Его Сиятельство Вовчик. Пенталогия (СИ)
Рисковать нельзя, вдруг они что‑то типа японских камикадзе – подорвут сами себя. Значит, огнеупорность не проверяем, а действуем по проверенной схеме – оружие пролетариата в головы. Нет, сам‑то я аристократ, конечно, но уважаю все предметы, которые могут отправить врага на встречу с богами.
Так, стоят кучно, назад не смотрят – ну точно лузеры. Щас я вас научу Родину любить!
Сотворяю три камня – уже покрупней, потому как излишним гуманизмом мозга я не страдал и решил валить их начисто. Тем более, на хрена мне рядовые пленные, когда у меня под диваном их командир валяется?
Пиу‑пиу – свистнули камешки.
М‑да, чуток не рассчитал. Нет, так‑то Пятачок крут, но попал не совсем в шарик. Одному угодил точно в голову – прям в десяточку. А вот с двумя другими промашка вышла. Эти двое как раз таки щиты не забыли надеть, поэтому их просто долбануло об стену – законы кинетики никто не отменял. И если второй оказался слабаком и сразу потерял сознание, первый тоже вырубился, то вот третий был бодр, свеж и очень зол.
Оскалившись, он вытянул вперед руку с водяной плетью, украшенной ледяными осколками, и сделал мне приглашающий жест. Больной, что ли⁈ На хрен такое счастье!
– Бах! Бах, бабах! – сказал пистолет. И третьей пулей, что прошила щит парня в районе печени, поставил точку в общении.
Нет, так‑то я не против помериться силушкой богатырской, но не в такой же момент! Поэтому подошел и сделал еще три контрольных выстрела в головы, добивая раненых. Не гуманно? Идите в жопу, моралисты херовы. У меня тут война, террористы, а с ними мы переговоры не ведем.
Очередной обыск – на этот раз я разжился вполне себе приличным короткоствольным автоматом, кстати, российского производства. «Питон» – оружие спецназа, магазин на двадцать пять патронов с магической начинкой, убойность как у слона. Стащил менее заляпанный кровью броник и нацепил на себя. Рассовал магазины – все. Я вооружен до зубов, голоден и поэтому очень опасен.
Прислушался – за дверью тишина. Ну, и не стал туда ломиться. Пусть и дальше сидят в безопасности. Сюда уже никто не сунется.
Нашел мешок со взрывчаткой – ну, или с чем‑то очень похожим на нее. Разбираться не стал – все равно в этом ничего не понимаю, но прихватил с собой. Зачем такое добро оставлять без присмотра? Вдруг кто сопрет?
Наверху послышался женский крик, звуки ударов, пахнуло эфиром. Кто‑то совсем себя не бережет, раз так щедро его тратит. Это ж когда я маленькие камешки создаю, никто и не чувствует творимую магию. А тут прям от всей широты иностранной души.
А вот крик мне, конечно же, не понравился – кто это мог быть? И вообще, непонятно, где родители Светы и прочие гости? Они же должны были в доме отмечать. И куда делись? Как‑то все скопом оказались на улице? Странно выглядит и дурно пахнет. Но это не мое дело – пусть Тайная Канцелярия разбирается. Им за это деньги платят.
– Первый! – заорал голос, и сквозь щель приоткрытой двери я увидел, как в комнату вбежал какой‑то мужик в маске. – Ты где, мать твою⁈ Отряд Второго и его самого положили! Остались только мы. Куда ты делся, ублюдок⁈ Гвардейцы идут сюда!!! А‑а‑а‑а‑а!!!
С истошным воплем он рванул в сторону главного входа.
– Всем стоять на месте!!! У нас цесаревич в заложниках! Еще один шаг – и мы его убьем! Весь дом начинен взрывчаткой. Сунетесь – все влетим на воздух!!! – его крики разнеслись эхом и, кажется те, что были снаружи, все услышали.
– Выходите с поднятыми руками и вам обеспечат жизнь!!! – раздался голос с улицы, явно усиленный магией.
– Кто там гавкает⁈ Я по‑собачьи не понимаю. Стой на месте, я скажу, что делать!
– С тобой, собака, не гавкает, а разговаривает начальник охраны Его Высочества капитан Гордый! Я архимаг. И если ты, пес смердячий, хоть как‑то навредишь Его Высочеству, то я лично сварю тебя на медленном огне!
– Это мы еще посмотрим. Повторяю, стойте там, не двигайтесь. Нам надо подумать.
