В подземелье я пойду, там свой level подниму VIII (СИ)

Никто никак препятствовать мне не стал. Моя цель была проста – подойти к бомбе и пронзить этим ледяным клинком. Бомба была создана не из тротила. Совсем нет. Это был новый материал, хорошо мне знакомый – его добывают в некоторых подземельях С-ранга, и стоит он не очень много. Я, как авантюрист с лицензией, имел право покупать этот порошок и не понаслышке знаком с его эффектом – пару раз мне эта дрянь спасала жизнь, но пару раз я из-за нее лишался конечностей.
Ну и что же в Научном мире забыло оружие из Подземного? Тем более, этот порошок не то чтобы легко достать – все, что связано с ним, очень строго контролируется – его даже на черном рынке редко найдешь.
Секунда, вторая, третья – несколько килограмм взрывчатого вещества превратились в лёд. В потенциале это еще можно разморозить – как-никак, ножик действительно лишь С-ранговый – но вряд ли этот порошок больше взорвется – максимум, может руку обжечь, если неосторожно коснуться.
Немного помедлив, я бросил нож на пол.
— Ох, вы это видели! — удивленно воскликнул я. — Этот странный предмет появился прямо из воздуха! — показал я на артефакт. — Может, это магия? Чудо?! Этот нож умеет телепортироваться!
Конечно же, я делал это потому, что владеть магическими артефактами или подземными предметами противозаконно. Даже за огнестрел дают меньший срок, чем за какой-нибудь исцеляющий артефакт. А значит, светить таким ножиком в полицейском участке – та еще глупость.
Впрочем, я сделал это намеренно, а не потому что не было альтернатив.
Мне нужно убедиться, что они держат свое слово. Артефакт и бомбы – объяснить это на суде или кому из высших чинов я смогу, но вот с трупом будет все куда сложнее.
У Мито чуть глаз не задергался, и она потерла переносицу – судя по всему, напряжение схлынуло, а вот усталость не прошла. А вот мистер полисмен с ожиданием смотрел на нее, будто ожидая приказа. 
— Схватить его и отправить в допросную, — приказала она.
Полисмен немного помедлил, но подошел ко мне и сковал конечности наручниками.
— Уверена? — мне и самому показался свой голос немного хриплым, но ничего поделать я не смог – ее поступок заставил меня разочароваться в ней.
— Д-да… — ее голос дрогнул, а сама она будто почувствовала себя менее комфортно. — Оформите как свидетеля по делу о попытке взорвать наш участок… — добавила она и отвела взгляд.
Я чуть удивился, но быстро вернул себе благоприятное расположение к ней и улыбнулся.
— Какой еще свидетель?! Я пострадавший! Пришел, видите ли, в полицию за помощью, а тут вдруг за мной побежали полисмены! А потом бум, бах, и бомба! Вентиляция у вас, кстати, полный отстой – там холодно и жутко неудобно! Подумали бы о тех, кто будет от вас там скрываться, раз уж оказались так любезны, что предоставили такую возможность. Ну так вот, бомба. Я в первый раз бомбу увидел! Я обычный учитель музыки! Эта бомба оставила мне глубокую психологическую травму!
— Уведи его уже, пожалуйста… — с мольбой посмотрела она на Старшего офицера.
Ну раз уж все сложилось именно так, то все хорошо. Даже то, что я нашел бомбу, сыграло мне на руку – хотя, дело это было очень опасным, и любая ошибка могла светить мне провалом миссии Гила.
«Она подходит, — улыбнулся я, направляясь в допросную. — Она не настолько влиятельна, как Марк, но гораздо легче поддается манипуляциям, так что, возможно, она даже получше будет…»
Думаю, первого человека, с которым нужно образовать прочную связь, я уже нашел. Заполнить еще несколько пустующих мест в моем списке нужных людей, и можно будет начать активные поиски этого «Сердца Техносити».
Нужно будет еще присмотреться к Шпиону. Если я окажусь прав на его счет, то следующей моей целью станет он.
  
