Попал, так попал (СИ)
— Не реви, сейчас поправим. Повернись ко мне спиной. Вот тут и тут нужно немного ушить, вот тут сделаем защипы.
У Алиски в руках появилась подушечка с булавками. Она ловко убирала лишнюю ткань на спине.
— Пять минут на машинке прострочить. Срезать лишнее не будем, надеюсь, сиськи у тебя еще вырастут.
— А у тебя и машинка есть? — с придыханием спросила Любавка.
— Есть, — с гордостью кивнула Алиска.
— Может у тебя и отвертки есть? — поинтересовался Влад.
— Только одна, которая шла в комплекте с машинкой. А зачем тебе?
— Дверь на место прикрутить. Я ее так наживил, но она потом все равно отвалится. Надо накрепко сделать.
— А ты умеешь такую мебель чинить? — удивилась Алиска.
— Я много чего умею, но вот без инструментов, как без рук.
— Слушай, у соседки развалился ящик у комода. Она много чего туда пихала, ну и потом раз, и все. Мастера она вызвать боится. Там такие гады ходят. Мало того, что денег до фига сдерут, так еще любви и ласки потребуют. Потом после таких ласк лечиться приходится, а то и на аборт бежать. А это удовольствие не из дешевых, можно и подохнуть. В общем, на тебя был бы спрос, — тараторила Алиска.
— Да я как бы и не против, — ответил Влад, — Днем можно варить самогон, а вечером ходить чинить мебель.
— А ночью мочить людей, — хохотнула Алиса, — Прямо на все руки от скуки. Так глядишь еще и в этот дом с дитями переедешь. Будет у вас на каждого кровать.
— Может быть, — кивнул Влад, — Но вот только мочить людей я не особо стремлюсь.
— Да ладно тебе, главное бабки. К тому же, обычно заказывают всяких отморозков. Им простой люд не нужен, или богатеньких господ. Эти тоже еще те пиявки, как у той китаянки.
Алиска выдала Владу маленькую отверточку, велела снять платье Любавке.
— Народ, предлагаю, сначала выпить чаю, а потом уже приступать к шитью.
— Ты сегодня не работаешь? — поинтересовался Влад.
— Неа, я же на рынке уже срезала парочку кошельков, дневную выручку сделала. Нечего жадничать. Сегодня у меня выходной и сегодня я лягу спать пораньше, а то вчера полночи в пекарни возилась, — она покосилась на Любавку.
Девица отодвинула в сторону разбросанное на столе шитье, освободив небольшой уголочек. Поставила три чашки, налила немного заварки и кипятка. Из кухни принесла кулечек с конфетами. Выдала каждому по большой конфете.
— Больше не дам, — сказала она, — Они дорогие.
— Да больше и не надо, — помотал Влад, пытаясь откусить кусочек обломками зубов, — Жестковато.
— А ты ее в чай макай, — предложила Алиска.
— И какие чашечки, — Любавка была в полном восторге.
— Бедный ребенок, — подумал Влад, — Всему радуется.
— Ну, так что, ты будешь ремонтом заниматься? — вырвала его из дум Алиска.
— Да, инструмент только нужен. А он, как я понимаю, здесь дорогой.
— Я знаю, где его взять совершенно бесплатно.
— Спереть?
— Позаимствовать. Есть у нас тут один примерзкий товарищ на соседней улице, вот у него и подобрать нужный инструмент, — хихикнула Алиска.
— И каким же образом? — поинтересовался Влад.
— Любавка будет его отвлекать, а ты утащишь, — выдала свой хитрый план девица.
— А почему Любавка, а не ты, например?
— Потому что он любит молоденьких девочек.
— Педофил значит.
— Кто? — хором спросили Алиска с Любавкой.
— Человек плохой, ругательство такое.
— Аааа, понятно, ну да, тот самый, как его там, педяфил, — кивнула Алиска.
— Блин, мне девчонку жалко на такие дела посылать, — вздохнул Влад.
— Я тебя умоляю. Я в ее возрасте уже во всю с мужиками того этого, а ты за нее трясешься.
— Ты же говорила, что с братьями и сестрами нянчилась.
— А одно другому не мешает. Мне за это, между прочим, хорошие деньги платили.
— Не учи моего ребенка всякой гадости, — строго сказала Владка.
— Я не учу, а рассказываю про свою жизнь. Ладно, хватит чаи гонять, забирайте со стола чашки, я сейчас буду Любавке платье подгонять. В нем и пойдет, а это свое убожество драное и латанное можешь выкинуть.
