Истинная сумрачного дракона. Лед и пламя (СИ)

— Хель, — Мистивир нежно провел кончиками пальцем по ее скуле, убрал выбившуюся прядку за ухо, — я командир стражей, какой пример я подам остальным, закрутив роман с наследницей? В северной крепости нет дракониц. Совсем. Именно потому, что не нужны проблемы с дисциплиной. Сейчас нас спасает то, что ты наследница рода Золотых драконов, а твой отец — наш Повелитель. Хель, той ночью я должен был тебя отправить в твою комнату, но я не смог совладать с собой. Со своими желаниями. Я ответственен за случившееся…
— Тише, — она приложила пальцы к его губам, заставляя замолчать. — Мистик, не бери на себя больше, чем есть на самом деле. Я оказалась именно там, где больше всего хотела. Вот вообще не жалею о той ночи. И я бы согласилась проводить с тобой каждую ночь. Но из уважения к твоей должности командира крепости обещаю вести себя достойно, — она хитро улыбнулась. — Я понимаю, что затерянная в горах крепость возле самой Бездны — не место для капризов.
— Ты чудо, Хель, — Мистивир, мягко обхватив ее руку своей, поцеловал каждый пальчик. — Золотой огонёк, теплый, согревающий, среди снегов Мрачных склонов. И я буду счастлив отдать за тебя жизнь.
— Дурак ты, Мистик, — Хельга старалась говорить ровно, но это было сложно: сердце билось часто— часто, щеки пылали, а тело недвусмысленно намекало, что вот сейчас нужно не разговоры разговаривать. Не нужна ей жизнь этого дракона. Ей хочется жизнь с ним. Как наследница, которую обучали вести дипломатические и светские беседы, она осознавала всю важность правильного построения фразы. Но сейчас просто не могла собраться с мыслями, каждый поцелуй на ее коже горел огнем, посылая будто молнии по телу и разжигая желание.
— Дурак, — покладисто согласился он. — И ставлю твою репутацию под угрозу.
«Создатель, ну почему из всех драконов я влюбилась вот в этого ответственного?» — Хельга мысленно закатила глаза. Ну полно же в столице драконов на любой вкус, и не страдающих вот такими глупостями! Нет же!
— Уверена, моя репутация в твоих надежных руках, — улыбнулась она. — Не вздумай вечером отменить тренировку, — замолчав, добавила с угрозой: — А то ночью приду к тебе в спальню.
— Теперь мне нестерпимо хочется ее отменить, — без тени улыбки произнес Мистивир, наклоняясь к Хельге. У драконицы на миг сбилось дыхание и она запрокинула голову, подставляя губы для поцелуя. Медленного, нежного, дразнящего. Когда подгибаются колени и все становится неважно. Выдохнув, она раскрыла губы, приглашая Мистивира стать смелее. Но этот гад ответственный взял и отстранился! Уперся лбом в ее лоб и тихо произнес: — Ты не заслуживаешь такого обращения. Не в темном переходе.
— И что мне с тобой делать? — задала Хельга риторический вопрос. — Не отвечай.
— Уходи, Хель, — попросил ее Мистивир, прижимая к себе крепче.
— Ухожу, — хихикнула она, — чтобы не подрывать твою репутацию грозного и мрачного командира, — подарив ему легкий поцелуй в щеку, вывернулась из объятий, больше похожих на хватку и, сняв заклинание с дверей, вышла в коридор. Глянув по сторонам и никого не обнаружив, вприпрыжку поскакала на выход, напевая себе под нос фривольный мотивчик.
С еще одним образцом слишком ответственного дракона мама живет вот уже вторую тысячу лет. Значит, как— то можно эту всю ответственность обойти.
— Ты чего такая довольная? — окинул ее подозрительным взглядом дядя Асвёр, с которым она столкнулась в холле.
— Бъёрн уже должен был допечь пирожные по новому рецепту, — нашлась Хельга, невинно улыбаясь. Улыбку держать оказалось трудно, потому что на стенах появились едва заметные разноцветные блики. — Бегу пробовать, — соврала и быстро скрылась в кухне. Пробовать новые пирожные она и правда должна была, но только за ужином. — Бъёрн, а можно попить что— нибудь вкусного? — попросила повара, удивленно выгнувшего брови. Ну да, она тут была вот только. Ну пить захотелось.
— Есть фруктовый чай, — Бъёрн махнул рукой на кувшин. — Он и теплый вкусный.
— Прекрасно, — искренне улыбнулась Хельга и пошла к шкафчику за кружкой. Даже магией забыла воспользоваться от растерянности. Прихватив с собой кружку с чаем и кусок пирога, пошла обратно в библиотеку. Стоило кинуть взгляд на стены в бликах, как в мозгу начинала зудеть какая— то мысль, ухватить которую никак не получалось.
 
