Переселенец 2 (СИ)

— А они нас не пристрелят на обратном пути? — задала резонный вопрос Танафа. — И что значат твои слова «заявляю под видеозапись»?
— Моя фразы означает, что я произвожу видеозапись ситуации, которая будет передана всем заинтересованным структурам. В данном, случае — руководству города Землпекаменск и их отцу. Так что не удивлюсь, если тот уже расстёгивает свой ремень, чтобы всыпать обоим сыновьям как следует. А есть ещё запись под протокол, когда двум договаривающимся сторонам можно оговорить все нюансы сделки, чтобы потом пресечь фразы типа «я не понимал, что делаю!»
  
— Не перегибаешь ли ты палку? По сути они просто хотели проехаться. Разве это терроризм?
— То, что сейчас они хотели сделать, почти однозначно можно классифицировать как захват транспорта, с находящимися в нём людьми.
— Ты уверен, что это терроризм? — задала очередной вопрос Танафа. — Насколько я помню, целью терроризма является насилие с целью устрашения государственной власти или государственных служащих.
— В целом ты права, так как насилие с целью устрашения обычных людей на Сайяри расценивается как разбой, и имеет несколько иной статус преступления, — пояснил я. — Но посмотри на мою одежду. На ней надпись, свидетельствующая, что я работник городского офиса, то есть, государственный служащий.
— Но у тебя же сейчас нерабочее время.
— Нет, мы находимся в экспедиции по решению продовольственной задачи, поставленной руководством города. Это служебная командировка, которой решили препятствовать двое парней, возомнившие себя хозяевами берега озера. Это не хулиганство и не разбой, а чистый терроризм с планируемым захватом городской собственности. Гравиплатформа же не частная… Вон и надписи соответствующие у неё по периметру.
— Теперь я поняла! — обрадовалась Танафа. — Прям от сердца отлегло, а то я начала думать, что мы…
— Вы всё сделали правильно, — оборвал я начинающийся словесный поток. — Вы обе действовали грамотно и чётко. Теперь они предупреждены, и в следующий раз нам можно просто стрелять на поражение, как только захотят повторить свои действия.
— Тогда последний вопрос: ты сказал, что видеозапись будет передана городскому руководству и отцу тех парней. Как?
— Ты же слышала про коэффициент общественной полезности? Тот, у кого он превышает четыре единицы, может отсылать фотографии и видео любому человеку на Сайяри. Любой переселенец тоже волен записывать видео, но просматривать его могут только федеральные агенты. А теперь поехали!
  
