Запрети любить (СИ)
Телефон в ее руке ожил — позвонил Серж.
— Сейчас на парковке появится Игнат, садись к нему в машину, — велел он.
— Что?.. — растерялась Стеша. — Игнат? А он как… откуда здесь?
— Просто садись в его машину. Он знает, куда ехать. Хорошо?
— Х-хорошо…
— Обещаешь?
— Да…
— Вот и умница. Жди его, — сказал Серж и отключился.
Спустя буквально минуту на парковке появился Елецкий, лицо которого показалось Стеше бледным и злым — в нем было столько едва сдерживаемой ярости, что ей стало не по себе. Он выглядел так, словно готов был убивать.
— За мной, в машину — кинул он Стеше сквозь зубы.
Девушка без слов бросилась за ним, села на заднее сидение его крутой машины, и та тут же сорвалась с места. Ехал Игнат быстро — так, что Стешу вжимало в сидение. Она смотрела на руки парня, яростно сжимающие руль, будто горло врага, но вместо того, чтобы испугаться еще сильнее, Стеша почувствовала себя спокойнее. Он точно спасет Ярославу. Это же Игнат Елецкий. Самый крутой парень их университета.
— Откуда ты здесь? — потрясенно спросила Стеша.
— Приехал повеселиться, — отрывисто ответил Игнат, глядя вперед.
— Из-за Яры? — вдруг догадалась девушка. Он, наверное, услышал, куда они поедут, и отправился следом… Чтобы проконтролировать Ярославу? Или чтобы убедиться, что с ней все хорошо?
— Из-за Яры, — не стал отпираться Игнат и ударил кулаком по панели управления. — Знал же, что такое дерьмо случится! Знал! Вот сука, убью!
— Яру? — испугалась Стеша.
— Ублюдка Сейла, — прорычал он. — Шею сверну паскуде. Отрежу все, что болтается, и ему же скормлю, если эта тварь ее тронет.
Стеша вдруг подумала, что Елецкий не шутит. Если эти мрази что-то сделают с Ярославой, он не оставит этого. Отомстит.
У Игната зазвонил телефон.
— Говори, — потребовал он, ответив на звонок. — Все, понял, я уже близко. Еще несколько кварталов и буду на месте.
Елецкий отключился и велел Стеше:
— Найди на карте Дворецкий проспект, восемнадцать. Включи навигатор, мне надо знать, как проехать.
Девушка тотчас выполнила его поручение — страх не отпускал ее, но стало гораздо спокойнее от осознания, что Ярославе помогут.
— А что там? — тихо спросила Стеша, почему-то думая, что Елецкий не ответит, но он сказал:
— Адрес Сейла, он туда обычно возит девушек. Серж пробил через своих знакомых.
— Через двести метров, на светофоре, поверните направо, — сказал мужской механический голос навигатора, и Игнат перестроился на крайнюю полосу. На светофоре, правда, он не стал задерживаться — проскочил на «красный». Он вообще нарушил кучу правил дорожного движения, но Стеша была уверена, что ему все равно.
— А зачем ты меня с собой взял? — спросила она. Тишина угнетала.
— Серж сказал, чтобы я тебя не оставлял одну, — отозвался Елецкий, поворачивая.
Стеша прикусила губу. Серж заботится о ней? Почему?.. На сердце стало теплее.
— Нам сейчас налево поворачивать, — торопливо сказала она, глядя в экран телефона. — А потом снова направо, и мы заедем во дворы… Слушай, а что это у тебя? — вдруг спросила Стеша, глядя на его запястье, которое было перетянуто резинкой для волос. Вполне знакомой. Это что, резинка Яры?
— Ничего, — отозвался Игнат, пряча резинку под рукав кожаной куртки.
Глава 75. Логово монстров
Спустя несколько минут они остановились у элитной высотки, в которой жил Сейл. Стеша тут же отыскала взглядом машину, на которой увезли Ярославу — она была припаркована неподалеку, подперев при этом чей-то автомобиль. Впрочем, Игнат тоже не стал искать место, где припарковаться. Просто бросил машину посреди дороги — дорога была каждая минута. Он вышел из салона и стремительно направился к калитке — двор был огражден высоким забором. Стеша бросилась за ним, но Игнат обернулся и, сдвинув брови, приказал:
— Оставайся в тачке.
— Не хочу, — воспротивилась Стеша.
— Спорить будешь?
— Там моя подруга! А вдруг они что-нибудь ей сделают?! — воскликнула она. — Я с тобой, понятно?..
— Окей, как знаешь, — отозвался Игнат и стал наугад набирать номер квартиры.
Им ответили, но не сразу.
— Кто еще? — раздался недовольный женский голос. Еще бы, разбудили посреди ночи!
