Другие Звезды 2 (СИ)

Нет, это просто джунгли, да, они зелёные, говорил я себе, успокойся, Саня. Ну не знаешь ты тут ни одного дерева, так ведь и в Бразилии какой-нибудь ты тоже ни одного растения не опознал бы, и это мне помогло.
Я заставил себя оглядеться по сторонам и заметил, что стоим мы у выходного шлюза, что прикидывался огромным валуном, в небольшой низинке, и что нас густо-густо окружает буйная зелень, и что едва восходящее солнышко жарит чуть жарче, чем надо, и что само солнышко вроде бы чуть больше, ну или это я просто сам себя накрутил и мне так кажется.
  
Свежести воздуха я не ощутил, фильтр не позволил, прохлады или жары тоже, костюм не дал, но вот то, что живности никакой в округе не было, это я заметил и даже этому порадовался.
А ещё тут над головами была натянута защитно-маскировочная сеть, а ещё тут уже были пробиты и даже прочищены среди усмирённой растительности тропинки, на одну из которых ступила Елена.
— Нам туда? — спросил я у неё, и она утвердительно кивнула.
— Так идём, — тут же оживился Олег, — посмотрим, что там у вас. Глаза опустить, нет? Ну, чтобы сюрприз был?
— Как хотите, — пожала плечами Елена, — хотя лучше пока смотреть под ноги, мало ли, тут ещё не всё благоустроено, как видите.
Мы подчинились, и она повела нас всех куда-то чуть вверх. Бросив быстрый взгляд по сторонам и вспомнив карту местности, на неё-то я смотрел, ума хватило, я сообразил, что вот мы на небольшом, но довольно холмистом острове, по факту это была просто небольшая, разлапистая гора, торчащая из океана, и вот мы идём на один из её склонов, откуда через пролив будет виден ещё один, но уже не такой холмистый остров.
Там даже бухта была, на том острове, точно была, и место там широкое, и если именно там что-то есть, то мы это прекрасно разглядим, если только деревья мешать не будут.
Но в том месте, где остановилась и повернулась лицом к морю Елена, деревья не мешали обзору, потому что и разошлись они чуть в стороны, и ещё прямо сейчас строительные дроиды аккуратно, по веточке и по листику, заканчивали выщипывать в густой листве смотровое окно.
Елена с помощницами и Кэлпи затормозились, пропуская нас к этому окну, они-то уже всё видели и знали, так что мы обогнули их и прошли вперёд, застыв на месте.
— Да чтоб вас всех… — наконец произнёс Олег, — станция дальней космической связи, нет? Я такое вроде видел на картинках, Земля, вторая половина двадцатого века.
— Очень похоже, — согласился я, припоминая учебные материалы по истории, — очень.
И вправду, то, что мы увидели, было чем-то знакомым. Во-первых, сам остров был низким и ровным, но не от природы, нет, это кто-то давным-давно выровнял его, снеся холмы и заполнив ими низины, это без вариантов, само собой оно бы так у природы не получилось. Во-вторых, не узнать широкую и мощную, пусть и заросшую, пусть и изломанную от этого трещинами взлётную полосу было просто невозможно.
Здоровая была полоса, очень длинная, рассчитанная на что-то космическое, не иначе, потому что простых самолётов, которым бы она понадобилась, я представить себе не мог.
Тот же гигант АНТ-20, что «Максим Горький», тут мог бы сесть по три штуки в ряд, да и до конца полосы ему бы пришлось катиться полчаса, не меньше.
А ещё слева от полосы, из густых джунглей, выставив прямо в зенит штанги приёмников, торчали три огромные параболические антенны на здоровенных же зданиях-постаментах.
Больше сотни метров, прикинул я мысленно диаметр тарелок, это однозначно дальний космос, это уже радиотелескоп почти!
А справа от полосы, на небольшой возвышенности, на бетонном, ровном основании, пусть и поеденном трещинами, красовался какой-то огромный космический лапоть, он же челнок, с короткими крыльями и высоким хвостом, для которого эта полоса, наверное, была и предназначена.
А ещё, когда я начал присматриваться и нейрокомп послушно приблизил мне картинку, у него это не хуже бинокля получилось, то стало видно, что там всё кипит жизнью.