Глава 27
 
Птичья колония не произвела на Танафу хорошего впечатления, — слишком шумно, слишком грязно. Птенцы уже вылупились, и раз искать яйца нет никакого резона, то мы побыстрее пересекли каменистый участок и вскоре оказались у пещеры.
— Так вот зачем мы везли эти камни, клей для них и сборные кровати! Вы хотите оборудовать временное убежище? — догадалась наша спутница, которой мы изложили усечённую историю нашего первого пребывания в этом месте.
— Да, — кивнул я. — Думаю, что нет смысла ехать дальше, так как придётся заночевать под открытым небом, а в эти предзакатные часы успеем сложить стену из этих нарезанных блоков.
Девушки слезли и начали готовить ужин, а я принялся перетаскивать блоки и сразу же возводить стену, смазывая пазы и вставляя в них гребни. Строители таким образом обычно делают внутренние перекрытия, но здесь не перед кем красоваться.
Вода закипела, яйца начали вариться, и девушки ринулись мне помогать, взяв на себя труд по намазыванию клея. Работа пошла чуть быстрее. Конечно, до ужина стена не была возведена, но большую половину уже сделали.
— А с краями стены, что будем делать? — Танафе было всё интересно. — Там же щели.
— То же самое, что иногда делают со щелями на Нне, — зальём монтажной пеной. Можно справиться и другим способом, но это потребует значительно больше времени.
— Странно видеть, что вход в пещеру закрывает обычная дверь, — заметила Лимара, до этого лишь с лёгкой улыбкой наблюдавшая за подругой. — Вряд ли она спасёт от зверей.
— А зачем зверям лезть в закрытую дверь? Они её воспримут как часть стены. Да и сама дверь не картонная, а полимерная, так что нужной ой как постараться, чтобы её разбить. К тому же она открывается наружу и имеет специальные усилительные штыри. Её и медведь пробить не сможет… Наверное… Да и незачем ему. Мёда же в пещере нет. Ха-ха!
До самого заката мы таскали строительные блоки и возводили стену. Успели! Я даже порадовался, что пещера такая небольшая, а то пришлось бы и часть следующего дня на стену потратить. Поставив гравиплатформу поближе к двери, мы перенесли все вещи и заперлись изнутри.
— Не задохнёмся? — забеспокоилась Танафа.
— Нет, наверху оставлено несколько специальных отверстий.
— А, ну да, — успокоилась девушка, укладываясь на одну из кроватей. — Что показывают камеры?
— Камеры показывают, что снаружи пусто. Вот тебе, Танафа, патроны. Сегодня ты не успела потренироваться, так что перенесём стрельбу на завтра, но на всякий случай запомни, где будут лежать патроны. Да и ночник я не стану выключать. Кстати, если кому нужно, то лучше сделать все свои дела до того, как уснём.
— Не глупее тебя, — позевывая, ответила Лимара. — Мы уже большие и напоминать нам не надо. Всё сделано, а ты даже не заметил, охотничек!
— Тогда всем приятных снов! — сказал я и положил голову на подушку, радуясь, что нет необходимости назначать ночных дежурных, ни самому вставать на охрану лагеря.
На удивление проснулся рано и почти сразу понял причину, — спёртый воздух. Всё-таки для троих пещера маловата. Посмотрел, что показывают камеры наблюдения и убедился, что снаружи никого нет, но карабин всё равно взял в руки перед тем, как выйти. Светало, и воздух был прохладно-бодрящим.
— Кто дверь оставил открытой? — спросонья подала голос Лимара, и тут же села, схватив карабин.
«Всё спокойно», — послал ей сообщение.
Девушка вышла, обвела взглядом местность. Утро действительно неплохое. Вскоре проснулась и Танафа, и мы занялись завтраком.
— Рядом удобное местечко для ныряния, — сказала Лимара.
— Нет, ещё прохладно и даже прибрежная вода не прогрелась, — попытался пресечь я поползновение.
— Не ждать же до вечера!
— Мы можем просто поехать дальше до того места, где остановились в прошлый раз. Вовсе необязательно нырять везде.
Лимара фыркнула и пошла к воде, сняла обувь и поводила ногой по поверхности.
— Тёпленькая, — с видимым довольством произнесла девушка, но я ей не поверил. — Какой сейчас сезон, а то так и не могу понять весна или лето.
— Я спрашивал у охотников. Они говорят, что разница между средними летней и зимней температурами составляет примерно градусов семь-десять и ниже плюс пятнадцати днём редко когда падает. Так что летом тут не слишком жарковато, а зимой тепло.
— А на южном побережье?
— Примерно похоже, но в среднем теплее градусов на пять. А вот в далёких восточных городах, тех, что в степи, зимой и снег может выпасть, но почти сразу тает. Повезло нам с погодой.
Печальный взгляд Лимары говорил, что она со мной не согласна и хоть сейчас готова плыть на южное побережье, чтобы целыми днями не вылезать из воды.
— Думаю, надо нырнуть, — сказала девушка, исподлобья глядя на меня. — И не отговаривай!
— Ты сама полчаса назад жаловалась, что холодный воздух тебя разбудил, — сделал я попытку достучаться до её разума. — Давай хотя бы часа два подождём? Проедем подальше, там и поныряешь.
— Два часа мало на что повлияют, — отмахнулась Лимара. — Ты и через шесть будешь твердить, что вода холодная. Ведь будешь же?! То-то!
  
— Фанух, — подала голос Танафа, — да пусть сходит. Что с ней за пару минут случится?
— На пару минут отпущу, — я злорадно улыбнулся. — На пару минут можно.
Лимара нехорошо посмотрела на подругу, но ничего ей не сказала, зато обратилась ко мне: