Неправильная подруга (СИ)
Мою посуду, когда вдруг слышу ругательство сына. Выглядываю в гостиную. Сегодня мы купили ему новый конструктор с очень мелкими деталями, и теперь он не может его собрать.
— Может тебе помочь?
— Чтобы я вообще никогда собрал. Иди посуду мой, — отправляет он меня, а я улыбаюсь. Несмотря ни на что, мужиком растет.
В дверь звонят, и по телу проходят огненные стрелы, поражая и без того расшатанную нервную систему.
— Мам, ну ты откроешь?
— Не хочу, — бурчу себе под нос и так ясно, кто пришел. Но ведь все равно придется открыть, Данил не сдается… Если ему нужно поговорить, он из-под земли меня достанет.
Вытираю руки и иду открывать. Ожидаемо. Злой и возмущенный… Ну конечно, как я вообще посмела его игнорировать…
— Ничего объяснить не хочешь, чего я как собачонка должен за тобой бегать?
— Тише говори, — хочу в коридор выйти, но Данил нагло врывается в квартиру. — Ну что ты хочешь!
— Это ты мне объясни, чего хочешь ты?
— дядя Данил, здрасте, — появляется Руслан, а я сразу подальше отхожу, к стене жмусь. Горечь топит, не дает даже вздохнуть. — А вы привезли маме кошелек?
У меня дыхание в груди застревает, я тут же хочу рот открыть, оправдаться, но Данил опережает.
— В машине забыл… Сейчас принесу. Ой… — он хватается за живот и меня тут же к нему толкает силой беспокойства.
— Что с тобой.
— Да чет живот прихватило.
— Таблетку дать?
— Да не, не надо. Я просто не ел ничего весь день.
— Ну так мама вас покормит! Она приготовила ежиков, знаете, как вкусно… У нас же осталось, мам?
— Осталось, — сдаюсь я, придумывая, как потом объяснить эту ситуацию. — Заходи, Данил. Перекусишь, да принесешь кошелек.
— Не вопрос, — тут же раздевается Распутин, словно только этого и ждал. Силой великого усилия не закатываю глаза, убирая его шапку и шарф на полочку в прихожей.
— А вы умеете такое собирать, — тут же слышу из гостиной, куда прошел Данил.
— Ого, ты замахнулся. Смотрю легкими путями не идешь…
— Есть такое…
— Давай попробуем… — слышу и невольно улыбаюсь. Ну вот зачем он это делает, чего добивается.
Разогреваю ежиков быстро. Перекладываю в тарелку и ставлю на стол остатки салата.
— Данил, ты вроде есть хотел, — зову, когда уже все остыло почти. Он появляется тут же, шагает в мою маленькую кухню и дверь плотно закрывает. Но вместо того, чтобы сказать хоть слово, прижимает меня бедрами к столешнице, не давая двинуться… — Что ты…
— Да я просто руки мою, а места у тебя мало, — шепчет он мне в висок, а у меня мурашки по коже… Колючие, жгучие, кусающие за самые стратегические места.
Я уже закрываю глаза, погружаясь в зыбучие пески страсти, пытаюсь вытащить себя, вспомнив, что скоро этот мужчина станет окончательно чужим, но получается плохо. Тело само тянется к нему, само рвется, и я как идиотка приоткрываю губы в ожидании поцелуя.
Данил же просто отходит и садится за стол, в два счета уплетая ужин, который Рус ковырял минут десять.
— А еще есть? — тут же просит добавки и получает. Лучше бы получил подзатыльник.
— Данил, чего ты хочешь?
— Ты прекрасно знаешь… Я хочу, чтобы, когда я звонил, ты брала рубку, а когда я хотел увидеться, ты откладывала все дела…
— Сильно…
— И я точно не хочу, чтобы ты ехала к Сергею и играла роль счастливой возлюбленной хотя бы из-за соображения гуманности….
— Гуманности? — поднимаю брови и наливаю себе компот. Но руки дрожат, как пить, не ясно…
— Я же убью его, только он к тебе прикоснется. Тебе его не жалко?
— Данил, — сажусь напротив. Похоже нужно поговорить серьёзно, все объяснить.
— Ну? Кстати, реально вкусно.
— Спасибо… Рита она…
— Ну? — требует он, а я понимаю, что предаю подругу, уже в который раз, но может быть, это поможет избежать дальнейших ошибок?
— Рита хочет попытаться все вернуть. Поездка за город хороший шанс для вас двоих начать все заново…
— О как, — вытирает он рот салфеткой. — А ты значит наш семейный психотерапевт?
