"Зарубежный детектив 2026-9". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

Я все-таки решился рассказать обо всем Джонс. Она уставилась на меня и покачала головой:
— Экий вы находчивый. Но откуда вы узнали названия всех этих ингредиентов? Я в первый раз их слышу.
Фаранги — удивительные люди! Кимберли поразила моя образованность, а не ценность этой информации.
*
Агенту ФБР не потребовалось спрашивать, с какой целью мы собрались на крокодиловую ферму. Преступники нечасто используют змей в качестве орудий преступления, поэтому обычные судмедэксперты не привыкли брать пробы крови у рептилий. Джонс была в курсе, что питона и тех кобр, которых не отправили в Квонтико, привезли на крокодиловую ферму, чтобы их исследовала доктор Бхасра Тракит. Ферма расположена за городом, неподалеку от шоссе на Поттаю. Я отвел на поездку четыре часа, и около восьми мы отправились в путь. Солнце едва проглядывало сквозь дымку и напоминало размякший от гнили апельсин. Чтобы избежать разговоров, я притворился, что сплю, а сам начал преспокойно медитировать.
  
На подъездной аллее к административному корпусу нам не встретилось ни одной рептилии, и я подумал, что Джонс хотелось бы, чтобы так было и дальше. Доктор Тракит носила белый докторский халат и могла бы сойти за практикующего врача, если бы не возилась с лежащим на ее столе созданием.
— Познакомьтесь с Биллом Гейтсом, — сказала она на превосходном английском и улыбнулась.
Билл Гейтс был совсем маленьким и миловидным, как игрушка. Двадцать процентов его тельца занимал рот, и когда доктор слегка надавила ему на шею и погладила, он ухмыльнулся. Его брюшко сверкало белизной, а верхняя часть тела отливала сероватой зеленью. Бхасра посмотрела на Джонс, как гордая мать, и предложила потрогать своего питомца.
— Только осторожнее.
— Сколько ему?
— Три месяца. Они такие хрупкие, особенно в неволе. Ну что, пошли?
Даже сидя за столом, Бхасра выглядела миниатюрной, а когда встала, мы поняли, что ее рост не больше пяти футов и она очень худенькая. Она посадила Билла Гейтса в карман халата и по коридору вывела нас на дневную жару.
Вот теперь мы их увидели: гигантские туши, погруженные в болотистую воду. Джонс напряглась. В Соединенных Штатах приняли бы все необходимые меры предосторожности, но здесь не США, это третий мир… «Вот везение: я единственный специальный агент ФБР, которого заживо проглотит крокодил на пути в судебно-медицинскую лабораторию».
— Ступайте, пожалуйста, тише, — попросила ветеринар. — Они очень чувствительны. Если мы будем шуметь, они запаникуют. А когда у них паника, они забираются друг на друга, особенно молодые. И те, что оказываются внизу, могут задохнуться. И еще они страдают депрессией.
Джонс шла чуть ли не на цыпочках.
— Депрессией?
— Да. Только у крокодилов определить ее сложнее, чем у людей или собак. В депрессии они или нет, крокодилы большую часть времени проводят без движения. И мы понимаем, что они больны, лишь когда они перестают есть. Ну вот, мы пришли, это больничный корпус.
Мы оказались в длинном приземистом здании с запахом тропической сырости и чего-то трудноопределимого — то ли гниющей растительности, то ли разлагающейся плоти. Стояли и осматривались, ветеринар тем временем подошла к холодильнику и вынула предмет, похожий на охлажденного цыпленка. Бхасра приложила палец к губам и пригласила в соседнюю комнату. Там на столе, связанный поперек брюха и за хвост, лежал крокодил. Рептилия была восьми футов длиной, короткие лапы через предохраняющие прокладки опутаны цепями. На раскрытой пасти — крепкая веревка. Казалось, крокодил спал.
