Александр. Том 1 (СИ)

Надо же, как быстро мальчишка сообразил, что величество сменилось. Далеко пойдёт, если куда-нибудь не влезет по дурости. Соображалось крайне плохо, и в голову лезли какие-то странные мысли. Мне даже было неинтересно, кто я такой. Скоро и так всё выяснится.
Почему-то было крайне важно только одно, вырваться отсюда. Просто, чтобы меня ни в какой блудняк не втравили, собравшиеся за дверью господа. Почему-то занозой в мозге шевелилась мысль о том, что если я свалю, то впоследствии у меня будет больше возможности для манёвров.
Потайная дверь была не очень надёжно замаскирована портьерой. Винтовая лестница за ней действительно вывела нас на улицу. Как только мы с корнетом оказались во внутреннем дворе, я сразу же почувствовал, что да, мать твою, не май месяц.
После душной комнаты стало как-то резко холодно. Зато в голове немного прояснилось. Огляделся, чтобы понять, где я очутился. Ни черта не понял из-за того, что было довольно темно. На дворе стояла глубокая ночь, темноту которой разрывали всполохи огня, то тут, то там. Народу во дворе собралось побольше, чем в комнате. Все в форме времён войны с Наполеоном.
Поёжившись, я обхватил себя руками. Только простыть не хватало.
Нас с корнетом тут же окружили офицеры. На плечи легла чья-то тёплая шинель, и я с благодарностью посмотрел на молодого офицера, который её на меня набросил. Промелькнувшая было мысль, что я попал к реконструкторам, тут же улетучилась, стоило мне вспомнить тело покойного императора. Какого только императора, мать вашу?
Розин тем временем быстро поставил остальных в известность о смерти его величества. И опять никто не произнёс ни одного имени. Вот же… И как мне ориентироваться-то?
— Ваше величество? — обратился ко мне растерянно тот самый офицер, который шинель свою отдал. Похоже, никто не мог сообразить, что же дальше делать.
— Я хочу уехать… — я пристально посмотрел на него.
— Поручик Зимин к вашим услугам, — он тут же вытянулся передо мной.
— Поручик, я хочу уехать отсюда. Мне нужно побыть одному, — словно по волшебству ко мне подвели осёдланную лошадь. Вот об этом я почему-то не подумал. А ведь лошадь судя по антуражу как бы предполагалась.
— А ваше сопровождение, ваше величество? — всё ещё хмурясь, спросил корнет.
— Вот ты корнет, и составишь моё сопровождение. И ты, поручик. Подберите ещё людей, сколько нужно и поедем уже, — скороговоркой произнёс я.
— Куда едем, ваше величество? — деловито уточнил поручик. — В Зимний?
— Да-да, в Зимний, — закивал я.
Ну, слава богу, хоть что-то прояснилось. Я знаю только один Зимний дворец, который в Петербурге находится.
Верхом ездить я немного умел. А принц, которым я сейчас себя представляю и подавно. Я пока не полностью смирился с мыслью о том, что всё это происходит на самом деле. Потому что, это невозможно. И я очень скоро приду в себя в реанимации. Или не приду, тут, как повезёт. Вот только окружающая меня действительность выглядит настолько реальной… Ладно, пока подыграем ей, а там, будь что будет.
Небольшой отряд из шестерых человек тронулся в сторону выезда со двора. Новость о том, что король умер, да здравствует король, уже успела облететь собравшиеся во дворе войска.
Солдаты и младшие офицеры перешёптывались, пропуская мой небольшой отряд. Старших офицеров я не видел. Сдаётся мне, что половина из них, если не все, сейчас столпились у кровати покойного императора.
Когда мы уже покидали пределы замка, чью громаду я видел только в виде очертания, на улицу выскочил человек. Он выскочил через ту же дверь, через которую недавно вышел я сам. В руках он держал канделябр, и я сумел разглядеть худое лицо с тонкими чертами.
— Ваше величество! — завопил он, увидев меня. — Куда же вы? Стойте?
— Ага, сейчас, только шнурки поглажу, — пробормотал я себе под нос и выехал со двора не дожидаясь, когда он меня догонит. Почему-то мне казалось очень важным сбежать отсюда именно сейчас, чуть ли не демонстративно дистанцируясь от находящихся в спальне с мертвецом людей.
Кроме того, мне предстояло сейчас самое главное. Не привлекая внимание узнать, кто я такой. Кем был покойный император и по возможности все остальные, присутствующие в комнате. А после этого уже начать думать, что делать дальше.
 
