Лавандовый Снегурчик (СИ)

Парень вздернул брови.
– В переносном смысле, – пояснила Света, правильно истолковав его взгляд, ведь у нее не было ни единой морщинки либо седого волоса. – Я не о старости как таковой, скорее, о взрослении. Просто понимаешь… Еще лет десять назад я была совсем не такой.
– А какой? – осторожно уточнил Сигурд: похоже, он как выходец из благородной семьи опасался говорить с дамами на тему возраста. Но Свете на подобное было плевать.
  
– Ну… – она задумчиво поводила рукой в воздухе, формулируя мысли. – Я была оторвой.
– Кем? – не понял парень.
– Ну, оторвой, хулиганкой, жгучей девчонкой, – с улыбкой пояснила Света. – Посещала все вечеринки и квартирники в городе – тусовки музыкантов и художников, сходки ролевиков и всяких фриков-гиков. Короче, все необычное. И отжигала на них по полной!
– Хм. В моем мире встречи музыкантов и художников считаются утонченными мероприятиями, – сказал Сигурд. – Там ведутся разговоры об искусстве, звучит возвышенная музыка. Если что и можно назвать “хулиганством” в таких местах, так это шуточные поэтические дуэли.
– Поэтические дуэли? У нас тоже такие были, только матерные, – фыркнула Света. – О, если б ты знал, как красиво я когда-то умела материться! Нет, я не про пять запрещенных слов сейчас, а именно про художественный многоэтажный русский мат.
– Не совсем понимаю, о чем ты, – сказал Сигурд.
– И очень хорошо, что не понимаешь, благородный мальчик, – фыркнула Света. – А то еще научу тебя плохому: материться, бухать, драться. О, а как я любила подраться! Это ж такой адреналин, такой всплеск эмоций!
Она подняла вверх кулак и задорно потрясла им, но в следующее мгновение грустно вздохнула и вновь расслабилась.
– Сейчас все по-другому, – сказала она. – Я стала взрослее, обзавелась домом, статусом “успешного человека”. Мне теперь полагается вежливо разговаривать, одеваться без эпатажа. Что уж говорить о драках? Как вспомню, сколько я тому чуваку заплатила за операцию по исправлению перегородки… А ведь он заслужил! Эх. Скучно быть взрослой и ответственной.
– Ну, у себя дома-то ты можешь быть собой, – подумав, сказал Сигурд.
– Могу, – сказала Света. – Но это все не то. Дом у меня тоже скучный. Да, это дом моей мечты, в таком я всегда мечтала встретить старость. Но в нем ничегошеньки не случается! И о чем писать книги, когда вокруг ничего не происходит?
– Пиши о прошлом, – пожал плечами Сигурд.
– А я уже, – ответила Света. – Причем по многу раз. Мне уже читатели стали говорить в комментариях, что повторяюсь. А где я новые идеи возьму? У меня из всех интересных событий – ручка в туалете сломалась, когда я внутри была. Спасибо, кстати, что выпустил.
– Пожалуйста, – неловко улыбнулся Сигурд.
– Короче, я исчерпала все хорошие идеи, – подвела итог Света. – Ну, то есть, я продолжаю сочинять, да. Но у меня закончились истории из жизни. А только богатый жизненный опыт позволяет излагать фантазии реалистично, делать их живыми.
Сигурд, похоже, не нашел, что на это ответить, и между ними повисла пауза. Правда, это была хорошая пауза, какая бывает между двумя друзьями, которые никуда не торопятся.
Мимо неспешно проехал робот-пылесос, и парень показал ему фигу. Видимо, фига вышла слишком материальной, потому что пылесос вдруг застрял и выдал электронным голосом:
– Кажется, я за что-то зацепился.
– Ага, попался, сволочь! – Сигурд вскочил на диван и сделал победный жест самца, одолевшего альфу. – Я знал, знал, что стелькой ты подавишься!
– Твою мать, – Света сделала “фэйспалм”, но не сдержалась и хихикнула – уж больно нелепая была ситуация. – Сигурд, беру свои слова назад: твоя война с моей техникой интереснее отвалившейся ручки.
Это было действительно так. Парень давно уже понял, что пылесос не живой, и даже записал его в “артефакты” по аналогии с родным миром. Оказалось, что в его мире некоторые артефакты настолько сложны, что обладают зачатками разума. Поэтому парень искренне считал, что пылесос разумный и специально охотится на его ноги. И, не желая оставаться в долгу, устраивал ему “засады”, разбрасывая предметы, на которых бедный прибор спотыкался.
