"Зарубежный детектив 2026-9". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

– Вы действительно пробыли в коме одиннадцать лет?
– Да. Видимо, вы очень удивились, когда услышали это по телефону. Как вы, наверное, уже знаете, после того происшествия я впала в кому и была практически все время в вегетативном состоянии.
Взяв кружку в руки, собеседница с изумлением моргала ресницами:
– То происшествие…
– Я про происшествие на крыше вашей школы на выпускном.
  
– А-а-а, – Ынчжи еще чаще заморгала.
Но куда она уставилась – было непонятно. Ынчжи еле слышно заговорила:
– Да, о том происшествии я тоже наслышана.
Сам по себе голос у нее был весьма тихий, к тому же в кафе громко играла музыка. Ёнён злилась про себя: «Зачем так громко включать музыку, посетителей-то особо нет. Еще чуть-чуть, и я бы прослушала ответ».
– Насколько я знаю, виновного до сих пор не нашли.
– Виновного? – переспросила Ынчжи.
– Да, человека, который толкнул меня одиннадцать лет назад и по вине которого я оказалась в таком состоянии. Поэтому я вас и попросила о встрече, чтобы лучше разобраться в произошедшем. Вы, наверное, не знаете, но у меня провал в памяти, и я совершенно не помню весь месяц до того происшествия.
Чи Ынчжи слегка нахмурилась. Кажется, ей тоже было плохо слышно из-за громкой музыки. Ёнён сказала чуть громче:
– По словам врача, моя память остановилась на периоде за месяц до происшествия. То есть примерно на январе 2009 года. Все случилось в день выпускного в феврале. Получается, целый месяц перед тем днем для меня совершенно пуст, как белый лист.
К счастью, на этот раз по выражению лица Ынчжи было понятно, что она все услышала. Она тихо и печально отвела взгляд и продолжила пить кофе, словно сидела напротив человека, стоящего на пороге смерти, и встречаться взглядом с ним было неприлично.
Ёнён наблюдала, как Ынчжи пьет кофе, потупив взгляд, и стала коситься на огромные колонки, установленные в каждом углу кафе. Я так больше не могу.
– Вам, наверное, музыка мешает? – Ёнён вздрогнула, услышав вопрос от Ынчжи.
– Да. Думала попросить их убавить звук. Подождите немного.
– Я сама.
Ынчжи встала и быстро подошла к кассе. Ёнён приуныла от мысли, что она даже такое простое действие не может выполнить сама. Вскоре музыка стала тише, и раздражение ушло. Ёнён приятно удивилась, насколько догадлива ее собеседница. Поначалу она думала, что Ынчжи занята лишь своим кофе. Но теперь поняла, что ей, видимо, часто приходится общаться с коллегами. При этом достаточно тесно, чтобы уметь прочитать мысли человека напротив.
– Спасибо, стало гораздо лучше.
– Давайте я немного резюмирую, что вы сейчас сказали. Значит, одиннадцать лет назад в день выпускного кто-то столкнул вас с крыши нашей школы. Из-за этого вы долгое время провели в бессознательном состоянии, как овощ, и только недавно произошло ваше чудесное пробуждение. Но вы не помните ничего за месяц до этого события и самого преступника не знаете, поэтому решили встретиться со мной. Я все верно поняла?
Ёнён все-таки не считала, что была овощем, но поправлять Ынчжи не стала:
– Да, все так. Знаете, я хотела бы предложить… можете говорить со мной на ты. – В ее голосе звучала просьба.
С самого начала она чувствовала себя неудобно от слишком официальной манеры обращения. Но такая просьба вызвала немалое замешательство у Ынчжи:
– Разве так можно… мне по возрасту не полагается. Но вы спокойно можете обращаться ко мне на ты.
На мгновение Ёнён впала в ступор от внезапного осознания реальности. Взросление ее внутреннего «я» так и остановилось на двадцатитрехлетнем возрасте, поэтому она совсем забыла, что на самом деле старше Ынчжи. Ей все еще были непривычны эти новые правила. Возраст был будто не ее, а лишь внешней оболочкой. Поэтому она часто чувствовала себя не в своей тарелке при общении с окружающими.
– Что конкретно вы бы хотели узнать? – уточнила Ынчжи.
Ёнён решила побыстрее собраться с мыслями и произнесла:
