Новая жена (СИ)

В обратной дороге я не могу понять, что Даниил за человек. Сначала он показался мне добрым. Потом я увидела его обратную сторону. Теперь в том, что он сделал, мне снова чудится забота. Так кто же он?
За всеми этими мыслями я упускаю то, что не понимаю куда мы едем. За окнами машины проплывает торговый центр. Точно! Даниил же обещал мне шоппинг.
— Мне нужно за покупками! — кричу водителю.
Тот лишь чуть-чуть поворачивает голову.
— Я везу вас в молл.
Я не собираюсь ходить с этим человеком по бутикам за городом. Затеряться в шумной толпе в центре гораздо проще.
— Мне нужно купить лекарство. Срочно! — машу в воздухе листом.
— Понял.
Мы сворачиваем на подземную стоянку. Водитель открывает мне дверь и мы поднимаемся в торговый центр на лифте с подвального этажа.
Я молча смотрю в зеркало, укрепленное в кабине. Сейчас я выгляжу как респектабельная дама, а этот человек как мой персональный помощник. Если подумать, богатая жизнь — то, о чем многие мечтают. Только вот я не очень представляла, что обычно прилагается к обеспеченному мужу.
Мы выходим на первом этаже, и я заворачиваю под вывеску с зеленым крестом.
— Подождите меня тут, — говорю я охраннику.
Он останавливается у дверей. Я в аптеке и у меня есть время подумать. Подхожу к кассе. Первым делом противозачаточные.
Я прошу сразу десять пачек. Фармацевт немного удивляется, но не спорит со мной. Я с трудом размещаю коробочки в дамской сумке. Мне приходится вынуть блистеры из нескольких картонных пачек, чтобы захватить с собой все таблетки.
Украдкой смотрю на водителя сквозь витрину магазина. Интересно, он уже понял, что я что-то задумала?
Я собираюсь выскочить из аптеки и броситься бежать. Если он последует за мной, буду звать на помощь.
Подхожу к металлическим рамкам и чувствую себя как бегун на старте. И тут у меня звонит сотовый, сбивая весь бойцовский настрой.
Секунду я колеблюсь. Потом вынимаю телефон. Рингтон мешает мне сосредоточиться.
Это Даниил. Я думаю, стоит ли отвечать, как в аптеку заходит водитель.
— Алина Дмитриевна, хотите домой или едем дальше? — он говорит учтиво, и я понимаю, что если сейчас закричу, то буду выглядеть как сумасшедшая или истеричка.
Вряд ли кто-то будет сочувствовать мне. Я выдыхаю. Хорошо, сейчас веду себя мирно, а потом отпрошусь в туалет.
Я принимаю звонок мужа.
— Да?
— Алин, — его голос звучит неожиданно напряженно. — Кажется, я сломал ногу.
Я на миг замираю. Не знаю, что именно я чувствую, но точно не злорадство.
— И кое-что еще… — теперь я понимаю, что он говорит с трудом. — Приедешь?
Я держу трубку около уха холодными пальцами.
— Куда? — произношу я одними губами.
Тогда Даниил диктует адрес больницы.
— Мы должны кое-что поменять в брачном контракте. Это очень важно.
  
Глава 7
 
Я опускаю трубку. Все, что я только что услышала очень странно. Мне почему-то кажется, что Даниил врет.
— С вами все нормально? — спрашивает водитель.
Я передергиваю плечами и выхожу из аптеки. Мне нужно подумать. Мы молча идем вдоль витрин. Наконец одна из них привлекает мое внимание.
В ней в ряд выставлены работающие плазмы. Я замираю напротив потому, что по одному из телевизоров крутят выпуск новостей. Большая авария. Вдруг объектив камеры выхватывает знакомую мне машину и у меня сердце замирает. Это автомобиль моего мужа.
Я часто хлопаю глазами. Все это не укладывается в голове. Следом я достаю из сумочки телефон и разглядываю экран, на который выведен журнал вызовов. Последним был звонок от Даниила. Это же не значит, что я только что разговаривала с мертвецом?
— Все хорошо? — говорит водитель.
Я молча нажимаю повторить звонок. По спине ползет предчувствие чего-то очень нехорошего.
Гудки тянутся слишком долго. У меня холодеют пальцы. Наконец я слышу звук соединения с абонентом.
— Даниил?
— Нет, — в трубке незнакомый голос. — Врач скорой помощи. С кем я говорю?
 
