"Зарубежный детектив 2026-9". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)
Номер на экранчике начинался с 997 — код Непала, хотя и без того не оставалось сомнений, откуда меня вызывали. Я набрал нужные цифры, но она ответила не сразу. А затем хрипло спросила:
— Где, черт побери, ты был?
— Не понял…
— Решил, если представился случай, можно попользоваться бедной девушкой из «третьего мира», а затем выбросить, как бумажный носовой платок? — Ей удалось выдавить из голоса сгусток жалости к себе, изображая убийственно низкопробное чувство.
Я, не веря своим ушам, нахмурился в телефон.
— Тара?
— Китайцы убили мою семью. Я сирота и калека. Вот, значит, ты какой — обижаешь девушку, которая ищет лишь любви и защиты! Будь у меня брат, он добрался бы до тебя и дал в морду! — За этим последовали, как можно было судить по звукам, доносящимся из трубки, потоки слез.
— Тара, не могу поверить, что это ты.
Она немного помолчала, затем продолжила нормальным голосом:
— Все в порядке. Не беспокойся, я изгоняла демона. Хорошая тренировка, тебе тоже надо этим заняться. Я подумала, ты захочешь получить его обратно. Признайся, после нашего тантрического свидания ты чувствовал себя немного обворованным. А мне постоянно приходилось иметь дело с целым потоком маленьких гоблинов с юго-запада. Это из-за тебя. Наверное, ощущаешь себя обиженным подростком и взбаламучиваешь их. Не поверишь, какие среди них есть страшные!
— Тара, все это чушь. Дешевый, низкосортный, бульварный оккультизм.
— Вот как? Тогда откуда я узнала, что ты видел меня в эротическом сне? Ведь видел? Я могу тебе точно сказать, что ты делал со мной. Слушай.
Я не стану, фаранг, пересказывать ее слова. Слишком смущаюсь. Меня бросило в холодный пот.
— Тара, прошу тебя об одном: признай по крайней мере, что ты в одной команде с Тиецином. Тогда я смогу тебя рационально объяснить.
— Тебе прекрасно известно, что я с ним никогда не встречалась, пока ты не появился в моей жизни, словно тебя, как сироту, подбросили на мой порог. И зачем тебе сейчас понадобились какие-то рациональные объяснения? Тебе, как новообращенному, не положено успокаиваться.
Я немного поколебался, затем ответил:
— Это был самый фантастический секс, какой мне только приходилось испытывать. Я говорю правду. Признаюсь, не понимаю, что ты такое делала, но я все время размышлял, и до меня стало доходить: так возвыситься — это и есть суть буддизма. Только сначала кажется странным.
— Что?
— Что ты ограничила себя одним оргазмом в году.
Тара хихикнула.
— Окажешься в шкуре беженца, быстро поймешь. Проходит время, и многие лишения начинают казаться естественными.
Я не сдержался — вопрос выскочил почти сам собой.
— Ты просветленная?
— Разве кто-нибудь вправе, кроме шарлатана, ответить на такой вопрос «да»? Скажем так: я забочусь о том, чтобы стать свободной от страданий.
— Обезболивающие от жизни? Прими мои поздравления. Я вполне прочувствовал: связь с любовником не своего уровня приносит опустошение.
— Это была твоя идея. Не забывай, что сам положил на меня глаз.
— Согласен. Уж кому, как не мне, знать, насколько опасны случайные связи. Но ты мне кое-что должна.
— Что такое?
— Ответь на один вопрос.
Она помолчала.
— Ладно.
— Ты спала с Фрэнком Чарлзом?
Долгое молчание.
— Это надо понимать как «да»? — проявил я настойчивость.
— Да.
— И проделывала с ним то же, что со мной?
— Мы договорились об одном вопросе.
— Но в том случае не отошла в сторону сразу, не прервала зарождающуюся привязанность.
— Прекрати.
— Была моложе, наверное, не такой дисциплинированной, не сумела подняться выше женского тщеславия. Ведь был же соблазн: разве не приятно, если у твоих ног валяется знаменитый американский режиссер? Видимо, он в первый раз приехал в Непал не потому, что решил снимать здесь кино. Он решил снимать кино в Непале после того, как познакомился с тобой.
