Его Сиятельство Вовчик. Пенталогия (СИ)

Ну, а дальше? Да все как обычно. Сначала пафосная торжественная часть с приветственными речами и пожеланиями. Потом застолье, за которым многие вообще забыли о виновнике торжества. Что меня, впрочем, более чем устраивало.
И их нельзя было судить строго. Любое такое собрание – это повод и себя показать, и на других посмотреть. Встретиться и переговорить с нужными людьми, обсудить дела семейные и деловые, узнать о планах на будущее и, возможно, заключить выгодный брак. Это нормальное явление среди аристократов.
  
Поэтому после обязательной части молодежь свалила в сад, где для них были накрыты уже другие столы, лился рекой алкоголь, гремела музыка, играли искусственные волны в большом бассейне и не было пригляда взрослых.
Так, навскидку, нас собралось человек восемьдесят‑сто. От совсем мелких – у них была своя зона для игр и работал массовик‑затейник, – до ребят чуть постарше.
И, конечно же, большинство тут же разбилось на группки по интересам. Только поймите правильно – аристократы в массе своей совсем не однородны. Да, есть те, кто стоит выше или ниже по статусу. Но если уж вы находитесь все в одном месте, то этот момент как‑то сглаживается и на первое место приходит особо значимое у нас слово – польза. Некоторые подменяют его другим понятием – выгода. То есть, все смотрят друг на друга, прикидывая, что с этого знакомства или общения можно поиметь – деньги, статус, влияние.
Соответственно, к тем, кто имеет все это в достатке, и тянутся те, кто это хочет поиметь или приумножить.
Моя близкая компания – так сказать, мажоры из мажоров. Мы стоим выше всех и у нас есть все. Поэтому к нам тянулись, но вот войти в ближний круг, сформированный много лет назад, было практически невозможно. Для этого один из нас должен был порекомендовать кого‑то, а остальные одобрить. И твой статус, ну, например, как наследника престола, ничего в этой ситуации не значил. Мы в своей компании равны и роли распределены. И да, как бы пафосно это ни звучало, я являюсь неформальным лидером, и как‑то так получилось, что последнее слово всегда остается за мной.
И теперь в эту компанию вливалась Ника – ее уже все знают, она всем понравилась и была одобрена. Еще Болконская каким‑то боком. Хотя, тут все понятно – она вместе с Левчиком и мной была в бою, а это сближает. Ее признал он сам, а я не был против. Другие пока смотрели на нее настороженно и не спешили с выводами.
Ну, и теперь к нам временно присоединились Као (тут без вариантов) и Наташа Барятинская – за нее попросила Ника. Остальные могли тусить рядом, но статуса «свои» не имели.
Так что народ кучковался по интересам, и никто обделен вниманием не был. Не забываем, что тут присутствовали еще и дети императора. А уж им‑то сам бог и папа велел ходить в массы, прощупывая настроение.
При виде нас народ взревел, поднял бокалы и дружно выпил за нас с вами и хер бы с ними.
Левчик, уже чуть набравшись, возмутился тем, что я трезвый, и предложил догонять. Но я ж сегодня кремень – пью, но желательно сок. Потому как жопа отчаянно мне не советует отпускать контроль, а я к ней привык прислушиваться.
Поэтому мы, пропустив по паре бокалов легкого вина, пошли отжигать, отдавшись ритму музыки.
Кто‑то уже полез в бассейн, кто‑то устроил дружеский спарринг – не буду показывать пальцем, но Мишке Юсупову и Гришке Оболенскому больше не наливать! Братья Бим и Бом отчаянно строили глазки Леночке Темирязьевой – девушке выдающихся форм, но крайне скромного нрава. Под напором братьев она несколько ошалела, но ей на помощь пришла Ксения Лопухина, и они уже вдвоем отбивались от атак Меньшиковых.
Так что все были при деле – за остальными я не смотрел, мне бы со своими разобраться.