– Блин, Сигурд, сам его теперь разбирай и чисти, – сказала Света, перевернув пылесос и увидев, как надежно застряла стелька. – И вообще, хватит ломать мою технику! Она дорогая, между прочим. А я не так много зарабатываю, чтобы пылесосами разбрасываться. Я вообще скоро зарабатывать перестану!
– Что, все так плохо? – сочувственно уточнил парень, спускаясь с дивана вниз.
– Хуже некуда, – вздохнула Света. – Я не хочу писать плохие книги. А хорошая все никак не получается. Я хочу написать историю не для мужчин или женщин, а для всех. И чтоб она была интересная! И реалистичная! И длиннее, чем в один том!
– Но? – поддержал разговор парень, с брезгливым выражением лица берясь за стельку и принимаясь разматывать ее со щетки пылесоса.
Света вздохнула.
– Но я все, – самокритично выдала она и грустно улеглась животом на диван. – Я кончилась. Выдохлась. Полный ноль и пустышка. А ты мне ничего нового больше не рассказываешь, только про Академию свою.
– А что, про Академию не интересно? – удивился Сигурд.
– Интересно, – кивнула Света. – Но про академии магии я по твоей милости уже три раза писала. Нужно что-то новое. Приключения! Новый мир! Что-то легкое и светлое, чтоб дышалось легко.
– Ну, я же тебе предлагал воспользоваться порталом, – напомнил Сигурд. – Там бы ты точно набралась свежих впечатлений.
– И не подумаю! – возмутилась Света. – При переходе через портал люди рассыпаются на атомы! А еще у вас там агрессивный Император. Я еще жить хочу, долго и счастливо. У меня тут дом моей мечты, работа моей мечты и природа моей мечты – бросать не собираюсь.
– О! – Сигурд щелкнул пальцами, что-то вспомнив. – Я ж тебе такую штуку принес – то, что нужно! Как раз должен был уже зарядиться.
Он подскочил, бросив пылесос кверху пузом.
– М? – Света заинтересовалась и приподнялась на диване: уж больно ярко загорелись у парня глаза.
– Ща-ща! Секунду! – сказал Сигурд. – За рюкзаком и обратно.
Он действительно сбегал наверх так быстро, что прошло всего несколько секунд – только лестница прогрохотала. А спустившись, перевернул свой походный рюкзак, и из него на диван посыпались всякие мелкие артефакты.
Света глянула на эту гору скептически. Сигурд не в первый раз пытался удивить ее достижениями своего мира. И если первое время ей еще было любопытно поглядеть на магические штуки, то затем довольно быстро девушка поняла: все то же самое есть и на Земле.
Артефакт “Факел”, освещающий путь в ночи? Так фонарик светит даже ярче. Артефакт для кипячения воды? Пф, электрический чайник удобнее: его хотя бы из этой воды не надо вылавливать щипцами, уворачиваясь от горячих брызг. Артефакт чистых рук? Санитайзер и влажные салфетки имеют те же функции.
И такого вот “волшебного” барахла у Сигурда с тех пор, как он вернулся в Академию, было немеряно. Он вообще был фанатом артефакторики, мог с пеной у рта рассказывать, какие классные штуки изобрели в его мире. Похоже, и в этот раз привез новую порцию.
– Где же это… – забормотал парень, копаясь в куче хлама. – О, нашел!
Он вытащил довольно крупную побитую жизнью штуку. Она напоминала помесь компаса и швейцарского ножа: что-то очень странное с циферблатом сверху и бесчисленным количеством крошечных рычажков по кругу.
– И что это? – с сомнением уточнила Света, вглядываясь в странную вещицу.
– Зеркало миров! – с гордостью сообщил Сигурд и дунул в артефакт, отчего из него вылетело облачко пыли.
  
Оба закашлялись.
– Только не говори мне, что это ваш аналог телевидения, – прокашлявшись, без особого энтузиазма сказала девушка. Хотя легкий интерес действительно возник: все-таки внеземное телевидение – это что-то новое.
– Лучше! – с уверенностью сказал Сигурд. – Эта штука позволяет путешествовать между мирами без переноса тела. Выход души, понимаешь?