Хозяйка перекрёстков (СИ)

– Бывал раньше в Калидонском лесу?
– Нет.
– Что ж, тебе и правда не повезло. До появления чудовища это был дивный край. Прогуляться по нему было, как испить прохладного вина в жаркий полдень. Увы, сейчас приятного мало.
– Мне просто нужно перебраться на другую сторону.
– Что ж, тогда предлагаю присоединиться к нам. Часть пути можно проделать вместе. Так будет безопаснее, чем в одиночку.
– Резонно. Да, я пойду с вами.
Он улыбнулся, показав белоснежные зубы, и протянул мне руку.
– Что ж, добро пожаловать! Меня зовут Дриас.
Мы на какое-то время задержались на утёсе – Дриас и Мелеагр явно хотели подождать, пока Эней и его спутник усядутся на лодку и отплывут. Зато потом, спустившись, рванули в лес так, что я едва за ними поспевал.
– Точно все в сборе? – на ходу деловито спросил здоровяк. – Никто не передумал?
– Насколько я знаю, нет. Но кто всё же струсил – пусть потом локти кусает, – усмехнулся Дриас. – Вся слава достанется нам.
Сдаётся мне, эти двое решили всё-таки попробовать завалить зверя. Так и думал. Что ж, главное испытание этого Осколка уже понятно. Неясно только, почему Эреш так занервничала, когда он мне выпал. Опасается, что я не справлюсь? Что ж, в отличие от этих горячих юнцов, я-то на рожон не лезть не буду. Но и шанса получить ценный трофей тоже не стоит упускать.
Калидонский вепрь… Звучит очень знакомо. Кажется, и правда что-то из мифов. Ну, хоть не лернейская гидра.
Вместе с калидонцами я все дальше углублялся в лес. По пути нам всё чаще попадались следы деятельности чудовища. И спутники мои становились всё мрачнее и настороженнее.
Их можно было понять. Кажется, они сами пока не видели вепря воочию, и знали о нём лишь из рассказов уцелевших очевидцев. Но у страха, как известно, глаза велики, так что они наверняка считали, что бедняги преувеличивают. Но когда мы наткнулись на несколько вывороченных с корнем деревьев и на ещё одну разбитую вдребезги телегу, я заметил, как мои спутники потрясённо переглянулись.
Попадались нам и следы кабана – глубокие, здоровенные. В них легко умещалась моя ступня, да ещё и место оставалось. Кое-где он рыл землю клыками, и выглядел это так, будто дёрн был распахан плугом.
– Тебе доводилось видеть нечто подобное, странник? – спросил Мелеагр.
– Мне много чего доводилось видеть, – пожал я плечами. – Возможно, ваш отец прав. Чтобы одолеть такого монстра, понадобится целое войско.
– Извини, но, кажется, ты мало что смыслишь в охоте, – фыркнул здоровяк. – Охота – это не поле брани. Численность здесь не так важна. Всё решает терпение, выдержка. И один точный удар. Не нужно загонять сюда целую толпу. Это приведёт лишь к ещё большим жертвам. Достаточно небольшой, но слаженной команды загонщиков.
– Значит, ты решил обмануть отца? – уточнил я.
Богатырь гневно зыркнул на меня, и я даже на секунду пожалел о своём вопросе. Собственно, какое моё дело? Отговаривать его я всё равно не собираюсь. Может, за это мне бы и обломился какой-нибудь особый приз за чудеса дипломатии. Но я слабо представлял, как бы мне удалось переубедить этого упрямца.
– Я никого не обманывал! Я обещал отцу не рисковать понапрасну. И не собираюсь этого делать. А ещё я и правда обещал вернуть тела погибших вдовам. Если зверь не появится – то просто вернёмся в город. И попробуем в другой раз.
– Ну, а план у вас какой-то есть? Или вы надеетесь только на свою сноровку?
– Моё копьё разит, как молнии Зевса! – вскинув подбородок, с вызовом ответил Мелеагр.
– Не сомневаюсь. Но план-то есть?
– Есть, – вмешался Дриас. – Судя по тому, что рассказывают про вепря другие охотники, обычные уловки против него не работают. Собаками его травить бесполезно, любые сети он рвёт, в ловушки не лезет. Да и чтобы выкопать для него подходящую яму с кольями, придётся рыть до самой преисподней. Так что мы решили попробовать яд.
Он указал на небольшую глиняную бутылку с широким горлышком, притороченную к его поясу. У Мелеагра я заметил такую же.
