Запрети любить (СИ)

— Илья Васильевич, дорогой! Я спешил к тебе через все эти проклятые пробки! — раздался вдруг подобострастный голос, и к мужчине с глазами волка подошел один из гостей: грузный тип с неприятным обрюзгшим лицом, которое все еще хранило остатки былой красоты. На нем была стильная одежда и золотые часы, которые стоили целое состояние. Однако несмотря на то, что одет он был куда дороже, вел себя как пес, который ластился к хозяину.
Грузный мужчина протянул руку, но тот, кого Серж мысленно назвал убийцей, не стал ее пожимать.
— Садись за стол, Стасик, поговорим, — сказал он спокойно.
Гость тотчас уселся рядом и заговорил:
— Сколько мы не виделись? Лет пять? Или больше? Что-то случилось? Зачем вернулся? Ты как позвонил, я сразу все бросил и приехал.
— Дело у меня к тебе есть, Стасик. Важное.
— Для тебя, Илья Васильевич, сделаю все, что могу. И что не могу — тоже, — захихикал грузный мужчина над собственной шуткой, но его никто не поддержал, и он резко замолчал.
— Говорят, ты хорошо людей ищешь. Талант у тебя такой.
— Что есть, то есть, — хмыкнул Стасик. — Найти кого-то нужно? Это я организую! У меня знаешь, спецы какие? Бывшие ментяры. Из тех, которые за бабки землю носом рыть будут и камни сплевывать. Они у меня на особом поводке.
— Ментяры, говоришь? — задумчиво проговорил мужчина с волчьими глазами. — Ментяры на поводке — это хорошо. У них доступ к разной информации есть… Ладно, о деле. Найди мне их. Заплачу. Много заплачу, не обижу.
Серж заметил, как на стол легла фотография с изображением женщины и девушки, но деталей разглядеть, разумеется, не смог.
— Кто это? — тут же хищно спросил Стасик. — Что за баба с девчонкой? Фотка старая, ей лет пятнадцать.
— Вся инфа лежит здесь, ознакомься. — Его собеседник положил на стол папку с документами. — Здесь же найдешь сумму, которую получишь, если найдешь их.
Грузный мужчина торопливо открыл папку и, кажется, увидел сумму. Поднял опешивший взгляд на собеседника и изогнул бровь.
— Я, конечно, знал, что ты человек щедрый, но чтобы настолько…
— Это аванс, Стасик. Еще столько же получишь, когда привезешь мне их. Но если ты откроешь рот и кому-то расскажешь, то будешь наказан. Усек?
— Все конфиденциально, Илья Васильевич! У меня к вип-клиентам отношение особое!
— Вип-клиентам? — усмехнулся мужчина с волчьими глазами и вдруг взял своего собеседника за галстук, заставив побледнеть. — Смотри, Стасик. Напортачишь — пожалеешь. Ты меня знаешь, я слов на ветер не бросаю.
Он затянул галстук под самое горло и, потрепав мужчину по плечу, встал и ушел. Телохранители последовали за ним, и вскоре все трое покинули зал.
— Эй, официант, водки принесли! Ты глухой или тупой? Сюда иди! — выкрикнул Стасик, мгновенно преобразившись. Теперь в нем не было никакой подобострастности, лишь неприкрытая злость. Серж, который стал невольным свидетелем этого разговора, лишь усмехнулся про себя. Таких людей он не любил, а, скорее, презирал.
Интересно, какая тайна у него? Или этих тайн так много, что Стасик и со счета сбился?
Мыслям Сержа помешал Игнат, который буквально ворвался в зал, крепко, как и обычно, пожал руку и опустился на соседний барный стул.
— Извини, чел, — выдохнул Игнат. — Город весь стоит. Думал, не доеду на наше свидание.
Он схватил один из бокалов и залпом выпил. А потом сгреб к себе тарелочку с орешками и закинул в рот целую горсть.
— Где твои манеры? — усмехнулся Серж, по традиции дразня друга. — Это же приличное заведение.
— Приличное? Уже не уверен. — усмехнулся Игнат. — Я тут врезался в одного типа в холле. По виду криминальный авторитет на пенсии, с двумя шкафами за спиной. Я ему даже говорить ничего не стал — он на меня так посмотрел, что я решил заткнуться.
— Иногда у тебя все же срабатывает инстинкт самосохранения, — кивнул Серж, сразу поняв, о ком говорит Игнат.
Они заказали у бармена напитки, обсуждая какую-то ерунду под ненавязчивую игру на рояле, который стоял на небольшой сцене. Несмотря на раскол в душе, Серж хотел казаться обычным, но Игнат все-таки что-то заметил.
 
