Отчим. Ближе, чем можно
– Доброе утро, бабушка, – поздоровалась я.
– Добрый день, – недовольно ответила она, выделяя последнее слово интонацией и не отрывая взгляда от монитора своего ноутбука.
Бабушку я долгое время не знала, у них с мамой многолетний конфликт.
Бабушка родила маму в восемнадцать лет, мама родила меня в восемнадцать.
Отстаю от семейной традиции.
Но мне это не нужно, я из другого поколения, жизнь у меня будет иная, я никогда не стану такой матерью, как была моя.
Никому не желаю: когда тебе пятнадцать, а мама просит не называть её мамой при чужих. Ей, конечно же, надо было выскочить за какого-то молодого богатого мужика.
Сейчас у неё своя семья, говорят, ребёнок только-только родился. Я не созванивалась с ней с самого начала учебного года, а тогда у нее еще и намека на замужество и ребенка не было. Но дурное дело не хитрое, как говорит бабушка.
Так что мама меня из своей жизни полностью выпихнула и забыла. У нее новое теперь все.
А я…
А я зато познакомилась с бабушкой.
У бабушки Степаниды волосы выкрашены в блонд. Спина прямая. Красиво одета, уже с утра накрашена, она молодо выглядела.
Сидела за своим ноутбуком, делала вид, что очень сильно занята, на самом деле она уже год, как не работала.
Оказывается, она у меня инженером была. Дедушка, которого я никогда не видела, умер четыре года назад, вот она и заскучала. Пригласила неведомую внучку пожить.
Зачем, вообще непонятно…
Но, если быть честной, меня она ни разу в жизни не обидела, ну, кроме своих сварливых замечаний.
Пока я сонно лупала ресницами, бабушка с кем-то активно переписывалась, широко улыбаясь, даже немножко покраснела, словно что-то интересное у неё было на экране.
– Ба! Слышишь, ты чем там занята? – обеспокоенно, спросила я у неё. – Ты смотри там, осторожней.
– Я осторожней? – возмущённо отозвалась бабуля. – Ты видела вчера, во сколько ты пришла?
– Сегодня, бабушка. Я пришла сегодня, – важно ответила я , отвернулась и почапала дальше.
Санузел тут, конечно, был барский.
Белой плиткой обложен. Правда, возраст у плитки побольше моего, но сохранилась она отлично.
Там, где я жила когда-то с мамой, у нас гостиная была такого размера, как у бабули ванная комната. Мы с мамой ютились в ужасных условиях. А потом она нашла мужика и свалила, просто забыв, что я на свете существую. И ютиться в ужасных условиях осталась я одна.
Так что, если бы не внезапная бабушкина любовь…
А сейчас я балдею от счастья и уверена, что больше не смогу жить нигде, кроме как в пятикомнатной квартире, ну, или в своём доме.
Интересно, Милош где у нас живёт? У родственников или уже снимает свою хату? Надо сегодня за обедом у него спросить. Вчера как-то все не до того было…
Я разделась, положила вещи в большую плетёную корзину для грязного белья. У бабушки две старинные стиральные машины. Работали по очереди – одна работает, другая ремонтируется. Тут же вешалка. Очень глубокая ванна. К белой стене прикреплена душевая лейка. Просто пол здесь под наклоном и со сливом, можно было плескаться как хочешь. В углу унитаз. Тумба деревянная, на ней раковина широкая. Очень аккуратно, красиво под раковиной сделана занавесочка.
И зеркало.
О да, глобальное, в полный рост. Нафига такое огромное тут, да еще и отражалась в нем вся ванна… Для чего? На себя голую любоваться? Или голых… Хи-хи…
Ладно, странности моих бабушки и дедушки не обсуждаем.
Я пошла к душу и сначала пропустила воду – трубы в этом доме старые, вода, если её не пропустить, пахла ржавчиной.
А сама медленно просыпалась и думала о том, что вчера произошло.
Я все-таки получила с самого завидного пацана в нашем универе.
Да, теперь он мой, и он писал мне сообщения. Первым.
И о том, что он писал сообщения, я, конечно же, сообщила всем своим подругам, а ещё в чате нашего курса. Что, мол, извините, я сегодня не могу, Милош просит, чтобы я была с ним. Ха-ха. Да-да, я так и буду всем говорить.