— Полиция, — ответил Игнат. — Откройте, мы на вызов приехали.
Женщина поверила, и замок щелкнул. Игнат и Стеша оказались на придомовой территории и помчались к подъезду. Игнат бегал быстро, а вот Стеша — не очень. Когда она оказалась у подъезда, им уже снова открыли дверь — трюк Игната с полицией опять сработал.
Они оказались в огромном красивом холле с лавочками и живыми цветами, а из-за стойки тотчас появилась пожилая консьержка.
— Вы к кому, молодые люди? — чинно спросила она.
— Девяносто шестая квартира, — бросил Игнат, нажимая на кнопку лифта. Судя по настенной табличке рядом, девяносто шестая квартира находилась на тринадцатом этаже. — Хозяин же дома?
— Антон? Он буквально пять минут назад с другом и подругой вернулся. Вы ему скажите, пожалуйста, чтобы снова не включал музыку громко, соседи жалуются, — попросила консьержка. — А то он меня не слушает. А жильцы недовольны.
— Скажем, — коротко пообещал Игнат и первым шагнул в лифт, створки которого распахнулись. Стеша юркнула следом за ним.
Еще полминуты, и они оказались на тринадцатом этаже. Игнат быстро нашел шестьдесят девятую квартиру и позвонил, велел Стеше отойти в сторону. Его лицо казалось спокойным, но та ярость, которая исходила от парня, начала пугать. Его глаза казались словно стеклянными, а кулаки были крепко сжаты, и наблюдательная Стеша вдруг подумала — Игнат беспокоится за Ярославу так, будто она или реально его младшая сестра, или его любимая.
Наверняка второй вариант.
Елецкий позвонил еще раз. Потом еще. И еще. И еще. А потом, словно услышав какие-то шорохи, уверенно и с каким-то угрожающим спокойствием сказал:
— Если ты мне, сученыш, сейчас не откроешь, я выломаю дверь. Не смогу сам — дождусь людей отца, они в пути. А потом я тебя изобью так, что ты не сможешь двигаться. Возможно, никогда. И трахаться ты никогда не сможешь, потому что я тебя лично кастрирую. Уяснил? Ты же знаешь, что я не шучу. Открой, и я не буду тебя трогать.
Стеша сглотнула. Ей снова стало страшно, но убегать она не собиралась. Яру нужно спасти! Иначе какая она подруга?
Слова Игната подействовали. Спустя минуту дверь скрипнула и все же открылась. Игнат резко потянул ее на себя и ворвался в квартиру.
* * *— Раздевай ее, Геныч, — велел Сейл, возясь у камеры — ее нужно было правильно настроить.
Его друг с цветными прядями в волосах скинул с себя футболку, обнажая подтянутый торс, забитый татуировками. Он нагнулся к лежащей без сознания Ярославе и погладил ее по волосам. Словно почувствовав это, девушка пошевелила пальцами, но в себя не пришла. Парень погладил ее по щеке, коснулся приоткрытых губ, провел по ним средним пальцем. Чуть сжал ее челюсть, заставляя рот открыться чуть шире и дотронулся пальцем до языка. На его лице расцвела довольная ухмылка.
— А она ничего, да, Сейл? Мне правда, телки пофигуристее нравятся, у этой буфера маленькие, но ничего. Зато ножки длинные. И волосы обалденные. Да, детка? — проговорил Геныч, гладя девушку по плечам и касаясь груди. — Тебе понравится. Даже жаль, что не вспомнишь потом.
— Раздевай ее, говорю, — поморщился Сейл.
Он был недоволен — они выбились из графика, слишком долго девка танцевала и не подходила к бару. Честно говоря, ему вообще казалось, что сегодня ничего не получится и придется выслеживать ее в следующий раз. Снова платить ее подружке, чтобы притащила в клуб. Но все-таки удалось подсыпать ей немного «волшебства» в бокал. «Волшебством» они с другом называли порошок с наркотическим действием, который позволял сделать доступной любую девушку. Всего-то нужно подмешать его в напиток. Кто-то, как Ярослава, терял сознание, а придя в себя утром, ничего не помнил. Кто-то находился в измененном состоянии сознания, понимая, что с ней делают, но не в силах сопротивляться. Для Сейла это было веселое развлечение — девушек он особо и за людей не считал. А потом оно переросло в заработок. Иногда они с другом снимали видео и продавали на платформы с контентом «восемнадцать плюс». Разумеется, это был Даркнет, где подобные реалистичные видео имели почитателей. И деньги капали неплохие. Только вот с сестренкой Елецкого все было иначе. Сейл хотел отомстить, а возможно, и начать шантажировать Игната, который унизил его прилюдно.