– Все что угодно касательно того периода, например, слухи о том происшествии, а может, есть какие-то подозреваемые – люди, которым я не нравилась, кто мог совершить такое. Я слышала, вы были подругами с Минсо. Поэтому, может, что-то знали обо мне и Сугён от нее.
Ынчжи, покачивая головой, медленно допивала кофе.
– Если вы были в хороших отношениях с Минсо, то наверняка и Сугён знали.
Ынчжи снова кивнула:
– Это так, но с Сугён я особо не общалась. Она была подругой Минсо, это все, что я знаю о ней.
– Но все случилось в школе, которую вы закончили, поэтому не знать об этом вы тоже не могли.
Ынчжи снова поднесла кружку ко рту. Время тянулось неимоверно долго, пока она делала несколько глотков. Ёнён считала, что уже пора переходить к цели разговора:
– Не заметили ли вы чего-то странного в день выпускного?
– Странного?
– Может, что-то было не как обычно, или кто-то вел себя странно…
– Все было не как обычно. Это ведь выпускной. А насчет того, чтобы кто-то вел себя странно, я не очень понимаю вас.
– Может, что-то вызывало беспокойство, или вы обратили на что-то особое внимание. А может, после ходили какие-то слухи.
Чи Ынчжи снова взяла кофе, отпила и встряхнула головой:
– Мне совершенно неясно, что вы имеете в виду. Я не могу отвечать, когда не понимаю вопрос. К тому же это было одиннадцать лет назад.
Ёнён замерла, будто ее пронзила молния. От этой прямолинейности закололо в груди: то, что для нее произошло словно месяц назад, для ее собеседницы было делом давно минувших дней.
– У меня не было никаких причин идти на этот выпускной. – Ёнён пристально смотрела на Ынчжи и старалась не моргать, боясь, что из глаз польются слезы.
Немного опешив, Ынчжи тоже уставилась на Ёнён не моргая. Опустив взгляд, Ынчжи снова обхватила пальцами кружку. Женщина сделала глоток кофе. Ее движения были задумчивыми и неспешными. Ёнён казалось, что кружка уже давно должна опустеть, но со своего места ей не было видно. Ынчжи поставила кружку и заговорила:
– Все верно. У вас не было причин появляться там. Поэтому я отчетливо помню, как все удивились, узнав слухи, что родная сестра Сугён приходила в день выпускного, а затем упала с крыши школы. Все как один изумлялись, зачем вы туда явились.
– А вы случайно не знаете причину смерти Сугён?
– Причину не знаю, разве это… не самоубийство?
От этих слов сердце Ёнён словно разорвалось на части. Она так надеялась на другой ответ.
– Дело в том, что я сама не помню, зачем пошла на тот выпускной. Я хочу понять причину и… разыскать преступника, толкнувшего меня тогда. Мне кажется, эти обстоятельства как-то связаны.
Ынчжи была в недоумении:
– Считаете, что оба происшествия как-то связаны?.. Какой ужас!
Наступила недолгая пауза, после чего Ынчжи продолжила:
– Я не уверена, что могу помочь. Вы просите рассказать что-то странное, что произошло в тот день. Но, как я уже сказала, это был самый обычный школьный выпускной. Я все время провела с одноклассниками, ни о чем не думая. Помимо этого, надо было многое успеть – поблагодарить всех учителей, пойти на групповую фотосъемку, а в конце каждый проводил время со своими родными. На самом деле самый обычный, ничем не примечательный выпускной. А случившееся на крыше произошло уже после самого праздника. Я помню тот вечер. Мне позвонила подруга, и я очень удивилась услышанному. К тому времени мы с семьей уже сходили на праздничный ужин в ресторан и вернулись домой, я приняла душ и отдыхала на диване. В это время точно все вернулись домой и никого в школе не осталось.
– Этот момент вы очень подробно запомнили, – удивилась Ёнён.
  
– Слишком невообразимое событие. Слышала, вся школа на ушах стояла после этого. Такой выпускной никогда не забудешь.
– А вы потом ходили на место событий?
– Нет.
– А кто-нибудь из ваших знакомых был там? Может, какие-то слухи ходили?
– Я даже не знаю, откуда она мне позвонила, то ли из самой школы, то ли, услышав от других, решила передать мне. Точно не помню. Сейчас эта знакомая уехала за границу, и я с ней больше не общаюсь.