В комнату, где под диванчиком валялся их начальник, набилось человек семь. И почему именно сюда? Где тут место, что им медом намазали? Хорошо, хоть своего Первого они пока не заметили. Поэтому надо действовать быстро. Жаль, что у меня нет гранаты, вот тогда бы…
– Где тройка, что ушла в подвал? – заорал тот крикун. Он вообще тихо разговаривать не умеет? – И куда делся Первый? Сбежал, сука, а нас тут оставил⁈
– Нам надо продержаться еще десять минут, – сказал другой террорист. – Скоро прибудет маголет. Его не обнаружат. С крыши быстро запрыгнем в него, а после все тут взорвем. Поэтому надо тянуть время.
– Если они решатся на штурм, нам хана!
– Поэтому найдите сына императора. Когда они увидят нож у его горла, никуда не полезут. Обыщите подвал, все там переройте. Но найдите мне его. И будет осторожны, не нравится мне все это.
Хреново, очень хреново – коридор узкий. Если они начнут стрелять, мне хана. Если я начну, то тоже хана. Ломиться к остальным – не вариант. Просто времени нет. Что ж, не жил хорошо, ну и не надо. Хотя бы умру с достоинством.
Отошел подальше, почти в самый конец коридора. Перевел флажок на автоматическую стрельбу, занял удобный упор, навел ствол на дверь. Часы медленно отсчитывали последние секунды моей жизни в такт шагам за дверью.
Шаг. Тик. Шаг. Так. Тик‑так, тик‑так.
Дверь начала открываться, и мой палец на курке чуть напрягся. Еще миг – и все закончится. Тик‑так, тик‑так…
Глава 9
Сначала показалось дуло автомата – походило туда‑сюда. Но было темно, им ни хрена ж не видно. А светильники я выключил… Ну как, выключил – разбил, в общем.
За дверью слегка посомневались, но все же решили, что они прям все такие из себя бесстрашные и могут нагнуть любого. Особенно если этого любого тут нет. Ну‑ну, надежды юношей питают. Блажен, кто верует и прочее.
А я что? Я ж гений стратегии и ломания чужих планов. Мешочек‑то со взрывчаткой я забыл аккурат возле двери.
Кто стучится в дверь ко мне?
Октябренок Петя.
Тра‑та‑та, тра‑та‑та
Пулемет ответил.
И стоило телу сделать шаг вперёд, и автомат, как в том стишке, сказал: тра‑та‑та. И прогремел взрыв. Локально направленный.
Чего? Думали, я с голой грудью на амбразуру полезу? Неа. Я ж все рассчитал.
Ну ладно, идея пришла мне в голову только что. В общем, я бахнул и сразу создал объемный щит – простейший, потому как ничего особо‑то не умею. Зато эфира в него бухнул по самое не балуй. Ну и взрывная волна, конечно же, пошла в обе стороны. Долбанула по мне, обиженно вернулась и продолжила экскурсию по дому.
Тех двоих снесло сразу, ну, и другим порядком досталось. А я потряс головой – в узком пространстве громко петь не рекомендуется – и с криком «Ура!» побежал наверх, поддерживая себя матом.
Перепрыгнув через два трупа, – я таки молодец и их победил! – начал палить во все стороны, потому как куда именно надо палить из‑за поднявшегося дыма и пыли я понятия не имел.
В этот момент со стороны входа в поместье послышалась стрельба, опять что‑то ощутимо грохнуло, и я логично предположил, что гвардейцы, злые на весь мир, сначала будут стрелять, а потом разбираться, кто тут свой, а кто чужой.
Рядом пронесся огненный шар и взорвался, ударившись о стену. Мозг отдал телу команду «Лежать», и я неэстетично рухнул на пол и пополз куда‑то в сторону. Ну, и бахнул пару раз – чего патроны экономить?
– Всем лежать, твари!!! Работает имперский спецназ!!! – раздался сквозь дым голос.
Опять начали стрелять, а у меня уже глаза слезятся, в горле першит, из ушей кровь течет – странно, что я вообще слышу. А еще бок саднит – кажется, все‑таки чем‑то зацепили. Потому как рука, коснувшись его, стала влажной. Ладно, помирать вроде пока не собираюсь, поэтому будем жить.
Замер, жду. Чую ветерок – раз, и весь дым вышел в окно. А я где? Ага, возле сгоревшей шторы, прячусь в углу за шкафом. И как я сюда забрался? Не иначе, жопа маршрут подсказала.