— Ты какой-то странный, — вдруг сказал он, пристально глядя на него. — Что-то случилось?
— Все в порядке, — ответил Серж.
Игнат прищурился.
— Уверен? Если есть проблемы, говори. Будем решать.
Серж позволил себе улыбку. Знал бы Игнат, что у него за проблемы.
— Все хорошо. Просто настроение такое. Осеннее.
— Это как? — спросил Игнат, душевная организация которого была устроена не так тонко, как у Сержа.
— Тоскливое. Как будто бы в душе идет дождь, — задумчиво ответил Серж. — Мерзкий серый противный дождь.
Вместо ответа Игнат поднял поднос, на котором подняли аперитив, и прикрыл ими голову Сержа, словно укрывая его от невидимого дождя.
— Все нормально, от дождя всегда можно укрыться, — сказал Игнат. — Говори, что у тебя случилось, чел. Серьезно.
Серж снова улыбнулся — Елецкий был тем человеком, на которого невозможно было злиться. Под маской самодовольного придурка в нем было скрыто много хороших черт. К своим близким он был по-настоящему заботливым. Защищал, как мог, хотя и спорными методами.
— Сказал же — все хорошо, уймись. Просто проблемы с тревогой и сном. Бывает.
— Ладно, сделаю вид, что поверил. Но если что — просто скажи мне, и мы все решим. Окей? — Игнат поднял руку, и Серж дал ему пять, отстраненно думая, может ли он позволить себе потерять друга? И что важнее: он или Ярослава?
— Ты сам как? — спросил Серж, переводя тему. — Выглядишь странно.
— Не спал всю ночь, — признался Игнат.
— Новая девочка? — поднял бровь Серж.
Друг расхохотался.
— Ты же знаешь, что моя единственная подруга теперь всегда со мной. Развлекает меня, как может.
Он раскрыл ладонь, исчерченную линиями, и резко сжал пальцы, показывая, что именно стало его «подругой». Серж знал, что с появлением Ярославы Игнат не смотрел на других девушек — говорил, что не хочет их. Сначала это удивляло его, потом казалось смешным, а затем он окончательно понял, как серьезны чувства Елецкого. Не спать с другими — это серьезно. Сам Серж спал, не мог без этого — желание женского тепла было сильнее его.
— Я принял решение, — сказал Игнат, водя пальцем по высокому бокалу.
— И какое?
— Я хочу быть с ней.
Серж сглотнул. В ушах зазвенело.
— С кем? — спросил он, хотя сразу понял, про кого говорит друг.
— С Ярославой, — ответил Игнат. — Хочу с ней встречаться. Знаешь, ее подруга сказала мне, что я играю с Ярой. Типа то нахожусь рядом, то отстраняюсь. И ей от этого больно.
— Да, это действительно так, — кивнул Серж. — Я ведь тебе то же самое говорил. Почему ты не слушал меня, но послушал Стешу?
— Не знаю, — пожал плечами Игнат. — Она сказала, и до меня вдруг дошло. А ведь реально так. Я козел, да?
— Временами — невыносимый, — признался Серж.
— Люблю твою честность, — ухмыльнулся друг и зачем-то достал телефон.
  
Глава 81. Я выбираю себя
 
Вошел в галерею и открыл фотографию с Ярославой, которая явно была сделана летом. Девушка лежала на надувном матрасе в бассейне, закинув руки за голову. На ней был купальник небесно-голубого цвета — лямочка верха была спущена на плечо. Ярослава была соблазнительной, хотя сама, возможно, не понимала, какой сексуальностью обладает. Серж замечал это в ней — ему казалось, будто бы она специально не позволяет себе быть женственной и соблазнительной, и для себя решил, что это из-за родного папаши, который по словам отца Сержа был тираном. Наверное, поэтому Яра не подпускала к себе мужчин, но Игнат Елецкий стал исключением.
— Я зачем-то сделал эти фотки, — продолжал Игнат. — И смотрю на них каждый день. Просто смотрю и думаю — какая она милая. Милая же, да? И у нее никого не было, они ни с кем мне не изменяла, просто сказала так, потому что я сам сморозил дичь. Если честно, я жалею об этом. Такой придурок. Я правда не хотел, чтобы ей было больно. Но не контролировал себя и злился — на нее, на ее мать, на отца. Когда думал, что отец нашел себе новую дочь, срывало крышу. Как будто бы он Катю решил променять на нее…