Абсолютно неправильные люди. Самый лучший не рыцарь.
– Доброе утро, Карри!
Имя пришло ей на ум во время вчерашнего мытья собаки – подсыхающая шёрстка была золотисто-стального цвета, причём, золотистый отлив отчётливо напоминал о яркой специи, которую Марина очень любила.
– Ну и что, что третья собака? У нас же имеется кошачий триКотаж, вот и у собак триПсаж будет… Нда, я с тобой согласна, звучит так себе, но главное-то что? Главное, что ты точно придёшься ко двору! Понимаешь, у меня двое солидных псов! Один – чуть больше тебя с характером, который едва-едва помещается в нашу квартиру и с личным слоником… Второй – это как раз тот самый личный слоник. Причём, оба отлично ладят и замечательно дружат с соседской йорочкой, почти такой же, как ты, только с одним глобальным недостатком – она погуляет с ними, а потом уходит домой и к себе её забрать никак не выходит! А ведь Фуфик уже даже попытки делал, – Марина тихонько рассмеялась, припоминая появление её старшего и миниатюрного пса в сопровождении симпатичной йоркширочки, и с тем самым выражением на морде лица, с которым подросшие сыновья приводят к матери потенциальную невестку и сообщают: «Мама, это Лена (Света, Настя, Лиза) и она будет жить с нами!»
– И, ты представляешь, ничего не вышло – почему-то резко против оказалась хозяйка. Нет, сначала-то она ничего не говорила, только хохотала, но потом всё равно была против! И даже когда в следующий раз Фуфик приволок её сокровище к нам на поводке, то есть ЗА поводок, тоже не согласилась. Фуфик её не понял и обиделся. Зато я сейчас отлично понимаю. Я бы тебя тоже не отдала!
Марина чувствовала себя так, словно не было изнуряюще-тяжёлого последнего времени, словно не выматывали ей нервы родственники Виктора, её внезапная память, родные сестра, бабушка и дед, словно не было работы на износ.
– Антистресс! Отпускается без рецепта, противопоказаний не имеет. Зато имеет ярко выраженный эффект привыкания и острой зависимости от любви, жизнерадостности и верчения под ногами! – рассмеялась она.
– Причём, сила воздействия этого антистресса от породы, внешнего вида, или просто вида принципиальной разницы не имеет! Кот или собака – не так важно! Главное, что ты вдруг так нужна, так нужна, что аж крылья за спиной появляются! – пробормотала она, устраивая Карри на диване, и велела ей:
– Не скучай! Я растерзаю врагов, всех побежу, победю, побдю, тьфу! Короче, пущу клочки по закоулочкам и вернусь с победой!
– Кррррылья у меня точно вырррросли! – она яростно засверкала глазами, заруливая на стоянку и узрев солидную машину Севы, – А также когти, зубы и чешшшшшуяяя! И кто я? Отгадай-ка, а Севочка? Нееее, не понял, вот чудик! Лапками машет, строит из себя душа-парня – так старательно здоровается. Ну, здрасьте! Нет-нет, мой дорогой, кокетничать со мной не стоит, я не наивная Иришка, я – гарпия! И прибыла-то я по твою жадненькую загребущую натурку! Хотя… догадался бы ты, или нет, это уже безразлично – всё равно поздняк метаться!
Марина знала, о чём говорит – предварительные результаты расследования она отослала в головной офис ещё вчера. Да, это очень и очень грубые прикидки, но её попросили показать даже их.
– Спрашивали – отвечаем! Да, вам не показалось – он – вор! – вот что любой финансово подкованный человек мог бы прочесть в её оперативной служебной записке. – Да, аппетит к нему пришёл во время еды, и был он довольно-таки глобальный. Да, есть пути вывода денег. Они вполне отслеживаются и топорно прикрыты. И да, это можно доказать!
В аудиторской компании такие Маринины записки любили – она не ошибалась никогда, чётко, буквально за день-два могла взорвать укрепления из кип документов и хитрых финансовых схем, отлично разглядев самое главное, выцепив его из водоворота отвлекающих деталей, и сдав в надёжные руки «основного отряда», который отправляли ей в помощь по результатам первичных выводов.