— Все не так… Просто у вас семья, меньше всего я хочу быть причиной раздора…
— Мы уже были в разводе, Ксюш. До тебя!
— Да я понимаю! И не кричи! Но вы — семья, у вас растет общий ребенок и ты сам не раз ей говорил, что ждешь, когда она предложит все вернуть, разве не так?! Ты сам этого хотел. Семью, дочь, чтобы все как раньше… И вот Рита готова…
— Рита… — он словно слово бранное проглотил… — Нашла отличную себе подругу… Тряпку и мямлю, которая даже побороться не хочет за то, что ей нравится. За мужа, я так понимаю, ты тоже не особо билась, просто смотрела, как он превращается в диванное чмо…
Все происходит самой собой. Вот я сидела и дрожала от гнева, а вот по лицу Данила стекает сладкий компот, который он слизывает с губ.
— Могла просто подать стакан.
— Убирайся! Убирайся!
— Правду слышать неприятно?
— Правду? Я скажу тебе правду. Ты такая же мямля. Вместо того, чтобы взять свою женщину и увести в свой дом, ты круги вокруг нее нарезаешь, давая ей право решать за себя. И ведь прекрасно знаешь, что вас обоих такой расклад устраивает. У вас как бы семья, а как бы и не нужны вы друг другу. И знаете что, я больше в этом участвовать не хочу.
— То есть... Мне возвращаться к Рите? Этого ты хочешь?
— Жажду! А самое главное, чтобы меня все оставили в покое...
Глава 29
— Мам, — входит Руслан и я отпрыгиваю от Данила. — А вы чего тут ругаетесь?
— А мы… Да я просто доказывала дяде Данилу, что…
Ну помоги же мне…
— Твоя мама доказывала мне, что тебе лучше в фигурном катании…
— Ааа, вы из тех дядь, что считают, что мальчик может заниматься только хоккеем?
— Точно. Вот такой дядя Данила. Да и пора ему…
— Проводите? Тетя Ксюша…
Ну вот чего он иронизирует? Не может промолчать.
— Провожу, а то заблудитесь в наших пятидесяти квадратных метрах, — выхожу их кухни и сына к спальне подталкиваю. Нашла то же место, чтобы отношения выяснить? Не могла в коридор выйти?
В прихожей жду, когда Данил оденете ботинки, куртку, шапку. Воротник у него задирается, и я на автомате поправляю. Глупая затея, потому что я тут же оказываюсь в сильных руках.
— Значит хочешь, чтобы я к Рите вернулся?
— Хочу, — смотрю с вызовом. — Так будет лучше. Для всех.
— Хорошо, но если ты не приедешь на дачу, то наши игры продолжаться…
— Зачем?
— Ну как ты там говорила. Нам нужно спокойное место, чтобы вспомнить о чувствах, которые нас связывали.
— Данил, может не надо…
— Не приедешь я не только буду тебя домогаться, а мы оба знаем, что устоять ты не сможешь. Я еще и Рите все скажу…
— Сволочь! — отталкиваю. — Скотина! Приеду. А ты вернешься в семью и не будешь больше изменять.
— Не буду. С тобой же не считается, ты у нас как семья почти…
— Да пошел ты, — толкаю его в плечо и он за дверь выходит.
— На встрече на выходных…
— Ага, — закрываюсь и спиной поворачиваюсь. Дышу часто, болезненно. В груди ком слез, что наружу рвется. Бороться… Да я боролась за Сашу. Я хотела, чтобы он стал таким, каким я его когда — то любила. Пыталась разнообразить нашу интимную жизнь, начитавшись что это приведет его в чувство, а что в итоге вышло… Ну если человек не хочет, разве можно его заставить. Угрозы имеют временный эффект. Вот и на него они действовали какое — то время. А когда все закончилось, и мы развелись, кажется он даже стал больше жизни радоваться, никто ведь мозг выносить ему не будет.
— Мам! — зовет Рус и я быстрее к зеркалу. Вроде слез не видно, а хвост нужно переплести. Надеюсь он не будет вопросов задавать, потому что я не знаю как на них ответить.
— Иду, малыш.
Он уже в спальне, протягивает мне книгу. Даже умиляюсь, давно он не просил меня почитать. Ложусь с ним рядом и к себе прижимаю. Вот мое счастье, вот мой смысл, остальное нужно оставить за стенами этой квартиры. Я не для того вкалываю по несколько часов в день и общаюсь со всяким развратным сбродом, чтобы похерить все из-за секса. Да, хорошего, да, чудесного, но обыкновенного секса…