Только вот разочарование меня постигло серьёзное такое.
Секс с Милошем был, конечно.
И второй раз получилось получше, чем в первый…
Но если честно, мне было с чем сравнивать. Так себе, средненько. Милош все о себе, да о себе, видно привык, что девки его ублажают. И что-то мне ни размер, ни его запах, ни его жиденький напор вообще не понравились.
А ему, вот, очень понравилось… Старался, писал мне с утра самого, самолюбие мое подогревая.
В конце концов, секс – это же не главное?
Есть много других вещей…
А Милош… Ну, блин, он хорош! Я столько мечтала о нем, думала, думала… Ну вот, может, слишком много думала.
Так-то, мне приятно, что он писал, и я про него все время мысли в голове вертела.
Красивый, ведь…
Ну, не особо ласковый и умелый… Но это потому, что мы мало знакомы, вот.
Дальше будет лучше!
Бабушка все еще не вылезала из переписки, когда я пришла на кухню. Правда, ноут закрыла и теперь уже торчала в своём телефоне.
Я налила себе чай, задумчиво посмотрела в окно. Там уже вовсю гуляли мамаши с детишками. В такую рань, блин…
Нет, мне детей пока что рановато… Потом – обязательно. У нас с Милошем могут быть красивые дети, да…
Я повернулась к бабушке и обратила внимание, что у нее телефон новый.
Интересно…
Я не спрашивала, какая у неё пенсия, зато видела квиточки на оплату квартиры. Вот эти обширные хоромы обходились ей столько, сколько крохотная двушка нам с мамой. Обходились бы… Потому что у бабули по коммуналке скидки.
Она у нас заслуженная, почётная, ветеран, пенсионер. И с этим списком коммуналка стремилась к нулю. Повезло.
А мне вот, начни сейчас жизнь самостоятельно, так и не потяну. Хотя… если выйду замуж за Милоша, то потяну.
«Зайчик мой, как мне одеться?» – написала Милошу.
«Я приеду за тобой на своей девочке».
Скривилась, значит, никакой юбочки и каблучков мне и не снилось.
Ну ладно, джинсы, так джинсы.
«Отлично! Я жду не дождусь»
Не совсем так, но я буду рада его видеть, все же.
Когда он рядом, мне хорошо, будоражит.
И взгляд у него такой… м-м-м… И плечи, три раза м-м-м…
И сам он парень завидный, богатый. Выйду за него замуж, и у меня самой будут такие хоромы.
О наследстве я даже не заикалась.
Когда бабуля меня приняла, мама там вся извелась с просьбой немедленно уламывать бабушку, чтобы переписала на меня квартиру.
А я слова ей на эту тему не сказала.
Не знаю, я не хочу быть такой, как моя мать. Честно.
Я не буду ждать чужой смерти, чтобы заполучить какое-то наследство. Во-первых, у меня будет богатый парень. Во-вторых, у меня будет отличная профессия, и если парень сольётся, я сама себя буду содержать.
Вот так размышляя, я время от времени писала девчонкам в чат. Там бурлило, конечно. Завидовали мне, сучки! И правильно, и пусть!
Накрасилась, надела джинсы, курточку. И когда Милош написал, я поцеловала бабушку, помахала ей рукой и побежала на свидание.
Глава 5
О да…
Я торопливо достала телефон, чтоб заснять, как Милош подъезжал к дому.
Мой красавец парень. Чёрная куртка, кожаные штаны. Чёрный шлем – загадочный магический. Ох, эти его плечи, обтянутые курткой. А этот зад! М-м-м!
Милош поднял шлем, и я с восторгом поцеловала его в губы.
Вчерашняя ночь показалась мне совершенно незначительной.
И вообще, вероятно, я все преувеличила.
– Ты вкусно пахнешь, – сказал Милош. – Мне нравятся твои духи.
– У меня хороший вкус, – подмигнула я ему, надевая предложенный шлем. И села назад, обхватив своего парня.
Поездка на мотоцикле всегда у меня вызывала щенячий восторг. Радость и счастье зашкаливали.
Свобода и независимость, пожалуй, на мотике лучше всего ощущались.
Кафе мы выбрали студенческое, наша любимая забегаловка с девчонками.
Милош тоже здесь бывал, но не особенно частно, как он заявил. Типа, так себе забегаловка. Не его уровня.