***
Всеволод не любил своё имя – нет, он его обожал!
– Владеть ВСЕМ! – он повторял вычитанную в интернете расшифровку имени, поднимал волевой подбородок дома у зеркала, расправлял широкие плечи, ииии… словно стелился под ноги мир, словно сами по себе в руки падали блага, которые он жаждал.
Трудно мелкому клерку быстро вскарабкаться на вершину? Трудно! Но это только если лезть самому, а не ехать на плечах какой-нибудь очередной дyрёхи, готовой ради него на всё! Он ещё в институте понял, как просто и легко можно использовать свою внешность, и никогда не гнушался этим… Какое ему дело до того, что потом чувствуют брошенные им? Бaбaм только дай о чём-то попереживать, о нём или о ком-то другом, велика ли разница? Попалась – сама виновата, надо было лучше думать головой!
Мелкий клерк быстро стал крупным, а потом уже выбился в руководители, ощутив вкус денег. Да не просто жалкой зарплатки-заплатки, не премии, а ДЕНЕГ! Больших, вкусных, бесконтрольных денег, которые только помани и сами потекут в карман!
Неее, Сева не дурак! Подставляться он не собирался категорически – видел глупцов, которые хапали много, но не позаботились о безопасности. Он уж точно не таков! Все бухгалтерские документы в полном порядке – недаром он когда-то был просто мелким клерком, которому поневоле приходилось иметь дело со всей этой бумажной трухой, без которой сейчас не выжить ни одной организации.
Понимал он и то, что хозяева, которые так опрометчиво поставили его у кормушки, поймут, что деньги-то их тю-тю… А это значит, что нужен виновник этого. А ещё лучше – виновница! И кто подойдёт лучше, чем Алисочка, у которой в придачу к идеальному телу в голове всего-то полторы извилины? Одна – плавно переходящая в пищеварительный тракт, и ещё половинка извилины – ответственная за макияж и выговаривание слова «ХАЧУ».
– Хати-хАти, а потом плати! – белозубо улыбался он ей на очередную просьбу что-то купить. Нет-нет, конечно же, вслух он ничего подобного никогда не произносил – Алиса была свято уверена, что это она его поймала на крючок, и что ей-то платить точно не придётся.
Вчера вечером она устроила истерику про ту дурацкую собачонку, которую сама же выпросила у него пару недель назад.
– Сбежала, зараза такая! Выскочила из машины на стоянке и смылась! – злилась она.
– Да и ладно тебе расстраиваться! Хочешь, я тебе ещё одну куплю? Вот, завтра поработаем – у тебя там бумаг неподписанных воз и пара тележек, а потом смотаемся и купим.
– Не хочу я собаку! Хочу шубку! – Алиса моментально утешилась, напрочь позабыв о своей пропавшей «игрушке», – Норковую, ладно, Севчик?
– Нууу, прямо и не знаю. Ты ж работаешь последнее время плохо – вон аж кипы бумаг без твоей визы валяются, а у нас эта аудиторша проверяет чего-то там.
– Севочка, да я всё-всё подпишу, ладно? А потом, вечером, поедем за шубкой? – обрадовалась Алиса, напрочь позабывшая о своих огорчениях и выстукивая что-то радостное своими каблучками. Ведь у всех свои поводы для радости…
Глава 6. Наикрутейший финик
Алиса крутилась около зеркала в новой шубке, глаза сияли, счастье её обволакивало, как мягкий мех… Для достижения вершины блаженства ей не хватало лишь зависти!
Да-да… какой же это успех, если ему никто не завидует? Нет, она бы сразу в шубке на работу пришла, но сейчас же лето!
– И ладно! Я сейчас в инсте фотки размещу! Вот все закачаются! – Алиса обожала это! Её успех заставлял корчиться знакомых девчонок от того, что Алисой почиталось символом своей высшей удачи. Тебе завидуют – значит, ты крута, успешна и опупительно хороша!
По крайней мере, именно так и в таких выражениях Алиса и думала.
Всякие глупые фразочки бывших однокурсниц-зазнаек, которые говорили, что не верят, что Алиса может даже обычной бухгалтершей или экономистом работать, разбивались о жестокую реальность! Алиса именно что была наикрутейшим фиником!