– Смажем наши копья и стрелы отравой, и каждая рана будет дурманить зверя, – воодушевленно продолжил лучник. – Будем атаковать его издалека, изматывать, пока он не ослабнет. А уж потом Мелеагр нанесёт свой знаменитый удар.
 
– Что ж, посмотрим…
– Посмотрим. Но лучше молись Артемиде, чтобы вепрь и правда не появился, странник, – усмехнулся Дриас. – Может, тебе тогда удастся проскочить через лес без всяких приключений.
Будто издеваясь над его словами, из зарослей донесся чей-то испуганный вопль. Мои спутники встрепенулись.
– Это, кажется, голос Тэрона? – спросил Мелеагр.
– Похоже на то! Он с остальными должен ждать нас у садов Олкимоса. Тут уже рукой подать, вон за теми деревьями…
Здоровяк, не дослушав толком, ринулся вперед. Дриас, на ходу выхватывая из сайдака лук, последовал за ним. Я тоже, но держась чуть позади и в стороне. Линзы, сканируя окрестности, высветили небольшую возвышенность справа. Я решил, что лучше зайти оттуда – и обзор будет лучше, и высота даст небольшое преимущество.
Пока мы бежали, шум только усиливался. Крики людей заглушал громкий топот и временами – странный хриплый гул, похожий на гудок старого паровоза. Я не сразу и понял, что это. Представлялось, что вепрь, пусть даже и здоровенный – это всё же родственник обычной домашней свиньи. И визжать он должен соответствующе. А тут – не визг, а скорее трубный рёв.
Когда я выбежал на пригорок, то невольно замер от развернувшейся передо мной картины.
Это была кромка леса, и внизу, в пологой ложбине между холмами, раскинулся участок возделанной земли – высаженные ровными рядами плодовые деревья, дальше, за забором – какие-то грядки и несколько одноэтажных строений из саманного кирпича. Но всё это сейчас напоминало перепаханное бомбежкой поле – часть деревьев была изломана, в заборе зияли огромные бреши, и даже угол одного из длинных приземистых зданий – похоже, какой-то склад – был снесен напрочь, будто в него врезался бульдозер.
Люди Мелеагра, похоже, собрались здесь и готовились к походу, но вепрь вышел на них раньше и застал врасплох. Если у них и был чёткий план – то теперь он точно пошёл прахом. Люди метались в ужасе, пытаясь спастись от разбушевавшейся зверюги.
А кабан и правда был огромным. И это точно был не простой зверь – амальгамные линзы сходу сигнализировали о влиянии игниса. Но даже и без этих подсказок было ясно, что природа такую тварь создать не могла.
Размером калидонский вепрь был даже не с быка, а с небольшого слона. В холке точно выше человеческого роста. Пропорции сильно искажены – передняя часть заметно массивнее задней, над башкой нависает горб, щетина на котором превратилась в настоящие костяные пики. Из пасти торчат не просто клыки, а целые бивни длиной в руку, загибающиеся кверху. Горящие багровым пламенем глазищи похожи на провалы, заполненные лавой.
Но главное, что пугало – так это его безудержный напор и ярость. И обычные-то дикие кабаны – те ещё берсерки, и столкнуться с ними в природе порой бывает опаснее, чем с волком. Но помножьте это на размеры, приправьте щедрой порцией игниса – и получите воистину хтоническое чудовище.
Двое подручных Мелеагра попытались спастись от разбушевавшегося зверя на крыше амбара. Но на наших глазах вепрь, взяв разбег, со всей дури врубился в стену, будто пытаясь подковырнуть её бивнями под самый фундамент. Строение содрогнулось, в воздух взвилось целое облако пыли. Засевшие на крыше охотники дружно вскрикнули, один едва не свалился, потеряв равновесие на крутом скате. Вепрь же, проделав здоровенную дыру в стене, мотал башкой, не то застряв в пробоине клыками, не то пытаясь расширить её ещё больше.
– Боги, какой же он огромный… – донёсся до меня пораженный возглас Дриаса.
Парнишка встал, как вкопанный. В правой руке его был зажат целый пучок стрел – он собирался обмакнуть их наконечниками в яд, но забыл обо всём от ужаса.
Мелеагр, напротив, при виде опасности ринулся вперед, на выручку товарищам. Любо-дорого было посмотреть – несётся, как хищник, словно стелется по земле, и копьё – будто продолжение его самого.