Закон Варпа III (СИ)
Всего три часа, и в иллюминаторе кокпита показалось яркое оранжевое светило. Мы разделились и несколько часов кружили по системе под маскировкой. Однако космос был мертв и пуст. Выделялись разве что сигнатуры обломков древних кораблей, оставшихся после чудовищных баталий за центр империи Талоран. Жестянщики давно собрали все ценное с судов. Остались лишь пустые остовы некогда мощные боевых машин. Астероидные поля также были давно все изрыты, все дорогостоящие ископаемые за минувшие века из их недр выбраны. Система Талоран представляла из себя иссохший, никому не нужный скелет.
Сориентировавшись, я направился прямо к планете Талоран-прайм. Когда сила тяготения планеты усилилась, наши корветы вывалились из первого слоя варпа и погасили набранную скорость.
— Милорд? Вы хотите посетить Талоран-прайм?
— Никогда нельзя забывать о трагедии, которую нашим предкам устроила Тетрархия… — пробормотал я и направил корабль вниз.
Гончая вошла в плотные слои атмосферы, по которой плавали странные кристаллические облака. Тоже подарок пирамидоголовых. Приходилось правильно выбирать путь и избегать воздушных препятствий. Кое-как мне удалось выявить линии материков и рек. Некоторые русла серьезно изменились. Воды, кажется, стало меньше. Растительность практически полностью исчезла, за исключением жалких скрюченных деревьев. Флора не смогла выжить в том аду, в который превратили планету.
Под нами проплывали серо-белые пустоши, отражающие свет будто ограненные алмазы. Очень долго я парил в надежде отыскать конкретное место, но не преуспел. От небольшого городка, в котором жили родители Аластора и Селестии, осталось не так много. Сплошные руины и развалины необычного вида. Так что я решил спуститься в случайном месте. Искать родной дом бессмысленно.
Гончая опустилась на поверхность. Надев шлем скафа с кислородным баллоном, я направился наружу.
— Никогда не был на Талоран-прайм, — передал по связи Таггард.
Огры также решили прогуляться и последовали за мной.
— Так вот как выглядят последствия ударов стихией Порядка… — проговорила Муиги завороженно, оглядываясь.
Все вокруг нас превратилось в разнообразные кристаллы. Некоторые хрупкие, разваливающиеся от малейшего прикосновения, другие сумели сохранить форму даже спустя года. Здания по большей части рухнули, обернувшись осколками «бетонного стекла». Что уж говорить про слабую человеческую плоть. Кристаллы изысканно переливались в солнечных лучах, создавая фантасмагорическую картину. Безумно красиво, с какой-то стороны, если не знать о том ужасе, через который прошли люди.
Я ходил по хрустящему кристаллическому снегу, осматривал местные диковинки и предавался ностальгическим воспоминаниям. Вспомнил о том, почему прошлую свою жизнь положил на алтарь мести Тетрархии. И в целом даже не жалел о содеянном. Если бы не нынешний мирный договор, то с удовольствием бы продолжил мстить служителям Порядка.
Из того, что мне удалось узнать от пленных пирамидоголовых, а пытать их крайне сложно, Тетрархию беспокоило расширение Талорана. Империя имела шансы распространить свое влияние на всю галактику. Тогда как служители Тетрархии беззаветно служили порядку и блюли баланс во вселенной. Резкие изменения их пугали. Впрочем, Талоран и с Тетрархией активно воевал. Кто ж знал, что пирамидоголовым удастся собрать столь огромный флот, способный пробиться к сердцу империи…
Я зашел в чудом уцелевшее здание, чьи стены превратились в темный кристалл, наподобие обсидиана. Внутри обнаружилась любопытная картина из двух человеческих силуэтов, обращенных в салатово-малахитовые кристаллические структуры. Сложно было разобрать спустя столько времени, но, кажется, удар настиг мать, которая пыталась защитить дитя. Я дотронулся до скульптуры, и силуэты мгновенны рассыпались прахом, превратившись в зеленоватую кристаллическую пыль. Исчез последний мираж былой эпохи, когда Талоран считался сильнейшей звездной империей галактики Новый Путь.