— С женой…
Следующие несколько минут я слушаю молча. Даниил действительно попал в аварию. Сейчас ему надели кислородную маску, и он не может говорить. Автомобиль разбит вдребезги, но подушки безопасности спасли мужу жизнь. Его везут в больницу. Подозрение на разрыв селезенки, внутреннее кровотечение.
Узнав, что доктор говорит со мной, Даниил еще раз просит меня приехать. Настаивает на том, что это важно.
Я соглашаюсь.
Пока мы идем на парковку, я говорю с водителем урывками. Не могу даже толком объяснить, что происходит. Я слишком растеряна.
В холле больницы меня встречает юрист. Этот немолодой тучный человек сразу же подходит ко мне и представляется.
— Вам надо подписать бумаги.
Качаю головой.
— Я ничего не буду подписывать, пока не увижу его.
— Боюсь, что Даниил Владимирович, — хмурится мужчина, — уже по дороге в операционную.
Я прикусываю губу. Все так плохо? Юрист наклоняется ближе.
— Это на случай, если останетесь вдовой.
Я вздергиваю голову. Он протягивает мне листы. Я хватаю бумаги и, не задерживаясь дольше, спешу к проходной.
Там я устраиваю скандал. Мне нужно поговорить с Даниилом о том, что все это значит.
Все напряжение последних дней я вливаю в перепалку. Требую позвать главврача. Я впервые в жизни, наверное, выгляжу как разъяренная фурия. А главное я имею на это право. Даниил — мой муж. По документам мой ближайший родственник.
Не знаю, зачем мне это. Возможно потому что с этой свадьбой с самого начала все было нечисто. Я хочу честного ответа на свои вопросы. Какого черта происходит?
Наконец в фойе спускается седой мужчина в хирургическом костюме.
— Да пустите вы ее! — кричит он тем докторам, с которыми я разговариваю и прибавляет тише другим тоном. — Ради всего святого… Хирургическая бригада еще моется. Пациент в сознании.
Так я оказываюсь перед дверями оперблока. Мне дают белый халат и провожают за оклеенные белой пленкой двери. Пахнет медицинскими растворами, мимо проходит девушка в хирургическом костюме с маской на лице, провожая меня удивленным взглядом.
Мне тут же становится не по себе. Во-первых, я боюсь крови. Во-вторых, я бы предпочла всю жизнь как можно дальше держаться от операционных, если бы не…
Наконец санитар меня подводит меня к каталке. Даниил до груди укрыт белой простыней. Из руки у него торчит прозрачная трубочка, над нами болтается мешок с раствором — капельница.
Я боюсь его разглядывать и думать о травмах, поэтому смотрю на лицо.
Он бледен и явно страдает.
— Алина… — меня удивляет то, что муж способен меня узнать.
Несколько мгновений мы молча смотрим друг на друга. Я все еще сжимаю бумаги холодной рукой.
Тут из операционной показывается женщина в халате и маске.
— Пять минут! — кричит она мне. — Говорите быстрее! Бригада ждет!
Я вздрагиваю и понимаю, что Даниил дотянулся до моей руки и сжал пальцы. Я хочу вырваться, но меня останавливает сочувствие к его состоянию.
— Извини… — мне кажется, он говорит с трудом. — Глупо получилось… у нас… с тобой…
Я показываю ему бумаги.
— Это что?
— Подписывай, — кивает Даниил. — Так все мое наследство… твое…
— Я не очень понимаю.
Он прикрывает глаза.
— Аня… мы разделили все поровну… но она хочет… больше.
— В смысле?
Он набирает воздуха в грудь.
— У меня управление в машине отказало, — Даниил прикрывает веки. — Это не могло случиться вдруг.
Он снова делает паузу.
— Я все расскажу, — он смотрит мне в глаза. — Если выживу… А если нет… Разберешься…
Тут из операционной снова показывается та же самая женщина, что торопила нас до того. Я читаю на ее бейдже специальность «анестезиолог».
— Все, — она легко сдвигает каталку. — А то кровью истечет. Зашивать надо.
Я безотчетно кладу руку Даниилу на плечо.