Поцелованная призрачным светом (ЛП)

— Хорошо. Я посоветуюсь с моими чародеями насчёт разрыва их связи. Это наименьшее, что мы можем сделать, учитывая, как сильно ты помогла СВС. Однако я ничего не могу обещать. Ты должна понимать, что мой приоритет — СВС. Если лорд Годасара снова появится и будет угрожать безопасности моих отрядов или невинных людей, мы уничтожим его без колебаний.
— Но…
Он поднял руку.
— Я обещаю, что изучу связь между Вераселли и лордом Годасара. Я велю Николасу заняться этим немедленно. Если мы найдём способ безопасно разорвать их связь, мы так и сделаем.
  
Я сидела неподвижно, понимая, что это лучший компромисс, на который он готов пойти.
— Хорошо. Тогда, наверное, это наш план на будущее.
  
Глава 13
 
Уайетт
Уэс наклонился вперёд на стуле, отправив Николасу краткое сообщение.
— Я посмотрю, что смогут выяснить болгарские горгульи, — сказал Уэс, — а завтра утром встречусь со своими чародеями. Но прямо сейчас мне нужно, чтобы вы закончили рассказывать, что именно с вами случилось.
Плечи моей пару расслабились ещё больше, когда она отвечала на его прямые вопросы, и с каждым произнесённым предложением настороженность, которую я чуял в её запахе — и которую Уэс, без сомнения, тоже чувствовал — постепенно угасала.
Волк внутри меня тихо зарычал, потому что с моей парой творилось что-то неладное. Она не только вела себя нервно, но между нами что-то изменилось.
Я это чувствовал.
И будь я проклят, если не докопаюсь до сути. Потому что вся та мягкость, которую я ощущал в ней в те дни, что мы провели в поместье, словно исчезла.
Такое впечатление, будто она пережила нечто ужасное, и это изменило её. Я тихо хмыкнул про себя. Забавно, как амнезия, похищение, плен и едва не случившееся жертвоприношение могут повлиять на человека.
Уэс склонил голову набок.
— Что ты сделала после того, как перенесла всех бойцов СВС с поля битвы? Уайетт сказал, что очнулся и нашёл тебя без сознания. Ты помнишь, что случилось?
Эйвери напряглась — это был первый признак нерешительности с тех пор, как Уэс начал допрос час назад. Она уже рассказала нам всё, что он хотел знать: что она помнила о похищении, что с ней делали в пещерах, кто участвовал в её заточении и что запомнила о ритуале.
Несмотря на изнурительные воспоминания, она отвечала на все вопросы охотно и честно. Её запах не мог лгать, но сейчас…
От чего-то она насторожилась, и это не нравилось ни мне, ни моему волку.
— Всё в порядке. — Я автоматически потянулся к её пояснице, но остановил себя и вместо этого вцепился в свой стул. — Что бы ты ни сказала, нас это не удивит.
Когда она посмотрела на меня, в ее глазах фиолетовый свет смешался с её естественными каре-золотистым цветом. Её запах тоже изменился, в него добавилась кисловатая нота.
Ого. Ладно, что бы она ни скрывала, это сильно ее беспокоило. Я чуть не зарычал, мои чувства обострились до предела при одной только мысли, что её так пугает.
— Я никому не позволю тебя обидеть, — напомнил я.
— Даже себе? — прошептала она одними губами.
Я откинул голову назад, словно меня ударили. Неужели она и правда меня боится?
В груди зародилась невыносимая боль. Неужели она совсем мне не доверяет?
— Эйвери, я даю тебе полную гарантию, что здесь ты в безопасности, — добавил Уэс. — Лорд Годасара никогда не сможет пробить защитные чары вокруг СВС. Мы просто хотим знать, что случилось, чтобы разобраться в происходящем и добраться до сути. Это главная цель всех операций СВС.
Её глаза снова вспыхнули фиолетовым, когда она посмотрела на него, и вокруг неё возникла покалывающая энергия.
— Сейчас я боюсь не лорда Годасара.
Уэс склонил голову.
— Тогда кого вы боитесь?
— СВС.
Что? Что она имела в виду? Я наклонился к ней ближе.
— То, что ты скажешь, не будет использовано против тебя.
Она поморщилась.
— Обещаете? Вы абсолютно точно обещаете, что ничего не будет использовано против меня?