Антенны эти, сам лапоть, да и много чего ещё были заботливо почищены от вездесущих наростов лиан и украшены гирляндами живых цветов, а ещё там были какие-то заборчики, какие-то хижины, даже и в параболах антенн они были, эти хижины, и оттуда свисали до самой земли верёвочные лестницы, и сторожки какие-то были, и сети висели, и подвесные мосты, а еще много где, изображая собой посадочные огни, горели чадным огнём небольшие костры.
И люди там какие-то суетились, они готовились к чему-то, на таком расстоянии даже с помощью бинокля деталей было не видно, но похожи они на нас были как две капли воды, это уж точно.
— Вот ведь папуасы, — выдохнул рядом со мной Олег, — ты их заметил, Саня? Хотя чёрт с ними, а вот на корабль этот я бы глянул, очень интересно может быть.
— Да я бы тоже, — признался я, а потом посмотрел на Елену, кивком указав в ту сторону, — это вот их требовалось оберегать и оставить в покое? Да они ведь сейчас кого-то сожрут!
— Не сожрут, — уверила меня она, подходя ближе, — не та культура, это мы уже знаем. Но в любом случае вмешиваться не имеем права, напоминаю.
Я пожал плечами, а между тем на соседнем острове аборигены действительно к чему-то готовились. Они начали бегать намного шустрее, чем до этого, потом, через какое-то подобие почётного караула в бухте этого острова стали высаживаться ещё люди с незамеченной мной до этого лодочки, причём лодочка такая была, ладная и изящная, что-то вроде яхты, не всё, видать, было ими утеряно.
То ли праздник там какой-то затевался, то ли мы очень удачно вышли на него посмотреть, то ли ещё что, но понятно было, происходит там что-то из ряда вон выходящее.
— А представь, Кэлпи, — повернулся Олег к застывшей за нашими спинами девушке, — вот ты сейчас раз, и к ним на посадку заходишь! А потом, когда они вдоволь лбами об плиты настукаются, являешь себя народу! Выходишь к ним, значит, с подсветкой и спецэффектами, вся такая милостивая и в зелёном! В длинном платье своём, как королева, те-то, смотри, чуть ли не в труселях бегают, только начальство в хламидах! И всё, они твои навеки, что хочешь с ними делай! А мы будем твои шестикрылые серафимы!
— Ты зря улыбаешься, — внезапно сказала ему Елена, — в данной ситуации это один из самых перспективных вариантов, проверено, при первом контакте нужна именно сверхсила, нужен длительный, положительный, но ниспровергающий, переворачивающий всё с ног на голову шок, определяющий все дальнейшие отношения. Иначе начинается — недоверие, подозрительность, какие-то подковёрные игры, а то и сопротивление. Было это уже всё, понимаешь? С отдельным индивидуумом ещё можно поговорить на равных, почему нет, а вот на уровнях выше это уже будет глупо и даже вредно.
— Да? — задумался Олег, улыбаясь, — но тогда, если что, мы первые в очереди! Уж я-то не подкачаю, шокирую с гарантией, и очень даже положительно!
— Да не дай бог, — покачала головой Елена, — контакт — дело серьёзное, в нём должен быть смысл, понимаешь? Это огромная работа, и её нельзя запороть, как вы говорите. А нам троим не до этого, и не потянем, и цели у нас другие. Да и жили же они до нас тысячи лет спокойно, и ещё поживут, ничего с ними не сделается.
— В общем, потом помечтаешь, шестиногий, — подтолкнул я его, — смотри, начинается чего-то.
А между тем дело на соседнем острове приобретало серьёзный оборот. Не было это никаким праздником, уж больно деловито и тревожно мельтешили в моём, увеличенном нейрокомпом, поле зрения эти мелкие фигурки, ничем не отличающиеся от людей.
Не было там ни столов с угощениями, не было каруселей, никто ничего не жарил и не парил, не было там веселья, а была явственно чувствующаяся даже на расстоянии тревога.
  
Вновь прибывшие галопом кинулись к стоявшему на постаменте космическому лаптю и принялись быстро разводить в его кормовых дюзах костры, я так понял, в религиозных целях, чтобы подбодрить народ, а местные, не отвлекаясь, шустро готовились к осаде с моря.
Срывались чехлы с береговых пушек, нейрокомп уверил меня, что они деревянные, с металлическими обручами, и ядра к ним были похожи на каменные, нет у чугуна такого цвета, да и здоровенные они всё же для металлических, споро разбирались защитные навесы у каких-то шайтан-машин, похожих на земные требюшеты, их я сначала принял за портовые краны, в общем, дело кипело.