адепты школы Юэин загалдели: когда они только нашли мёртвое тело, сладкий запах с примесью гниения и правда сразу ударил в нос.
– Теперь вы поняли, почему я говорил, что это не обычная болезнь? Вы, как заклинатели Лунной тени, должны с первого взгляда уметь определять такие вещи, но это умение приходит с опытом. От духов, вызывающих недуги, всегда пахнет одинаково.
Ван Юн вдруг замолчал и обернулся, будто к чему-то прислушивался, и в следующее мгновение ударил древком гуань дао по воздуху – в гору пепла отлетела отбитая им стрела с чёрным оперением.
– Что происходит? – Гэн Лэй тут же вышел из тени повозки и поднял ладонь вверх – склон горы Фэнсинь озарила яркая вспышка света.
На дороге появились несколько тёмных фигур: кто-то из них занял позиции на ближайших валунах, а кто-то быстро взял отряд учеников в кольцо.
– Все прячьтесь за повозку! – крикнул Ван Юн и занёс гуань дао за спину, принимая боевую стойку. Гэн Лэй шагнул к нему, остановившись рядом, и направил свой пылающий внутренним светом меч Хофэй на нежданных гостей.
Вперёд вышел человек в чёрной маске и широком капюшоне, скрывающем голову и половину лица. Он передвигался с такой грацией, словно прогуливался по цветущему саду, а не готовился вступить в бой с заклинателями.
– Так-так, неужели нам повезло и мы встретили учеников из школы Юэин? – заговорил он на удивление мелодичным голосом, слегка искажённым маской. – И кто же у нас тут? Назовитесь.
Мэйфэн вздрогнула. Почему-то при взгляде на этого низкого мужчину ей стало не по себе, как будто внутри что-то всколыхнулось. Давно утерянное детское воспоминание о таком же приятном голосе…
– Перед ворами и мятежниками здесь никто не собирается отчитываться, – холодно произнёс Ван Юн. – Кажется, в северной провинции и правда завелись крысы, которых нужно извести.
Мужчина в маске переливисто рассмеялся, запрокинув голову.
– На самом деле мы всё ещё можем разойтись мирно, если вы просто отступите и отдадите нам содержимое повозки, – его голос стал чуть серьёзнее. – Школа Юэин уже давно прогнила, встав на сторону империи и отрёкшись от своей истинной сути. С вами иметь дело – что в ушате с помоями искупаться.
– Надо же, а вы и правда мятежники! – усмехнулся Принц Ночи, переглянувшись с Гэн Лэем, который стоял рядом величественно и неподвижно. – Значит, слухи не лгали. Думаете, вы можете безнаказанно обирать жителей нашей провинции?
– А разве эта повозка кому-то принадлежит? Её хозяин умер, а сами лунные камни теперь утопают в демоническом прахе. Неужели клану Ван недостаточно того богатства, которое он нажил на этих светильниках? Хотите присвоить себе всё, как те жирные чиновники из столицы?
  
– Кажется, этот разговор заходит в тупик. Стоит уже перейти к самой интересной части, ты так не считаешь?
Мятежник вздохнул и поднял руку в перчатке, подзывая кого-то. Из мрака вышли несколько человек в чёрных одеждах, они почти сливались с тёмным склоном, и только их обнажённые клинки поблёскивали, отражая тусклый свет месяца.