Любовь в прямом эфире

Лев, помимо сильного желания, чувствовал кое-что еще. И это что-то – такое забытое, но воскресшее и засверкавшее еще ярче, преследовало его уже несколько дней. Хотелось это ощущение накрыть сосудом и не выпускать, потому что с ним жизнь стала казаться правильнее и лучше. А все из-за нее. Просто находиться рядом и молчать уже было для него счастьем.
– Сонь, – тихо позвал он.
  
– М-м-м? – отозвалась она, продолжая стучать по клавиатуре.
– Я тебя люблю.
Софья оторвалась от экрана, подняла на него колдовские изумрудные глаза и подарила ему свою светлую улыбку.
– Я тоже тебя люблю, Лева.
Это самый настоящий мазохизм: вспоминать, смотреть на нее и не иметь возможности дотронуться. Тем более теперь, когда он знал, что по собственной глупости потерял столько лет.
Лев подал сигнал Данияру, что выходит. В голове крутилась только одна мысль: «Он дурак». Вот вроде умный мужик, охранная фирма, многомиллионные заказы. А по жизни дурак.
И, наконец, контрольный в голову, – встреча на крыльце телецентра. Пробить Сонину броню было невозможно, а шутка о том, что она на практике применяет то, чему он ее научил, невероятно злила. И тут вылез этот черт из табакерки – какой-то наглый мужик, видимо, из тех, кто хочет залезть на скалу.
– Сразу к тебе или, может, перекусим где-нибудь? – спросил смертник. Да, для Льва он уже не жилец.
– Ко мне. Для перекуса я слишком устала, – вздохнула Софья и ушла с ним.
Он смотрел им вслед и медленно закипал.
Лев уже подъезжал к дому, когда ему позвонил подчиненный.
– Дастан, ну что, выяснил что-нибудь? – нетерпеливо спросил мужчина.
– Да. Объект, то есть Софья Дильшатовна Касымова, никогда не была замужем официально. И детей у нее нет.
– Спасибо. Ты молодец!
– Еще какие-нибудь указания будут?
– Нет, отдыхай.
Лев отключил звонок, перестроился в крайний левый ряд и развернулся. Если она с этим чернявым, то он им помешает и Соня его наконец выслушает.
Он не мог поверить, что она так изменилась. Ведь была девчонкой, которая боялась мужчин, а за каждое несанкционированное прикосновение давала в морду. Память отшвырнула его на восемь лет назад, когда их первое свидание чуть не закончилось в полиции.
Глава 7
Лев. 8 лет назад
Сестру он действительно нашел в четвертой горбольнице. Пока ехал, позвонила мама и сказала, что Юля вышла на связь.
– Я знаю, что она в больнице, – успокоил он мать. – Как раз туда еду. Может быть, даже пустят к ней.
В приемном отделении он сразу же набрал Жанну, родственницу Софьи, и она вышла в холл его встретить. Она была худенькой невысокой казашкой в белом халате и со стетоскопом на шее.
– Вы от Сони? – слегка улыбаясь, спросила она.
– Да, – кивнул он, не обращая внимания на шум и людей вокруг.
– Пойдемте, проведу вас в отделение. Только надо будет халат и бахилы надеть.
– Хорошо.
– Давно нашу Софью знаете? – спросила она внезапно, когда вела его по коридору.
– Нет, недавно познакомились, – ответил Лев и вдруг сам себе улыбнулся от воспоминаний о журналистке.
– Хорошая она у нас девочка. Очень добрая, отзывчивая, – врач начала и так и эдак расхваливать девушку. – Наша гордость. А дети как ее любят! Девочки, дайте, пожалуйста, халат и бахилы, – попросила она у медсестры, когда они вошли в ожоговое отделение.
Льва ненадолго впустили в палату, где лежала его сестра. Увидев брата, она расплакалась и сжала перебинтованную руку.
– Юлька, напугала нас, – он сел рядом с ней и обнял за плечи.
– Я так испугалась, – всхлипнула она. – Говорила с мамой, а потом какой-то удар, окна выбило и… огонь. Телефон уронила, а пока собирала документы в сумку… смотрю – у нас штора горит. И во-о-от, – показала она на травму и еще больше разревелась.
– Главное, живая! Мама переволновалась ужасно. Но я ее уже успокоил. Что с малышом? – указал Лев на кругленький живот.
– Нормально. Но сказали, что лежать мне здесь несколько дней.