— Одну минуту, — попросила Бхасра, подошла к разделочному столу в другом конце помещения и разрезала цыпленка мясницким ножом. Положила кусок в пасть крокодила и массировала ему язык до тех пор, пока он не пошевелился. Видно, мне так и не удалось избавиться от скверны, потому что я порадовался, увидев, как испугалась Джонс: она буквально застыла от смертельного ужаса. — Я добиваюсь, чтобы к Саманте вернулся аппетит. Видите, ее вкусовые сосочки начинают просыпаться. У нее случилась депрессия, после того как мы по ошибке осушили ее пруд. Если воду выкачивать слишком быстро, крокодилов охватывает паника — реакция, унаследованная от диких предков. Аллигаторы чаще всего погибают, когда пересыхают места их обитания, а потому испытывают страх при первых признаках понижения уровня воды. Бедняжка, неужели ты решила, что мы позволим тебе умереть? Ну-ка посмотрим, вернулся ли к ней вкус к жизни.
Бхасра развязала перекинутую через блок на потолке веревку, освободив верхнюю челюсть Саманты. Джонс сделала пару шагов назад и оказалась в коридоре. Саманта принялась медленно, очень медленно жевать.
— Отлично, — обрадовалась Тракит. — В конечном счете все замыкается на еде.
Она повела нас по коридору к стеллажу из нержавеющей стали со множеством подносов. На нем лежали трупики кобр. Некоторые аккуратно расчлененные, другие целые, за исключением пулевых отверстий.
— Вот. Все погибли от огнестрельных ранений. — Бхасра подняла на меня глаза. — Как я вам сообщила по телефону, все отравлены амфетамином — яа-баа. — Она повернулась к агенту ФБР и проговорила с подкупающей искренностью: — Очень немногие рептилии от природы агрессивны, если только не голодны или не защищают потомство. В мире животных и змей научились бояться людей — нас не атакуют, если не в панике или, как в нашем случае, не под действием наркотика.
— Какой вид яа-баа? — Я старался не говорить лишнего. — С добавками?
— Да, — пожала плечами Бхасра. — Самый сильнодействующий.
— Согласен, — кивнул я.
— Следовательно, преступники купили самый дешевый на черном рынке продукт. Вопрос в том, как его ввели. Каким образом можно накачать кобру яа-баа? Разумеется, существуют ветеринарные методики — мы обычно делаем инъекции через анус.
— Слишком уж хлопотно для убийцы, — прокомментировала Джонс. Она держалась в стороне от стеллажа, но лицо ее стало прежним. Ведь змеи определенно были мертвыми.
— Вот именно, — согласилась Бхасра. — К тому же в данном случае такая методика не подходит. Вот загадка для детектива, но, боюсь, я тут ничем помочь не смогу. В каждой змее обнаружено разное количество наркотика, и оно точно соответствует весу ее тела.
— Может быть, наркотик растолкли и подмешали к еде?
— Я думала об этом. Но наркотик в еде не объясняет загадки, в этом случае он очень быстро оказал бы воздействие на небольших змей и у злоумышленника возникли бы проблемы с их транспортировкой. И каким образом удалось добиться точного соотношения количества наркотика и веса рептилий? Чтобы впрыснуть одинаковое количество яа-баа в каждый кусочек пищи, требуются лабораторные условия. — Тракит пожала плечами. — Вот все, что я могу вам сказать. Никогда не приходилось слышать о подобном. — Она задвинула лоток и выдвинула другой, расположенный под первым. Этот оказался глубже и выехал на дребезжащих колесиках. В нем лежал свернутый в спираль удав, у него не хватало трети головы. — Красавец, возраст примерно десять лет, сетчатый питон длиной пять метров двадцать один сантиметр. — Бхасра покосилась на Джонс. — Это получается больше семнадцати футов. Отличная пятнистая защитная окраска. Распространен на большей части Юго-Восточной Азии. Как ни странно, уживается не только в джунглях, но и в городах. Предпочитает берега рек. Его существование находится под угрозой из-за контрабанды в Китай: там покупают кожу на выделку и мясо на еду — китайцы любят суп из питонов. Ощутите, какая сила должна быть в его мускулах.
  
Я взвесил змеиный хвост и кивнул Джонс. Американка наклонилась над лотком и осторожно коснулась питона указательным пальцем.
— Поразительно, поистине поразительно. Мы столкнулись с той же проблемой: содержание яа-баа в крови точно соответствует весу питона. Ровно столько, чтобы привести его в состояние агрессии. Ни разу не видела змею под действием амфетамина и надеюсь не увидеть. Но зрелище, должно быть, еще то.