Разгадка пришла позже. Лорд Асвёр так увлекся обучением Хельги, что уже не стеняясь заставлял ее применять магию вне стен крепости. Ближайший склон уже почти остался без снега, растаявшего под огненными шарами. Колдуна приводило в полный восторг, что магия наследницы здесь, в немагическом месте, наоборот, расцветает, становится податливой и слушается. Ну как тут устоять от экспериментов?
Уставшая Хель, за обучением которой наблюдали все стражи, просто обратилась в драконицу и взлетела на смотровую башню, на которой сейчас никого не было.
— Я устала! — крикнула она Асвёру, оставшемуся внизу. — Хватит на сегодня! — и чтобы ее отсюда не выгнали, поставила защиту. На мысленные призывы дяди Асвёра тоже не отвечала, один раз огрызнулась, что достали и даже не покормили. В общем, обиделась на всех. Да еще и Мистивир улетел опять к Бездне, категорически отказавшись взять ее с собой. С того поцелуя прошло уже очень много времени, слишком много, и она страшно соскучилась. И злилась. Поэтому когда на горизонте появились точки возвращающихся стражей, с трудом удержалась, чтобы не запустить в одно конкретного огненным шариком. И пусть он почти сливается с грязными серыми тучами, она бы не промахнулась!
Но вместо этого опустила нос в пушистый шарф и сунула руки в карманы, продолжая наблюдать за прилетом драконов. Вот вся десятка садится во дворе, вот к Мистивиру подходит дядя Асвёр и что— то говорит, вот оба дракона поднимают головы и смотрят прямо на вершину той башни, где она находится. Хельга показала им язык и отвернулась в сторону гор.
Через некоторое время в дверь башни постучали ногой и раздался голос Мистивира:
— Хель, я принес горячий чай и булочки. Открой дверь.
— Оставь и уходи, — крикнула она.
— Хель, ну что случилось? — вновь раздалось из— за двери. — Утром у тебя было другое настроение.
— А вечером оно испортилось! — рявкнула Хельга, рывком открывая дверь. — Это что такое? — она ткнула пальцем в глубокий порез на лице своего дракона.
— Монстрик шустрый попался, — пожал плечами Мистивир. — К утру затянется. Хель, ну что случилось?
— Наглые, ссссамоуверенные и непрошшибаемые драконы ссслучились, — прошипела она, когда Мистивир обошел ее и закрыл дверь. Принес он не только чай и булочки, но еще и одеяло и накидку из шкуры маура. Бросил мех на пол у стены, туда же одеяло. И, устало улыбнувшись, попросил:
— Придумай что— нибудь, чтобы нам тут не замерзнуть. А то два дракона развалят эту башню.
Хельга, выгнув бровь не хуже своего наставника, на пару минут задумалась, а потом прошептала заклинание, если все сделала правильно, то камни пола под шкурой не будут их морозить. По принципу работы термокружки. Не зря же она столько слушала рассказов мамы и тети о далеком мире, откуда их перенесли сюда. Проходя мимо Мистивира, отобрала термокружку и булочку и первой уселась на накидку. Да, не тепло, но и не холодно. Главное, не забывать поддерживать заклинание. Сумрачный поставил на накидку свой перекус, подхватил одеяло и, усевшись рядом с Хельгой, накрыл обоих.
— Так ты расскажешь, что случилось? — мягко спросил, беря в руки свою кружку. Он устал, отмахав крыльями такое расстояние. Сейчас бы поесть и завалиться отдыхать. Хель хранила гордое молчание, отвернувшись. Но скоро ей это наскучило, и она, привалившись к боку Мистивира, мрачно произнесла:
— Драконы случились. В частности, ты.
  
Глава 28
 
— Я? — удивился Мисивир такому повороту.
— И ты в том числе, — серьезно заявила Хельга. — Вот смотри, папа у меня правитель. Дисциплина, этикет, то нельзя, это… Потом магия проснулась и за меня взялся дядя Асвёр. В роду Холотых драконов магов не было, это раз. Наследницу в академию? Ужас какой, вдруг кто обидит, это двва. Ну и интересно же, это три. Потом ты, — она фыркнула как настоящий маур. — Серьезный, ответственный и все такое. Гоняешь меня, будто в стражи готовишь, — откусив булочку, продолжила: — Я уштала. Нафоело, — проглотив, запила чаем. — Блин, нельзя разговаривать с набитым ртом. Но! Давайте хватит надо мной издеваться, а? Мамы на вас нет.