Лавандовый Снегурчик (СИ)
Лавандовый Снегурчик
Часть 1. Отмороженный
Снег был странный. Нет, те сугробы, которыми был покрыт весь коттеджный поселок, были самые обычные – огромные, белые и очень дорогие в уборке, ведь на этот дорожный тупичок не распространялись услуги дорожной компании.
А этот снег был странный. Он шел только в одном месте – в двадцати метрах от Светиного дома, на узкой полосе свободного пространства между поселком и лесом. Исключительно в круге диаметром не больше метра. Падал и падал невесомыми хлопьями будто из ниоткуда.
Света заметила это совершенно случайно, глянув в окно на потрясающей красоты заснеженные ели. И теперь наблюдала за странным явлением уже почти час, забыв, что собиралась наряжать елку.
Что за чудо природы? Как будто в небе дыру пробили, и теперь из нее тонкой струйкой сыплются снежинки. Сугроб получался почти идеальной конусной формы – благо, ветра, способного раздуть ледяные крупинки, не было.
За час кучка выросла до полутора метров, ощутимо возвысившись над прочим снежным пейзажем. Света давно уже бросила все домашние дела и, как завороженная, глядела в окно.
Девушка всегда любила красоту родной природы – для того и коттедж купила себе на отшибе. К тому же, она была писателем-фантастом, и привыкла, что необычное случается только в ее книгах, так что сейчас наблюдала за маленьким чудом, открыв рот. Но когда последняя снежинка опустилась на землю, и сугроб вдруг шевельнулся…
Света вскочила и поторопилась укрыться за шторой. Ей вдруг стало страшно. Можно сколько угодно писать, читать или смотреть фантастику, но когда видишь что-то необычное в реальной жизни, это шокирует.
Сугроб не только зашевелился, он начал стремительно собираться в некое подобие человеческой фигуры! Снежинки, как живые, потоками взбирались вверх, занимая свои места. Они копошились, сталкивались и временами даже отлетали, но затем все равно находили свои места, будто обладая памятью. А когда заняли их, фигура начала оседать и уплотняться, обретая не только окончательную форму, но и цвет.
Света стояла, открыв рот. На ее глазах из ничего, из снежных просторов собрался живой человек совершенно сказочной внешности. Все – от бледно-лавандовых длинных волос до золотистой вышивки на незнакомой одежде – было будто прямиком с экрана какого-нибудь малобюджетного фэнтези. Ибо кто при хорошем бюджете станет наряжать главного героя в такой вычурный наряд и лепить ему такие нелепые уши?
Тем временем в состоянии существа произошел какой-то качественный сдвиг. Он ожил. Стоял-стоял себе, как статуя, зрящая в пустоту, и вдруг будто по щелчку отмер, на секунду потерял равновесие, но быстро справился с собой и заозирался. И как только Света увидела выражение его лица, весь смысл пряток за шторой исчез.
“Снеговик” потерялся. Это ярко сквозило в его растерянном взгляде и нервных рывках головы. Он явно не знал, что за ним наблюдают, и потому не скрывал своих эмоций: неожиданно накатившего страха, почти отчаянья.
А в следующее мгновение произошло и вовсе странное: снежный человек обнял себя за плечи, задрожал и выдохнул, украсив морозный воздух облачком пара, как самое обычное теплокровное животное.
- Твою мать! – не сдержалась Света. Мозг ее просто кипел от тысячи догадок, как такое возможно с точки зрения законов вселенной. Может ей мерещится, и там, на морозе в -45 не стоит никакое сказочное существо в шелках и без шапки?
Однако проверить все же надо было. Потому что если стоИт, то она сейчас – сволочь, которая любуется тем, как живой человек посреди сибирских просторов замерзает насмерть.
Света подорвалась со своего места, с торопливым топотом слетела вниз по винтовой лестнице и принялась лихорадочно одеваться. Так, свитер, болоневые штаны на подтяжках, суконные носки, валенки, шуба, шапка, варежки. А шарф, где шарф?! А, хрен с ним!
Она схватила дубленку, которую носила в менее зверскую погоду, скатала ее плотным шариком, чтобы сохранить в шерсти тепло, и выскочила на улицу.