Глава 10
 
Оказаться второй раз за два дня в комнате для допросов – это новый рекорд для меня, но, думаю, дело в том, что подобные помещения в России просто не используются, ведь в том же «обезьяннике» мне доводилось бывать и по три раза на дню.
Предо мной сидела все та же красавица-сержант и хмуро смотрела на меня. Про себя я представлял, что сержант – моя жена, которая пришла со мной на свидание в тюрьму – а я, соответственно, заключенный. Не знаю почему, но мне от этого было смешно, и оттого я не мог сопротивляться этому желанию – хотя, казалось бы, в самой женщине я не был заинтересован.
 
— То есть, ты продолжаешь утверждать, что все это – недоразумение? — вздохнула она и потерла переносицу.
— Ну да. Посмотрите на камеры видеонаблюдения – на них видно, что я бегал по зданию без бомбы, а потом поднялся в вентиляцию и уже оттуда вытащил бомбу, — привел я аргумент.
К сожалению, сам процесс того, как я поднимался в вентиляцию, камеры не сняли, но это мой просчет – сам виноват, что не ожидал подлянки от такой «гениальной» идеи и поднялся наверх в туалете, хотя, казалось бы, понятно, что там нет камер. Но это не так критично, потому что сложить два и два может каждый, а, как из вентиляции с бомбой выпрыгиваю, я догадался показать на камеру.
— Тогда задается логичный вопрос – как взрывчатое вещество вообще оказалось в вентиляции? — прищурилась она.
И снова по кругу.
— Откуда мне знать? Наверное, тем же путем, которым я собирался покинуть участок – через вентиляционные лазейки. Вы что, никогда не смотрели американских фильмов, Мито-сан?
— А как же твои слова о бомбе?
Я посмотрел в ее глаза и вздохнул.
— Меня это уже достало. Если вам есть что предъявить, давайте. Или уже перейдем к чему-то поинтереснее этого недоразумения?
Поскольку я обозначен как свидетель, им будет очень трудно получить ордер на обыск, и уж тем более это не получится сделать за пару суток, а значит, пока о трупе они не знают. Надо разобраться с этим быстрее, чем это изменится.
— Ты и вправду думаешь, что мы тебя так просто отпустим? — прищурилась она.
— Ну я же свидетель, — ухмыльнулся я. — Вы не имеете право держать меня тут против моей воли.
Она промолчала. Прошло почти три минуты, когда она, наконец, перестала буравить меня взглядом, встала и направилась к выходу.
Немного подумав, я решил действовать чуть активнее.
— Если вы выйдите из помещения, можете забыть об изначальной причине, почему я пришел в участок, — бросил я ей в след.
Она остановилась на последнем шаге, так и не открыв дверь, после чего вздохнула и вернулась на свое место напротив меня.
— Ну и что ты хочешь рассказать?
— Для начала, давайте договоримся, что и в этом преступлении я не виноват, — предложил я. — Точнее, не так. Я вообще не буду фигурировать в этом деле, даже в качестве свидетеля. В крайнем случае вы просто обозначите меня как анонимный источник.
— Ты еще в чем-то замешан? — нахмурилась она.
— Честно-честно, нет. Я ведь говорю, меня в этом деле вообще нет, есть только анонимный источник, — улыбнулся я.
— Ну и что этот «анонимный источник» сделал?
— Этот «анонимный источник» ничего не сделал, — поправил я очки. — Но можно сказать, что он кое-что нашел. И, чтобы это «кое-что» нашла и полиция, вы должны обещать не приплетать никаких невероятно обаятельных иностранцев к этому делу.
— Хорошо, — вздохнула она. — Рассказывай.
— Нет-нет, так дело не пойдет, — покачал я головой и достал телефон. — Нам нужно не просто устное соглашение. Говорите на камеру, Мито-сан, — улыбнулся я.
— Откуда у тебя телефон? — удивилась она. — Его у тебя должны были конфисковать!
— Я сказал Мицухира-сану, что если он попытается это сделать, то, как только я выберусь, я расскажу его жене, чем он занимался на прошлых выходных, — ухмыльнулся я. — И не надо так кривиться – парень не настолько безответственен – я отдал ему сим-карту, так что ни с кем связаться я все равно не смог бы. Тем более, я ведь свидетель, забыли? — фыркнул я.
 
Откуда я знаю, чем он занимался на выходных? А кто сказал, что я знаю? Просто, он был не очень похож на такого уж блюстителя целомудрия, а поскольку на пальце у него было кольцо, то я просто прибавил два и два, а потом дал ответ.