Лавандовый Снегурчик (СИ)
Она вручила ему картонную коробку с блестящими сокровищами: шариками, огурчиками, совушками, снегурочками. Сигурд принял ношу с весьма настороженным выражением. Он явно ничего не понял, но важностью момента и своей миссии, похоже, проникся.
…
Следующий час Света крутилась на кухне, подготавливая продукты и составляя список блюд, чтобы всем хватило и с лихвой, как и полагается в России. Однако, поняв, что она одна тут пашет, а мужики давно уже прохлаждаются, сидя на ее любимом кожаном диванчике и обсуждая фильм, Света малость рассердилась и решила их припрячь.
– Э, тунеядцы! – она грохнула полную кастрюлю на кофейный столик. – А ну, взяли быстро по ножичку и почистили мне овощи!
– Ну, за справедливость! – донеслось из колонок голосом Генерала из “Особенностей национальной охоты”.
– Что за справедливость такая, если меня не берут любимый фильм смотреть? – тут же возмутилась Света.
– Да я не знаю, чего ты там на этой своей кухне торчишь, – сказал Митяй, который сам недавно ее туда послал. – Бери давай разделочные доски да тазики, будем тут салаты рубить и фильмец смотреть. Лично я первую часть не очень люблю. Вот вторая, про рыбалку – огонь!
– Согласна, – чуток подобрела Света. – Но не третья.
Ее тут же хором поддержали.
– Сигурд, ты хоть понимаешь что-нибудь? – уточнила она у гостя.
– Да, вроде бы, – неуверенно ответил парень. – Это история про то, как парень хотел служить в кавалерии, пришел в армию, а там все только пьют и дурака валяют. Очень жизненно, прямо, как у нас.
– Э… – слегка растерялась Света. – Ну, в принципе, да, общий смысл ты явно уловил. Подвинься, я хоть финал с вами гляну.
Однако спокойно досмотреть фильм Свете не дали. Снова раздался звонок в дверь, и пришлось пойти открывать.
– Ну кому еще дома не сидится в такой морозище? – возмутилась она, распахивая дверь.
– Ишь ты, ругается! – хмыкнула Татьяна. – В дом-то пустишь или так на морозе и оставишь?
– Ну, заходи, коль пришла, – ответила Света.
Татьяна зашла, и не одна – за ней в теплые объятия гостиной юркнул и озябший Добрик, тут же со сладостным подвыванием втянув носом колбасные ароматы.
– Обед пока не готов, – сразу предупредила соседку Света. – Мы еще только салаты резать сели, а курицу я едва-едва замаринадила.
– Да не, я только чайку у тебя попью, погреюсь и дальше побегу, – сказала Татьяна, раздеваясь. – Я на самом деле к тебе по делу.
– Да? – удивилась Света. – По какому?
– Возьми мужчинку на передержку, а? – Татьяна потрепала Добрика по загривку. – Всего на один день, пока я в городе с подругами потусю. Он тебя не потревожит, честно-честно! Послушный мальчик, воспитанный.
– У меня свой такой есть, – хмыкнула Света, кивая на Сигурда, который как раз сейчас сосредоточенно чистил морковь, при этом стараясь не отвлекаться от фильма. Он опять был в цветочном фартучке и с креативно перевязанными волосами.
– Мать моя женщина! – Татьяна картинно осела на кожаную сидушку, не сводя глаз с этого зрелища. – Сянься в реале…
– Чего? – переспросила Света. – Ты мне тут не матюгайся, я человек культурный. Почти…
– Господи, да он же как из дорамы вышагнул! – в восхищении сказала Татьяна. – Небожитель! И ты его все это время прятала?!
– Ой, да больно надо! – фыркнула Света. – Никого я не прятала, просто у него верхней одежды нет: не в шелках же по морозу бегать? Хотя он уже успел побегать и ангину подхватил.
– Ой, я тоже неделю назад болела. Тяжко, – не преминула пожаловаться Татьяна. – Хорошо, Док сразу антибиотик выписал, не мурыжил, как всегда, лекциями об устойчивых бактериях.
– Что, и тебе ветпрепараты впаривал? – хмыкнула Света.
– Ну, вот еще! – возмутилась Татьяна. – Я тебе кобыла, что ли? Жаропонижающее вколол, и я в город сгоняла. А там уже нормальными таблетками закинулась. Три дня – и как огурчик! Док на пять дней прописал, но последние два я уже делами занималась, в кровати не лежала. Кстати, так до сих пор таблетки с собой и таскаю: и не применишь уже, и выбросить рука не поднимается.