— Нет, не буду выкидывать, братцу на заплатки оставлю, или еще куда. Работу, какую грязную делать, пойдет.
— Смотри сама, — махнула Алиска.
Пока Алиска с Любавкой возились с тряпками, Влад обошел апартаменты. Он прикрутил отваливающуюся ручку у буфета. Обухом топора прибил вываливающийся гвоздь, аккуратно подбил раму у окна, чтобы стекло не вывалилось наружу.
— Владка, какие у тебя руки золотые, — обрадовалась Алиска, — А ты ванную не можешь посмотреть, а то там что-то со стоком в последнее время, почти не уходит вода.
— Ваш домовладелец совсем не следит за своим имуществом? — удивился Влад.
— Так я же тебе говорю, какие к нам мастера ходят. Лишний раз вызывать не хочется.
— Ясно, пойду, гляну.
Как он и думал, сток был забит волосами. До чего дотянулся, все почистил руками. Вода стала уходить, но плохо.
— Эх, сейчас бы вантуз, — вздохнул он, — Или тросик на худой конец.
Ничего подобного в ванной комнате не было. Он еще немного поковырялся и вернулся в комнату.
— Там все забилось, нужно тросом пошурудить, а у меня нет ничего такого.
— Не переживай, Владка, мы все тебе найдем, — хитро улыбнулась Алиска.
Может действительно пойти мастером работать, подумал Влад, хоть честный заработок будет.
Глава 22
Грабеж средь бела дня
Любавку нарядили в коричневое платье, сунули в руки корзинку и отправились все вместе к мастеру, который снимал комнату в доме напротив. Девочка постучала в дверь. Мужчина в это время обедал, поэтому он ее к себе не впустил, а вышел в общий коридор. Любавка стала что-то лепетать насчет того, что у них в квартире течет вода и нужно срочно посмотреть.
Мастер оглядел Любавку сальным взглядом, и облизнулся.
— А ты, дома одна? — спросил он.
— Да, — закивала девочка.
Алиска и Владка стояли за углом, и слушали, что происходит в коридоре.
— Можно я ему врежу? — тихо спросил Влад.
— Нет, нам его нужно выманить, а потом ему можно и врезать, — Алиска приложила палец к губам, показывая, что нужно замолчать.
Мужчина вернулся в комнату, чтобы взять инструменты. Вышел, поставил свой сундучок на пол и стал закрывать дверь. Влад хотел выйти из-за угла, но его остановила Алиска.
— Ты чего, в кутузку захотела? Если в доме напасть, то будет грабеж, а если на улице, то просто кража, а то и потеря с его стороны.
— О как, какие интересные законы, — удивился Влад.
— Ждем, когда они выйдут на улицу. Идем, будем ждать их в переулке, — Алиска потянула его за руку.
Перед глазами у Влада вдруг пронеслась картинка из далекого прошлого: в проулке лежит маленькая девочка, похожая на куклу, со свернутой шеей и задранным платьицем. Эта картинка на всю жизнь впечаталась в его мозг своей неправильностью и неоправданной жестокостью. Он мотнул головой и не захотел выходить из дома. Алиска махнула рукой и выскочила из подъезда.
Влад насколько можно вжался в самый темный угол. Любавка и мастер завернули за угол, и тут он схватил ее за талию и прижал к стене.
— Какая же ты маленькая, какая сладкая, как персик, — шептал он и шарил рукой по телу девочки.
Любавка тихо пищала, и пыталась вырваться из липких объятий.
— Эй, дядя, — Влад в два прыжка оказался позади мужичка и обрушил на его голову тяжелый кастет.
Он даже не успел повернуться, а просто упал тяжелым кулем на пол в коридоре. Алиска заглянула в парадную и ойкнула.
— Владка, твою же на лево, — прошипела она.
Схватила сундучок с инструментами, девчонку за руку и выскочила на улицу. За ней последовал Влад. Они юркнули в какую-то подворотню.
— Он тебя видел? — тихо спросила Алиска, озираясь.
— Нет, стоял ко мне спиной, — помотал головой Влад.
— Ты его убила? — с ужасом спросила Любавка.
— Нет, — спокойно ответил он.
На самом деле он сам не ведал, прикончил он гражданина или нет, но девочке не нужно было об этом знать. Влада мучала совесть, за сундук с инструментами убить человека. Хотя в тот момент он вообще не думал о них, тогда его волновала только Любавка. Ему хотелось придушить гада, чтобы такие вообще не жили на земле.