Меня слегка тряхнуло и что-то кольнуло в бок. Опустив руку, благо мы не галопом летели, я нащупал в кармане что-то довольно массивное. Ах да, я же что-то с каминной полки снял. Вытащив предмет, поднёс его к глазам.
Это была коробочка, настоящее произведение искусств. Вот только один её угол был залит чем-то бурым. А ещё от коробочки просто разило табаком. Сразу захотелось чихнуть. Зато сразу же пришло понимание, что это табакерка. А ещё я, кажется, понял, кем был покойный император, и кто я такой.
Так что, планы немного меняются. Мне сейчас нужно найти подтверждение моей догадки. А также хоть что-нибудь, что укажет мне, был ли замешан сынок в устранении родителя, или всё же нет. Потому что именно от этого надо будет отталкиваться в моих дальнейших действиях.
  
Глава 2
 
Боже, благослови регламент. Наверное, он пока называется как-то по-другому, но суть от этого не меняется. Во всяком случае, блуждать по Зимнему дворцу мне не пришлось, гадая, где же мои комнаты расположены. И усиленно делая вид, что прогуливаюсь.
Наверное, в этом случае, меня бы точно не поняли. И никакие отговорки про потребность в одиночестве, не прошли бы. Потому что в одиночестве, вон, по галерее можно болтаться, удовлетворяя свои извращённые потребности. Это сейчас модно, в одиночестве дзен постигать. А заглядывать в каждую комнату, большая часть из которых обязательно будет женскими спальнями — это как-то странновато. Даже для слегка поехавшего на почве горя от потери родителя нового императора.
Но, существует регламент, благодаря которому я не плутал сейчас по дворцу, привлекая излишнее и нездоровое внимание.
Как только мы спешились во дворе Зимнего, поручик Зимин пошёл впереди меня, а корнет Розин позади. Таким образом, они неосознанно показывали мне дорогу, за что моя благодарность к ним только усилилась. Это, кроме того, что Розин вывел меня из замка, скорее всего, Михайловского. А Зимин набросил шинель и очень быстро организовал мне эскорт, позволяя покинуть это проклятое место.
Кроме этих двоих, никто со мной больше не пошёл. Остальная свита осталась во дворе. Скорее всего, они разбредутся, как только я скроюсь из вида, но для меня это уже будет неактуально. Скорее всего, Зимин и Розин таким вот образом выполняли видимость охраны. Если покойного Павла Петровича также охраняли, неудивительно, что с государем удар приключился.
Мне надо себя обезопасить. Вот что нужно сделать в первую очередь. Но, как это сделать, если я понятия не имею, кто участвовал в заговоре. И всё, что я про это помню — заговорщиков было много.
Рука в кармане нащупала табакерку. Мне во что бы то ни стало надо себя обезопасить. Это будет первое, что я сделаю, если в ближайшие месяцы вообще выживу. К чёрту Наполеона, в задницу небо над Аустерлицем, мне пока точно не до них. Главное — выжить. Потому что, один неверный шаг, и похороны будут двойными.
Я снова сжал в руке табакерку. Павел сопротивлялся, это факт. И никто, вообще никто на шум в спальне не отреагировал. Удар с государем случился, бывает, мать вашу. Тут явно очень серьёзная прополка необходима. Но главное, дров не наломать.
Я покосился на своих сопровождающих. Интересно, они знали про заговор? Так, Саша, успокойся. Паранойя — это всегда хорошо, но в меру. Если подозревать вообще всех, то проще побежать обратно, чтобы вернуться в Михайловский замок. Благо я теперь знаю, где нахожусь, и точно не заблужусь. Подпереть все без исключения двери, и на глазах изумлённой гвардии спалить этот чёртов дворец, громко хохоча. Вместе со всеми находящимися там заговорщиками, теми, кто молчаливо позволил заговору осуществиться, и покойным императором. А потом всем говорить, что вот такой оригинальный поминальный костёр отцу организовал.