– О, тогда я знаю, кому ты их сейчас подаришь! – улыбнулась Света. – Этот твой “Небожитель из сянься” уколов боится. А ему Док прописал колоться дважды в день. Так ведь держать пришлось, брыкался!
– Хочешь сказать, ты и попчик этого красавчика уже видела? – понизила голос и поиграла бровями Татьяна, кивнув в сторону увлеченного фильмом Сигурда.
– Я тебе больше скажу: голышом его в душе отмачивала, чтоб не сварился заживо, – фыркнула Света.
– Тю, – расстроилась женщина. – Так все-таки хахаль твой.
– Ничего подобного, – открестилась Света. – Такой же мой, как и твой.
– Правда? – оживилась Татьяна, что-то явно оценивая и решая. – А то смотри, это ведь прямо мой типаж. В мужья такого, конечно, в жизни бы не взяла, но… хорош, сволочь. Я б ему косичек наплела, да.
– Ах ты, старая извращенка, – по-дружески припечатала ее Света.
– Да в смысле? – укоризненно глянула на нее Татьяна. – Всякий мужик, отращивающий себе волосы, хочет, чтобы вокруг него вились бабы и эти самые волосы заплетали. Еще скажи, что это не ты ему бантик поясом от халата на макушке завязала.
Тут Свете крыть было нечем. Парень и правда был, как игрушка – так и тянулись руки его заплести да накрасить. И потом, конечно же, запостить фоточки у себя в читательской группе.
Но Света сдержалась из уважения к мужскому достоинству, сделав только одно фото – а ля натюрель, без макияжа и на фоне снежных просторов (за панорамным окном, разумеется). Просто, чтобы запечатлеть хоть смутную копию той удивительной картины, которую она запомнила, вытаскивая его из сугроба.
Правда, на этой фотке он получился до того на Снегурочку похож… По большей части потому, что она все же не удержалась, и с волосами-таки поработала, пользуясь его послушностью.
– Как хоть его звать-то? – спросила тем временем Татьяна, торопливо приводя себя в порядок. Точнее, в состояние “львица вышла на охоту”.
– Снегурчик, – на автомате сказала Света. – То есть Сигурдчик. Тьфу ты. Сигурд, в общем.
– Снегурчик? – хохотнула Таня. – Миленько. А какой цвет волос потрясный! Шикарная окраска. Лавандовый, да? Лавандовый Снегурчик. Ну, так и будем звать.
– Его зовут Сигурд, – повторила Света, уже проклиная свою оговорку: с Татьяны станется прилепить человеку кличку на всю жизнь.
Женщина тем временем порылась в сумочке, огляделась по сторонам, стянула ленточку из ближайшей рождественской композиции и перевязала ею початую пачку таблеток на манер подарка.
– Ну, раз ты претензий не предъявляешь, – сказала она, – тогда я счастья попытаю.
– Ты ж в город хотела ехать, – напомнила Света.
– Хрен с ним, с городом! – возмутилась Татьяна. – Стоял и будет стоять. А твой красавчик – ты сама говорила – скоро уедет. Надо пользоваться ситуацией! У кого-то курортные романы, а у меня – новогодний будет.
– Э, никакого разврата в моем доме! – сразу предупредила Света. – У меня всего одна комната запирается, и эта комната – санузел. Если вы там запретесь, то нашему алкашу придется бегать на мороз. А я потом виновата буду, что он себе достоинство отморозил!
– Хых, – ухмыльнулась Татьяна. – А как думаешь, если ссать на пятидесятиградусном морозе, струя в полете замерзнет или только при приземлении?
Обе девушки всерьез задумались над этим вопросом, а потом синхронно прыснули.
– Блин, а еще говорят, у меня фантазия больная, – отсмеявшись, сказала Света. – Ну ладно, проходи, разбавим это мужское сборище женским шармом.
Часть 8. Посиделки
Сигурд активности гостьи явно не оценил. Подарок принял настороженно, издевательства над шевелюрой стерпел стоически, но на этом все и закончилось.
Соблазняться парень не желал ни в какую. Так что идея подкупить его таблетками провалилась. Тем более, что Док настоял, что надо еще как минимум дважды уколоть – вечером и утром – а потом уже переходить на таблетки, фиг знает сколько раз пережившие перепад температур и потенциально изменившие из-за этого свойства.