– Лежи. Я обо всем позабочусь, – Лев ласково поцеловал сестру в макушку.
Она по-детски мило потерла влажный нос пальцами свободной руки и прижалась к брату.
– Как ты нашел меня? Мне что-то вкололи, и я отрубилась. А когда очнулась, поняла, что не помню наизусть ни одного номера. Только мамин городской!
– Добрые люди помогли, – Лев снова вспомнил Софью, и нечто странное и забытое внезапно проскользнуло маленьким котенком в его сердце и забилось в уголок.
Вечером, после сумасшедшего дня, Лев сидел в одиночестве в своей квартире и просматривал отчет на ноутбуке. Поняв, что в глазах уже рябит от цифр и схем, он отложил компьютер, потер лицо ладонями и посмотрел на часы. Почти девять. Телевизор он не включал сто лет, но сегодня захотелось посмотреть новости на одном канале, и он как раз успел к началу. На экране сначала появилась заставка программы под динамичную музыку, затем ведущая в студии поприветствовала зрителей и представила первый сюжет о взрыве бензовоза. Когда она сказала: «С подробностями наш корреспондент Софья Касымова», Лев тут же напрягся и сделал громче. Его новая знакомая стояла на фоне горящего дома и с серьезным лицом рассказывала о пожаре. На ней была не по погоде легкая курточка, а волосы собраны в хвост. Лев отметил, что она очень красива, и еще голос… Такой поставленный, приятный, выразительный. Ему захотелось послушать ее еще раз, и он полез в интернет. В поисковике вышел список ее сюжетов, и Лев посмотрел парочку. Она вещала из здания суда о громком процессе по делу какого-то криминального авторитета, бегала с полицейскими во время рейда по саунам и вылавливала проституток для интервью. Одна даже послала ее на х*й прямо в микрофон. Лев посмотрел еще репортаж о митинге дольщиков, пожаре на алматинской барахолке и массовой драке во время концерта местного певца. Да, у этой девчонки была очень насыщенная жизнь. Леве дико захотелось встретиться с ней еще раз. Зацепила. Занозой проникла под кожу.
На следующий день он через свои каналы нашел ее телефон и после обеда позвонил:
– Алло, – мелодично отозвалась девушка.
– Софья, здравствуйте. Это Лев. Захаров. Помните, вы мне вчера помогли?
Она немного помолчала и ответила:
– Ах да. Лев, здравствуйте! Как ваша сестра?
– Спасибо, все нормально. Но она в больнице.
– Ничего серьезного? – спросила она искренне.
– Нет, к счастью. Я вообще поэтому и звоню. Вы меня вчера выручили, и я хотел бы вас отблагодарить.
– Оу, – удивилась она. – Это так… по-восточному.
– Ну, так, как положено. Может, кофе выпьем или…
– Я, если честно, поздно заканчиваю. В районе девяти.
– Понял. Тогда кафе?
– Да, окей. Почему нет?
– Вы на машине? Или вас забрать?
– Если несложно, можно и забрать. У меня офис на Новой площади.
– Всё, хорошо. Давайте я в десять подъеду?
– Годится.
А потом был небольшой дружеский разговор ни о чем и обо всём в машине, во время которого они плавно перешли на «ты». Она увлеченно рассказывала о том, что сегодня снимала владельцев сгоревших квартир, которые хотят подать в суд на компанию, владеющую бензовозом.
– Так что скажи сестре. Может, она тоже подпишет коллективный иск.
– Обязательно. Спасибо, – Лев украдкой посмотрел на нее и снова сосредоточился на дороге. Про себя отметил, что Софья была сегодня особенно хороша в строгих черных брюках, белой рубашке и кожанке. Ее распущенные волосы струились по плечам, а первое, на что он обратил внимание при встрече, – губы, чуть подкрашенные помадой.
– Можно вопрос? – спросила она, когда они сидели в кафе и ждали заказ. – Ты женат?
  
– В разводе. Есть дочь Алиса. Ей десять, – сразу ответил он.
– Красивое имя. Сказочное, – улыбнулась Соня. – Всё, больше лезть в душу не буду.
– А ты? – поинтересовался он и сделал глоток воды из стакана.
– На выданье, – она беззаботно заправила прядь за ухо, а он чуть не расплескал всю воду от ее неожиданного ответа.