Снега за два дня навалило выше колена. Вот она жопа ленивая! Нет, чтоб выйти и почистить, когда было всего -20. Просидела, дура. Теперь вот прыгай по морозу, увязай в сугробах.
Тропинку от дома к дороге Света преодолела еще более или менее быстро, а вот начиная с дороги была настоящая беда. Этот закуток никто не чистил, и снега там было еще больше. Дальше – хуже: огромные снежные отвалы громоздились по трем сторонам тупичка, оставленные снегоуборочной машиной еще в прошлый снегопад, а за ними виднелись хоть и ровные, но подло-рыхлые сугробы по грудь взрослому человеку.
Света поняла, что если на помощь будет идти только она, то этот чудик замерзнет там нафиг, пока она доберется.
- Иди сюда! – закричала она, уже штурмуя снежный ком на отбойнике. – Иди ко мне скорее!
Существо резко обернулось и в первый момент испугалось. Ну да, Света вряд ли сейчас напоминала прекрасную Снегурочку: шубу она выбирала по принципу “чтоб жарко было”, а не для подиума. Но все же, поняв, что другой помощи не будет, существо устремилось к ней навстречу… чтобы тут же провалиться по пояс в сугроб.
- Городские, – хмыкнула Света, хотя и сама сейчас таранила снежные просторы, как ледокол.
Однако хорошо было уже то, что парень не замер, отдавая себя на растерзание сибирским морозам, а начал двигаться, потихоньку-понемножку сокращая расстояние между собой и Светой. Точнее, спасительной дубленкой с капюшоном, которая поможет ему добраться до светиного дома, не отморозив уши. Длинные острые уши с едва заметным белым пушком на кончиках.
Света уже вся взмокла, а расстояние между ними сокращалось так медленно, что хоть плачь. Вот, вроде всего пять метров, но поди ж ты, пройди эти пять метров, когда уже по грудь в снегу! Оставалось только надеяться, что снег согреет несчастного хоть сколько-то, пока они тянутся друг к другу.
На последнем метре Света не выдержала и протянула парню обе руки. Он сделал то же самое. Света успела увидеть самую сказочную картину в этом году: порозовевшее от мороза мистическое существо в клубах пара и бликах яркого зимнего солнца. Ухватившись друг за друга, они подтянулись и, наконец, оказались рядом.
- Суй руки скорее! – сказала Света, накидывая на него дубленку и надеясь, что та еще не успела остыть. Ну, по крайней мере, на верхнюю его часть, торчавшую из сугроба.
Парень с трудом, но попал в рукава. Девушка сбросила меховые вачеги, оставшись в легких перчатках для смартфонов, и принялась застегивать на нем дубленку – уже не так нервно. Ясно было, что если парень и отморозил себе что-нибудь, то это что-нибудь – незначительное. Ну, походит немного с красной кожей. Ну, может, кончики ушей придется отрезать, и будет маленький шрам. Главное, что сам, вроде, в порядке еще. Хоть и стучит зубами.
- Руки в карманы сунь, а то пальцы отморозишь, – велела она, закончив с пуговками и снова надевая вачеги поверх перчаток. – И давай за мной. В обратную сторону легче будет.
Однако Света, разумеется, серьезно приукрасила действительность. За нею, конечно, остался след, но большая часть снега осыпалась обратно, и ей вновь пришлось таранить сибирские просторы. Оставалось надеяться, что от второй проходки останется достаточно надежный след, чтобы парень смог пройти по нему, не вынимая рук из карманов.
Света шла, не оглядываясь, технично разгребая белую массу в стороны, будто воду в бассейне. Обернулась, только когда пришлось взбираться на уплотненный трактором вал возле дороги.
- Ну, теперь точно дойдем, – сказала она, помогая несчастному взобраться следом. – Тут снега всего по колено.
Он впервые за это время показал, что понимает ее, и кивнул. Говорить даже не пытался – зубы стучали у парня только так. Подхватив его под руку, Света, как тягач, поволокла обмороженного к коттеджу.
Часть 2. Оттаявший
Дом встретил их влажным теплом и легким запахом камина. Вообще-то, у Светы было и обычное, газовое отопление. Но в преддверии Нового года душе хотелось праздника, и она уже который день топила камин, на европейский манер украшенный красными сапожками, композициями из хвойных веток, свечами и золотистыми елочными игрушками.