Эвермит: Остров Эльфов (ЛП)

Слабый, радужный проблеск света в восточном небе привлек внимание задумчивого бога. Он прищурился, пытаясь вспомнить, что в этом свете показалось ему таким знакомым. Внезапно годы пролетели, и Малар вспомнил далекое время, время ужасных разрушений от рук самых могучих охотников, известных этому миру.
Бог вскочил на ноги и помчался через лес. Он добежал до ближайшей горы и не останавливался, пока не оставил под собой линию деревьев. Наконец он встал на вершине горы. Перед ним расстилалось ночное небо - голая пустота тьмы, лишенная всякого света, кроме одного.
К этому времени высоко в небе взошла новая звезда, огромная и яркая настолько, что просвечивала сквозь туман. Она висела над горами, мерцая, как один багровый глаз. Малар вскинул руки и торжествующе закричал. Все было так, как он и думал. Король-убийца вернулся.
Возможно, некоторые боги понимали ритм звезд и отмечали появление яркой красной звезды. Малар не был таким богом. Но он помнил одну вещь - одну очень важную вещь. По неизвестным причинам, когда Король-Убийца ярко сиял над Фаэруном, драконы собирались и улетали.
Наконец-то Малар знал, как лучше всего отомстить Эвермиту.
Бог начал танцевать в тусклом красном свете Короля-Убийцы. Нити божественной магии улетали на поиски последователей Повелителя зверей и проникали в сны тех, кто его слушал. Всем своим жрецам и шаманам Малар послал одно и то же сообщение:
Собирайте верующих. Пришло время Великой охоты.
* * * * *
Орда орков пронеслась через лес, не делая никаких попыток скрыть свое присутствие или заглушить звук своего приближения. Да и смысла в этом не было. Путь драконьего полета прошел над этой землей, оставив широкую полосу обугленного и безжизненного леса.
"Не знаю, зачем мы сюда приехали", - пробормотал молодой седобородый орк, шедший в конце процессии. Это был его первый рейд, и пока что он не оправдал его ожиданий. Великая охота, в самом деле! Им еще не удалось убить ни одного эльфа. Даже четвероногой дичи было мало.
Его спутник пожал плечами и переложил свое неочищенное копье на другое плечо. "Вапгард сказал - приезжайте, мы приехали".
"Здесь ничего не найти", - ворчал серый. "Зачем драконам вообще жечь лес?"
"Хмф! Ты не помнишь голодную зиму? Суровый снег. Слишком много волков пришло на юг. Оркам трудно найти дичь".
Серый орк хрюкнул. Конечно, он помнил. Он еще не был достаточно взрослым, чтобы считаться бойцом, но он был достаточно взрослым, чтобы охотиться. В его ушах еще звенели воспоминания об ударах матери, когда он день за днем возвращался в пещеру с пустым мешком.
"Что мы делали тогда?" - настойчиво спрашивал его собеседник.
"Ах!" Орк оскалил клыки в ухмылке, уловив смысл. "Одни орки жгут лес. Другие орки, многие-многие, ждут у реки".
"Я слышал, брат Вапгарда плавает на лодках по реке. В лодках много орков - больше, чем много. Они ждут. Мы идем позади". Орк остановил свой марш и воткнул копье в толстый слой пепла. Он поднял свои когтистые руки. "Они, мы", - сказал он, жестикулируя сначала одной рукой, потом другой. Яростно ухмыляясь, он скрестил ладони.
"Разобьем их", - радостно согласился серый.
Воодушевленный таким образом, молодой орк без жалоб маршировал весь оставшийся день. К позднему вечеру орда оставила позади разрушенный лес. Древние обугленные деревья уступили место кустарнику, а затем лугу.
Впереди толпы раздался возбужденный вой, который прокатился по всей орде. Орки начали вырываться вперед. Серый ждал, пока волна движения докатится до него и даст ему пространство для бегства и убийства.
"Давно пора", - пробурчал он, когда наконец смог поднять копье. Он выбежал на луг, заметив, что трава не только высохла и стала ломкой от драконьего огня, но и запеклась от крови. Он остановился, чтобы не споткнуться о то, что, похоже, было окороком древесного буйвола. Вероятно, это было блюдо, выпавшее из пасти какого-то дракона.
 