— Прошлое остается в прошлом, — качнул я головой и скомандовал. — Уходим!
Мы покинули негостеприимный мир Талоран-прайм и отправились на настоящее патрулирование систем, прилегающих к Трайдгону. Достаточно однообразное занятие. Курсируй себе под маскировкой по звездной системе в надежде засечь отклик излучения корабля или потоковых эманаций. Учитывая космические расстояния, вероятность такого события была невелика. Могли помочь продвинутый радар, коих у нас не имелось, развитое чутье или непрофессионализм разведчиков условного противника.
Первые два дня мы летали по ближайшим системам, но так и не смогли обнаружить остроухих. Я нашел нескольких рунтарских разведчиков, да и Ястреб чуть не атаковали. Благо, поняли, что это свои. Маскировка Муиги на основе Воды была неплоха, но с моей хаотической сравниться не могла.
— Летим, посмотрим, как дела обстоят в Трайдгоне! — решился я.
— Мне нравится ваш настрой, милорд! — заявил Таггард.
— Действуем аккуратно, под маскировкой, — предупредил я.
Гончая с Ястребом провалились в варп и покинули бесперспективную систему. Ближе к вечеру по галактическому показалась необычная система с двойной звездой. Приближались мы осторожно, опасаясь попасть в засаду сферы подавления одной из сторон конфликта, так что путь занял больше времени. Но в итоге нам удалось войти в систему через ординарное пространство.
Гигантские белые сгустки плазмы кружились в бесконечном хороводе будто двое возлюбленных под венцом. Трайдгон-прайм находился на границе зоны обитаемости. Временами на поверхности планеты температура достигала семидесяти градусов, так что все поселения находились под куполом. Большую часть года солнце жарило не столь активно, поэтому нашлись растительность и животные, которые сумели приспособиться к столь негостеприимным условиям. В основном жизнь кипела возле полюсов, где было не так горячо.
Рунтарский флот, состоявший из княжеского и местного графского, базировался неподалеку от прайма. Мы к ним приближаться не стали. Вместо этого принялись исследовать окрестности системы. Из астрографической энциклопедии мы знали, что Трайдгон богат полезными ископаемыми, в том числе иринитом. Поэтому направились осматривать многочисленные шахтерские поселения на малых спутниках и в астероидных скоплениях.
Мы с любопытством осматривали настоящие города под защитными куполами, ютящиеся на относительно небольших планетных телах. Встретили несколько уничтоженных поселений, до которых дейры успели добраться.
В определенный момент радар Гончей поймал слабый аварийный сигнал. Возможно, что автоматический. Сигнал могли послать и во время нападения, но я решил проверить. Преодолев несколько сотен тысяч километров космического пространства, мы подошли к поясу астероидов, среди которых встречались достаточно крупные объекты.
— Милорд, здесь еще одно разрушенное поселение. Кажется, сигнал идет оттуда, — заметил Таггард.
— Осмотримся. Я иду под маскировкой, вы — ставьте защиту. Вблизи вас в любом случае раскроют.
— Будет исполнено.
Мы приблизились к крупному астероиду диаметром около полусотни километров. На поверхности виднелись руины небольшого разрушенного шахтерского поселения. Выжила разве что передающая антенна. Городок располагался рядом с огромным проходом, который вел в недра астероида. Мы полетали немного возле уничтоженных куполов, но ничего не обнаружили. Сигнал внезапно пропал, и нам не удалось запеленговать точное местоположение источника. Оставалось лишь проверить шахты. Хоть я сомневался, что мы сможем исследовать рудные лабиринты полностью, но чем Варп не шутит. Возможно, где-то в глубине скрываются выжившие шахтеры, у которых кончается воздух.
Корветы легко вошли через основной шахтерский тоннель. Тут бы и крейсер спокойно развернулся. Вот боковые ответвления и штольни были не столь широки. Шахта уходила вглубь на многие километры. Вдоль одной из стен тоннеля вились провода, по которым на оборудование передавалась энергия.
— Милорд, что это? — вопросил Таггард, когда мы достигли приличной каверны.