Уэс нахмурился еще больше, но кивнул.
— Даю слово.
Эйвери облизнула внезапно пересохшие губы, затем глубоко вздохнула.
— После того как перенесла всех бойцов СВС в безопасное место и перед тем, как обезвредить эльфа, я… — Она сцепила пальцы, и от неё снова пошел сильный кислый запах.
У меня внутри все сжалось.
— Что-то случилось после того, как ты вернулась? Они… — Я проглотил ярость, подступившую к горлу. — Они причинили тебе боль?
Она издала короткий, резкий смешок.
— Нет, они не причинили мне боль. — Она посмотрела на свои руки, которые сцепила на коленях. — На самом деле всё было наоборот. Я причинила боль им.
Меня захлестнула волна такого сильного облегчения, что пришлось откинуться на спинку стула. Я уже представил себе самое худшее. Что она вернулась к эльфу и колдунам, что они прорвали её магию, возможно, избили её, изнасиловали или сделали что-то столь же ужасное, и что, возможно, она дала сдачи. Потому что исходящий от неё запах страха был так похож на запах других жертв, когда они заново переживали те ужасные события, что им довелось испытать, и когда они давали отпор.
— Продолжай, — тихо сказал Уэс.
Она продолжила, не поднимая взгляда:
— После того как вернулась к костру, я поняла, что они не перестанут охотиться за мной, если не покончу с этим. Я знала, что невинные люди умрут, возможно, сотни. Поэтому я подняла меч, оставленный павшим бойцом СВС, и… — Она взглянула на меня, ее глаза её блестели от слез. — Я поклялась убить их всех прямо там. Я собиралась сначала убить лорда эльфов, потому что он представлял наибольшую угрозу.
На моих губах мелькнула легкая улыбка. Умница.
— Затем я собиралась убить всех колдунов. Я знаю, что это неправильно — убивать кого-то, вот так хладнокровно. — В её запахе появилась нотка отвращения к самой себе. — Но я чувствовала, что это мой долг. Я приняла это решение не сгоряча. Я всё обдумала, но как раз когда собиралась убить лорда Годасара, он рассказал мне о своей связи с Вераселли. Он начинал прорываться сквозь мою хватку над временем. Он смог пошевелить губами достаточно, чтобы заговорить, и сказал, что если я убью его, то убью и её. — Она снова сплела пальцы. — И самое безумное, что я не думаю, что он лгал. Сначала решила, что он просто пытается выиграть время, но если бы это так, почему богиня всё ещё жива? Если её сила во мне, у него не было причин держать богиню при себе, если только он не говорил правду. Поэтому я не стала его убивать. — Её лицо внезапно побледнело. — Но это не значило, что я должна была оставить всех остальных в живых.
— Ты убила колдунов, — констатировал Уэс.
Она кивнула, сжав губы.
— Да. Я обезглавила их всех, одного за другим, и… — Эйвери подняла подбородок. — Как бы мне ни было от этого мерзко, я не жалею об этом. Я сделала бы это снова, чтобы защитить невинных людей от жестоких ритуалов Священного Круга. И знаю, что от этого я выгляжу как жестокая бессердечная стерва, но они собирались убить меня и всех вас и не собирались останавливать свои жертвоприношения. Они убили бы людей и фейри. Я поняла, что тот миг — мой единственный шанс остановить их, и я им воспользовалась. — Её щёки залились румянцем, глаза снова вспыхнули фиолетовым светом. — Как уже сказала, я не горжусь собой за это, даже если они были злом во плоти. Мне придётся жить с мыслью, что я забрала их жизни, но не жалею о своих поступках. Так что если вы считаете, что должны арестовать меня за убийство, тогда, полагаю, вам придётся это сделать.
У меня перехватило дыхание, а следом вырвался резкий смешок.
  
Взгляд Эйвери метнулся ко мне.
— Тебе кажется это забавным?
— Нет, вовсе нет. — Но я не мог сдержать огромного облегчения. — Я просто рад, что именно это тебя беспокоило. Ты правда думаешь, что мы арестуем тебя за убийство колдунов, которые тебя похитили, причинили тебе боль и собирались принести в жертву?