К этому времени орда рассеялась, и орку стало лучше видно поле боя. Это было не то, на что он надеялся.
Поле было усеяно трупами - некоторые из них были лесными существами, которых драконы не съели, но большинство - эльфами. Некоторые были разорваны массивными когтями и клыками, некоторые взорваны драконьим огнем, другие расплавлены до костей кислотным дыханием черного дракона. За этой бойней было интересно наблюдать, но она не приносила ни удовольствия, ни насыщения. Молодой орк хотел убивать. Ему нужно было убивать.
Оскалив клыки, он стал метаться взад-вперед по полю, подражая старшим оркам, которые пинали и расталкивали эльфийские тела. Время от времени один из них находил еще дышащего эльфа. Каждая находка сопровождалась торжествующим воем и звоном дубин и копий.
Но молодой орк по своему статусу оказался слишком близко к задней части орды, и он опоздал, чтобы взять хоть один из трофеев, добытых в тот день. Когда, наконец, затихло поле боя, ему пришло в голову, что это вовсе не охота, не совсем охота. Они больше походили на воронов и волков, убирающих за драконами.
Серый пожал плечами. Вороны и волки - не такие уж плохие существа. И если он не смог убить эльфов сегодня, то завтра было почти так же хорошо. До реки оставалось полдня пути на юг. Вдоль берега реки располагалось большое эльфийское поселение. Хотя оно было укреплено стенами и магией, пасть оно могло достаточно легко. А как иначе? Лесные эльфы, лучники и бойцы, которые были передовыми защитниками города, все погибли. Более того, драконий огонь обычно следует по течению реки, и наверняка драконий огонь повалил часть стен, возможно, даже опрокинул эти нечестивые башни. А еще там было много-много орков, которые были в бешенстве от своей первой резни.
Завтра - эльфийский город. Завтра его ждет радость охоты и гордость за множество трофеев.
* * * * *
Чандрелл Дуротиль, могущественная дочь верховного советника Эвермита, вела свой Круг в очередном заклинании вызова. Даже сквозь глубокую концентрацию заклинания она слышала за окнами башни безошибочные звуки драконьего полета - стук огромных крыльев, крики и рев огромных существ, которые они издавали, кружась и проносясь.
Она также ощущала мощный треск магии, которая витала в воздухе. Во всем Абейр-Ториле ни одно существо, даже эльфы, не обладало такой магической природой, как драконы. Только возрождение драконьих всадников, объединение драконов и эльфов в невероятном магическом союзе, давало эльфам надежду на выживание против наступающих орд орков.
Эльфы Фаэруна были не единственным народом, страдавшим от бегства разъяренных драконов. Войны между расами драконов были долгими и дорогостоящими. Теперь злобные драконы юга - в основном красные драконы, с несколькими меньшими, но не менее смертоносными черными - собрались в почти беспрецедентном количестве для миграции на север. По пути они намеренно уничтожали владения миролюбивых вирмов. Бронзовые драконы обнаружили, что их озера превратились в клубы пара и потрескавшиеся, безжизненные русла. Огненные струи плавили скалы, запечатывая входы в пещеры серебряных и золотых драконов и загоняя многих существ в ловушку.
Чандрелл была в числе первых эльфов, прошедших через новые врата, которые в последние годы соединили Эвермит с материком. Ее муж, новоприбывший и дальний родственник, носивший имя Дуротил, помог установить врата между Эвермитом и городом, где он родился.
 
Теперь город лежал практически в руинах. Когда-то это было прекрасное место, защищенное стенами и мощной магией, расположенное на берегу широкой, полной форели реки. Драконий огонь уничтожил фермы и леса за городом и проделал огромные бреши в стенах. Целый квартал лежал в дымящихся руинах. Только митал, мощный магический щит, уберег город от полного разрушения.