— Я разъединяюсь.
— Влюбился в тебя. Да-да, влюбился. Мужчина не из Тибета не знает женщин, подобных тебе. Ты сгусток первобытной дикости и просветленного будущего без электричества между ними. Для американца, воспитанного на мысли, что ответ на любые страдания следует искать между ног совершенной женщины — эта их история с Мадонной, — искать в безоглядном траханье, ведущем без медитации в нирвану, ты стала всем. Всем для этого бедного голодающего мужчины из их «третьего мира» духовной нищеты.
— Детектив, ты что, не замечаешь, что я не отвечаю?
— Он не мог вы кинуть тебя из головы. Но должна быть и другая причина, почему он так деградировал. Ты совершила с ним нечто гораздо большее, чем со мной, и вынудила снова и снова приезжать в Катманду и встречаться с тобой. Так? Душераздирающе тосковать по тебе? Или приворожила сознание? Ты его посвятила. Верно? Он просил до тех пор, пока ты не сдалась. И хотя не было человека, менее подходящего, чем он — ведь духовно он остался в возрасте лет тринадцати, — ты пошла дальше и безответственно поделилась с ним своей мантрой. Вот почему ты испугалась за меня и побежала к Тиецину. Не хотела повторения прошлого.
В трубке было тихо. Она разъединилась.
«Но убила его не она, — размышлял я в тишине. — Даже если бы в этом был какой-то психологический смысл, а такого смысла не было, Тара никогда бы не сумела выехать из Непала. Я видел ее документы. С такими бумагами не то что из страны — из Катманду выбраться непросто. Дакини [151] Дальнего Берега, на левобережье Багмати она оказалась беженкой без гражданства, обмороженной и подозреваемой в занятиях проституцией».
Мое любопытство, естественно, только усилилось.
Глава 33
Утром и Викорн, и Зинна прислали мне электронные письма с просьбой скачать изображение Клайва Индийского. И вот он красуется у меня на экране монитора — молодец из Шропшира в пудре, парике и накрахмаленном гофрированном воротнике, вонючий грязный расист, алкоголик с манией самоубийства, рвущийся наверх предатель, опиумный наркоман и торговец наркотиками, родоначальник глобализма. Старые питоны, наверное, вставят портрет в рамку, повесят на стену повыше и будут кланяться как какому-нибудь восточному гуру.
Но вот на экране появился телефонный вызов из места с кодом 977. Я смотрел на монитор, не зная, кого боялся больше — Тары или Тиецина.
— Ну как прошла встреча? — Это оказался Тиецин.
— Превосходно. Все устроилось. Они решили доверить мне безотзывный аккредитив, так что советую вести себя со мной аккуратнее.
— У вас нет ни малейшего шанса. Если сбежите с деньгами, мы превратим вас в вошь на заднице бешеной собаки. А дата? Какая дата?
— Любая по вашему выбору. — Впервые, общаясь с Тиецином, я с облегчением ощутил в нем нормальное человеческое чувство.
— Спасибо, детектив. Прекрасно. Это хорошая дата.
— Вы уверены, что в состоянии доставить такое количество товара так, чтобы вас не поймали?
— Конечно. Я же маг — вы что, забыли?
— Где пункт разгрузки?
Тиецин хмыкнул.
— Вы все еще считаете меня болваном с гор? Неужели я не соображаю, как транспортировать наркоту?
— Хорошо, не говорите. Но как мы узнаем место нашей встречи?
— Сообщу за десять минут до передачи товара. Запаситесь быстрым транспортом — мы не собираемся ждать вашего появления больше пяти минут. Отрава такая штука — покупатель всегда найдется.
— Доктор Тиецин, у меня к вам один вопрос — личный. Вы правоверный буддист; неужели в вашем мозгу не шевельнулось ни малейшего сомнения?
— Нет.
— Что вы собираетесь делать с деньгами?
— Сколько раз можно объяснять? Я и мое движение хотим напасть на Китай.
Я вздохнул.
— Идиотизм. Вы сами в это не верите. Может, вы и ненормальный, но не дурак. Как с сорока миллионами долларов напасть на страну с самой динамичной экономикой в мире, у которой миллионная армия?