Как‑то так получилось, что вокруг меня образовался мини‑круг из девушек, куда входили все мои знакомые, что буквально оградили мою тушку от всех остальных. Беседа поначалу завязывалась несколько скомкано, пока не затронули учебу. И тут понеслось – Као, как оказалось, тоже поедет в ВМВ, и Ника туда же. Наташа еще не определилась, но время для выбора у нее еще есть. Вот все и засыпали Болконскую, оказавшуюся в центре внимания, вопросами об академии. Та с довольным видом уже прикидывала, сколько ей баллов отсыпят, если, помимо меня, она приведет к воздушникам еще и принцессу Египта. И это не считая остальных дам, если получится. Ведь если они еще ДО начала тестов заявят о желании учиться на Воздушном факультете, это сразу поднимет его престиж, независимо от того, какие результаты покажут девушки.
– А сам‑то куда думаешь поступать? – тихо спросила меня Као.
– У меня все стихии открыты, но склоняюсь к воздуху, – так же тихо ответил я.
– Подожди, в смысле, открыты? Когда ты успел инициироваться⁈ – удивилась она.
– Там сложная история, но скажу честно – повторять за мной не надо. Чуть не помер в процессе.
– И какой у тебя ранг?
– Говорят, что старший ученик на стадии Утверждения. Но, возможно, и подмастерье. Точней уже там скажут.
– А вот этого я не знала…
Девушка была явно впечатлена, а я что? Я молодой, вот и раздулся от гордости, как индюк. Видеть в глазах красотки восхищение – разве это не здорово?
– Значит, если все будет хорошо, будем учиться вместе. Тогда и сможем узнать друг друга поближе.
– А ты этого хочешь? – я посмотрел на нее.
– Скажем так… Я не против этого. Ты для меня пока закрытая книга.
– Хочешь ее прочитать? Только не суди о ней по первым главам.
– А что в них? Все настолько плохо?
– Боюсь, когда я их писал, был немного не в себе, – серьезно ответил я, отчего она рассмеялась, показав ровные белые зубки.
– Это будет интересно. Я до поступления останусь в Москве и буду жить в нашем посольстве. Так что уверена, до отъезда мы еще сможем узнать друг друга поближе. Пока то, что я вижу, мне нравится.
– Откровенно. Я отвечу тебе взаимностью. Негатива ты у меня не вызываешь, пока только положительные эмоции.
– Не люблю юлить, я ж не дипломат, – фыркнула она. – Я за честность во всем.
– Вот и договорились, – пожал я ее руку.
– Ох, кажется, у нас тут намечается свадьба!!! – голос Лены прервал наше общение, и только сейчас я заметил, как вся честная компания старательно греет уши, слушая нас.
– Ты слишком торопишь события. И вообще, Лен, тебе не говорили, что подслушивать нехорошо?
– Ха, а как же я буду собирать информацию, если не буду слушать и слышать? Да и вообще, тут все такие, – она выразительно повела глазами в сторону остальных ребят.
– Но ты‑то первая высказалась, значит, что?
– Что? – сделала она шаг назад, понимая, что я, хоть ее и очень люблю, но сейчас буду наказывать.
– Значит, должна искупаться, дабы охладить свое любопытство!!!
– Не смей!!! – раздался отчаянный визг, была совершена попытка удрать, но я оказался быстрей.
Рывок к Лене, хватаю и с шумом прыгаю с ней в бассейн – да‑да, прямо в одежде. Не страшно, воздухом потом подсушимся.
– Пошла жара!!! – обрадованно заорал Левчик и сиганул в воду вслед за нами.
На нас посмотрели, подумали и прыгнули тоже. Все разом. Чтобы, значит, не отрываться от коллектива. Потому как было понятно без слов – кто не прыгнет, тот не наш.
– Убью, гад! Ты мне волосы намочил, – шипела Лена, пока я ее с хохотом кружил.
– Нельзя быть всегда такой серьезной, сестренка, – шепнул я ей.
– Нельзя быть таким неуправляемым болваном, как ты! – стукнула она меня в ответ.
– Но за это ты меня и любишь?
– И за это тоже. Кстати, можешь быть спокоен насчет своих дам – они оказалась на редкость благоразумными. Аж самой не верится, что я это говорю, но умеешь ты выбирать. И насчет Софии совет в силе.
  
– Я это уже понял, утром поговорили с ней по душам. Вроде заключили хрупкий мир.
– Трахнул уже?
– Нет, и пока не буду. Софа человек момента, не хочу, чтобы потом жалела себя и ненавидела меня за сделанное. Осознает реально, чего хочет, вдумчиво раскидает в своей голове все по полочкам, и тогда все будет. Не раньше. Пусть все идет свои чередом.